Борис Веденеев
Прошло всего несколько лет с первых публикаций на тему полицентризма. Автор этих строк и его коллеги по Группе 7 ID еще сохраняли оптимизм в оценке договороспособности долларовой экономики.
Производственная и финансовая составляющая лидеров мировой экономики оценивалась нами, в соотношении 1:3. «Финансовый пузырь», которому найден адекватный механизм, получил название «парадокс кумулятивности».
Внешне картина представлялась даже банальной: «еще одна версия пирамиды доллара», «финансовых пузырей». Если бы все было так просто…
События 2022 года показали: и политика и финансовая наука имеют дело с не стандартной ситуацией. Как правило, «пирамида заимствований» рушится при утрате доверия кредиторов. Отсюда болезненная тяга «строителей пирамид» к «либерализации» отношений.
В случае долларовых обязательств образца 2022 мы имеем дело с весьма «жутковатой» версией. Учредители «пирамиды» не расширяют круг клиентов, а резко и жестко рушат конструкцию сами («заморозка» активов РФ, взрывы газопроводов).
Весь мир вовлечен в шоу – США представляют, как завлечь бизнес конкурентов к себе в «тихую гавань».
И называют технологию – «управление хаосом». На самом деле – фокус.
На фоне катастрофы партнеров – проблемы гегемона уходят в тень, в холодную глубину океана.
Чем вам не версия для Современного Крысолова?! Не верят! Но пароход с евро бизнесом уже снаряжен.
Что остается нам – понять, кто поведется на Зов Крысолова?!
Ключевое обстоятельство: под ударом оказалась чувствительная инфраструктура конкурентов США.
Расчет понятен: избавившись от «газовых потоков» России в Европу, держатели доллара получают кратковременный выигрыш. Но гарантии «доллара, как мирового проекта» фактически взорваны вместе с «газовой трубой».
Примечательна смена статуса. США долго позиционировали себя, как «мирового лидера».
Вот почему в начальной версии кумулятивной модели мы приняли формулу «Победитель получает все».
Сегодня логичнее использовать версию президента России: «Рента гегемона». Вовлечение мира в рыночный процесс США грубо сменили на жесткое принуждение к $.
Пока еще не поздно. Пора фиксировать обязательства того субъекта, который навязал большинству стран проект, у которого не прослеживается иного завершения, кроме катастрофы.
Для сравнения возьмем механизм паритетного обмена и оценки ВВП стран по ППС. Суть оценки экономики по ППС, или в так называемых международных долларах, в том, что весь ВВП реализуется в естественных границах суверенной страны.
У паритетных механизмов – есть замечательная особенность: отсутствует проблемная аутентичность. Не нужно становиться другим: родителем #n, «менее черным», «более зеленым», сожалеть о рождении «мальчиком», «белым», каяться, что ты «русский». Наконец, не следует угождать «мировому сообществу», что мы ни на что не претендуем, потому что «рубль – слабая валюта».
Применительно к финансам устойчивость аутентичности для механизмов ППС получила блестящее подтверждение. В текущем 2022 году. Эксперимент вышел натурным и масштабным. Вспомним: на момент утверждения механизма (с 1 апреля 2022) курс составлял 83 рубля за доллар. Достаточно было поставить условие: «газ – за рубли», рубль утвердился на границе не ниже 60 за долл.
Все попытки «держателей долларовых активов» вернуть рубль «на более слабые позиции» пока ни к чему не привели.
А «ларчик открывался просто». Пока нефть, газ продаются за доллар, укрепляется валюта США. Если продавать за рубли – будет укрепляться отечественная валюта. И все зависит от интересов правящих элит и политических целей, от их решений.
Каковы границы механизма?
ВВП по ППС для России на 2021 год 4 785 млрд. долл. При этом ВВП номинальное, так и хочется сказать в формате Голливуда, номинированное в долл. – 1775,8 млрд. Иными словами, паритетно (на равных основаниях) произведено в 2,7 больше, а номинально оплачено субъекту производства, самой России (в $) 37,1 процента.
Логика механизма позволяет ввести параметр цены вхождения суверенного субъекта в долларовое пространство. Для России – это 62,9 процента от паритетного ВВП.
Для параметра введем обозначение R$, сохранив название «рента гегемона». В игру, предложенную США, вынуждены играть все страны. Мир в целом за поддержание долларовых процессов в 2021 году «заплатил» 34,4 процента от совокупного ВВП по ППС. В абсолютном выражении это огромная сумма в 50 614 млрд. долл. Разумеется, речь идет о своеобразной «упущенной пользе», которая возникает в отказе от суверенных задач в угоду рынку.
Парадокс механизма в том, что сам Гегемон в лице США не получает дополнительно ни цента. У США ВВП номинальный и по ППС равны! Зато какой простор в распределении более чем 50 трлн. долл. в виде инвестиций, займов.
Есть возражение? Скажете - номинально, нормативно «денег свыше ВВП в $» быть не должно, они «выше рынка». И вроде так: ВВП по ППС – это виртуальные деньги, доступные только лидеру. Ан, нет, анализ показывает, что деньги печатают именно под ВВП по ППС.
Не следует забывать и о санкционных ограничениях – не случайно Россия платит «ренту» почти вдвое выше средней!
По величине «ренты гегемона» можно судить о вторичных распределениях исходно рыночного ВВП в $. Назначаются «изгои», подобные Ирану (R$=82,5%), России (R$=62,9%). Возникают «скрытые цели», подобные Германии, да и ЕС в целом. Вроде «война» затеяна против России, а под ударом рушится экономика союзников по НАТО («бей своих, чтоб чужие…»).
Но это другая история!
А пока десятка сильнейших экономик мира (по паритету), с оценкой параметра R$.
А в заключение настоящего этюда ответим, почему отказ от «паритетности» в «жертву $» - плата дьяволу.
Этюд вышел сложным, поэтому для всех, кто дотерпел, скажем просто.
Вспомните – была «церковная десятина» и от нее «слуги господни» отказались в пользу пожертвований.
А в $-регуляторах рынка – «грабительская плата» за вхождения в многосложные институты. И изначально: отказ от полноты «финансового суверенитета» и игра учредителей $-миро проекта на понижение и даже поражение в правах для своих конкурентов.
Установка, не в пределе, а в «горизонте ближайших шагов» на «расчленение» и полное уничтожение сначала СССР, а сегодня России и Китая. И чей, как не дьявола, промысел?