Посмотрел на большом экране (в смысле в кинотеатре) фильм «Ашик Кериб» Сергея Параджанова («Грузия-фильм», 1988 г.). Во время просмотра таких фильмов понимаешь, как за последние годы отвык от подобного «аналогового» кино – натуральные цветовые решения, аутентичные декорации, костюмы, соответствующая музыка. Впечатлил вокал Алима Хамза оглы Гасымова, да и в целом музыка Джаваншира Гулиева. К своему стыду только сейчас открыл для себя эти имена.
Ловил себя на мысли, что в этом фильме сюжет кажется вторичным, во время просмотра как бы теряешь нить происходящего, настолько гипнотически завораживающим действуют сочетание изображения и музыки. А после фильма почти физически ощущаешь «послевкусие» от просмотра.
Но есть и ложка дёгтя. По всей видимости, этот фильм свидетельство уже приближающейся разрухи советского кино – спецэффекты, запись музыки и звуков, монтаж, цветокоррекция и другие «мелочи» местами убоги или сделаны просто на скорую руку. Сергей Параджанов в свое время жаловался, что на фильм не выделили специалистов по комбинированным съемкам и пиротехнику. По этой причине ставлю фильму на «Кинопоиске» только 8 баллов из 10.
Отдельных слов заслуживает саундтрек фильма. С ним произошла уникальная, в общем-то, ситуация. Съемки были уже закончены, фильм был уже смонтирован, а музыки не то чтобы не было от слова «совсем», не было даже подходящей кандидатуры композитора! Кто-то предлагал туркменскую музыку, от которой режиссер вежливо отказался, а Гия Кончели честно признался, что ничего не понимает в восточной музыке. К счастью, озвучивали фильм в Баку, так как все диалоги были на азербайджанском языке. В столице Азербайджана режиссеру предложили прослушать музыку местных композиторов, и он обратил внимание на Джаваншира Кулиева. Сразу после знакомства режиссер огорошил музыканта: "Ты будешь для меня писать музыку". Кулиев попытался отшутиться - "Вы не хотите узнать моё мнение?", на что получил: "Посмотришь материал - захочешь!". И режиссер оказался прав!
Сроки для написания музыки были поставлены сверхжесткие – две недели, пока фильм озвучивали азербайджанские актеры, Кулиев работал с Параджановым над музыкой, показывая наброски и получая новые задания. Хотя, основным заданием режиссера была фраза «Сделай так, чтобы у меня от музыкального удовольствия волосы дыбом встали!». Одновременно велась оркестровка утвержденных фрагментов.
Прослушивая записи азербайджанской музыки, Сергей Параджанов был глубоко тронут записями азербайджанского певца - ханенде Алима Гасымова. Режиссер попросил Кулиева привлечь певца для участия в фильме. Для Джавашнира Кулиева это стало почти неразрешимой задачей. Дело в том, что стилистика ханенде – исполнителей мугамов, сильно отличается от стилистики ашугов (бардов и менестрелей), а Ашик Кериб был именно ашугом, и вся музыка в фильме была написана именно в этой традиции. После долгих споров созрело компромиссное решение – уговорили Алима Гасымова спеть в несвойственной ему манере. И Алим Гасымов стал в фильме музыкальным «отпечатком» Ашик Кериба.
Всю музыку за две недели записали в студии звукозаписи Гостелерадио Азербайджана, на сазе играл сам Джавашнир Кулиев. Затем в Тбилиси в студии «Грузия-фильм» три дня монтировали готовую музыку с изображением. В итоге полуторачасовой саундтрек был создан фактически за месяц!
Результат настолько потряс Паражданова, что он буквально заставил руководство студии «Грузия-фильм» изменить жанр фильма на «музыкальный», что позволило внести изменения в контракт композитора и выплатить ему повышенный гонорар.
Надо сказать, что работа над фильмом шла во время Карабахского конфликта, и интернациональная съемочная группа испытывала нешуточное давление со стороны националистических сил. Армянин Параджанов снял на грузинской студии фильм по азербайджанской сказке, пересказанной русским поэтом Лермонтовым. В фильме были задействованы армянские, грузинские, азербайджанские, украинские и русские кинематографисты и это был манифест Любви.
На московской премьере фильма в Доме кино Сергей Параджанов произнес речь: «Меня многие ругали за то, что я во время войны снимаю этот фильм. А я не только не остановил работу, но и закончил её, и сейчас при вас на этой сцене хочу низко поклониться композитору моего фильма, азербайджанцу Джаванширу Кулиеву, сидящему перед вами за роялем!».
И глубоко символичны финальные кадры фильма:
#музыка_нашего_кино
Не забывайте подписаться на канал Записки Шурика.