На ночь глядя мне подумалось, что во Франции всё маленькое: "Маленький Марселец", "Маленький Принц", "Маленький Вестник". Ну и конечно же, маленькая смерть.
Кто не в курсе или совсем не сталкивался с французским-нашим-всем, включая хрустящие французские булки, это выражение обозначает оргазм — la petite mort ("маленькая смерть"), подразумевает оргазменную потерю себя, которая уничтожает боль раздельности — одинокое Я исчезает в возникнувшем Мы (дословно из И.Ялом "Дар психотерапии").
Бренд косметической продукции "Маленький Марселец", я думаю, знают сегодня все. Гели для душа и шампуни этой марки заполонили магазинные полки в России ещё в 2010-х годах. Правда, теперь эта волна, скорее всего, схлынет, и все мы вернёмся к использованию дегтярного мыла и рецептов бабушки Агафьи.
Шучу.
Ну, почти.
История "Маленького Принца" из-под пера французского лётчика Антуана де Сент-Экзюпери, который приручал всех, и все приручали его, настолько душещипательная и родная, что мы давно простили ей всю французскость и приняли Розу, Лиса и странного мальчика как родных, разобрали на цитаты и спокойно с ними живём.
А вот про "Маленький Вестник" в России известно немного, да и не всем. Я набрела на эту газету случайно во время свободного сёрфа по Интернету. Концепция газеты была стянута у популярной в 19 веке другой французской газетёнки "Пти Журналь" и прижилась во многих более поздних изданиях. Хотя не буду пудрить мозги ненужной информацией.
А ещё есть Маленькая Франция в Страсбурге. Это тоже во Франции. Просто особый район этого города называется "Le petit France".
Что-то вроде Китай-города в Москве, но если бы он был в Китае, в частности в Пекине...
Мда.
В общем, всё в этой Франции какое-то маленькое. Так и хочется спросить, что у них есть большого, но подозреваю, что лучше этого не делать. Иначе рискую услышать словами комиссара Жибера из фильма "Такси" что-нибудь русофобское.