Сухая Терешка — большое село Хвалынского уезда, Саратовской губернии. В начале 19-го века в селе проживало около 1 000 человек. Однако только 72 души, а не все село, принадлежало прапорщику Савелию Ивановичу Языкову.
Законных детей Языков не имел, он взял к себе на воспитание приемного мальчика (скорее всего, внебрачного сына), дал ему фамилию Савельев записал в гражданскую службу для получения чинов. Дослужился воспитанник до титулярного советника, поэтому дворянином не был.
Дворяне были потомственные (дворянство получали при рождении) и личные. С 1845 года личное дворянство давалось при достижении класса титулярного советника.
Вскоре Савельев женился на женщине старше себя. Прожили они недолго: в 1820-м году Савельев умер в возрасте 30-ти лет, оставил вдову не имевшую по чину мужа права дворянства.
В 1814 года издался указ, по которому личные дворяне имели право владеть крепостными, но не имели прав покупать и продавать, а также передавать по наследству. В случае смерти личного дворянина крестьяне становились собственностью государства. До 1814 года личные дворяне покупали и продавали крестьян.
По 5-ой ревизии 1805 года за Языковым числилось 58 душ, за его женою 10 душ. В 1805-м году он продал 5 душ прапорщику Карамзину, 7 душ воспитаннику Савельеву, 11 душ жене Савельева, 21 душу господину Урженевскому, 6 душ губернскому секретарю Неклюдову.
Согласно седьмой ревизии Савельев владел 18-ю душами. Чуть позже, поняв сложность своего положения, супруги Савельевы, также как и Языков, фиктивно продали крепостных.
Так бы крестьяне, не знавшие тонкостей закона, жили бы тихо и мирно, если бы не титулярный советник Иван Сумороков не повздорил со своим братом, исправником Федором Сумороковым. Иван Сумороков сообщил крестьянам села Сухая Терешка, что по документам они не принадлежат помещице Савельевой, а давным-давно являются собственностью её соседей.
Крестьяне написали исковое заявление в Хвалынский уездный суд, что их продал Языков незадолго до своей смерти. Таким образом, они не могли принадлежать помещице Савельевой. Суд крестьяне проиграли: есть купчие — закон нарушен не был.
На мирском сходе крестьяне выбрали из своих грамотного и умного Захара Васильева, которого отправили с документами в Саратов для подачи заявления в Сенат.
Госпожа Савельева немедленно заявила в полицию о побеге Васильева, его поймали и наказали плетьми, посадили в острог, а документы отобрали и сожгли.
Местный батюшка стал на сторону Савельевой и рассказал: на исповеди, все крестьяне упоминали новых владельцев. (На исповеди о своих грехах рассказывают. А владельцев упоминать зачем?)
Крестьяне все же смогли подать исковое заявления в Сенат (снова помог Сумороков). Сенат разбирался в этом запутанном деле в течение двух лет, а потом вернул дело, как незначительное, на рассмотрение в Хвалынский уездный суд.
Крестьяне села Сухая Терешка подавали прошение в Министерство имущественных отношений, но и это не помогло. И это неудивительно: сын Савельевой — присяжный заседатель в Кузнецком уездном суде, зять — квартальный надзиратель в Сызрани, Федор Сумароков, владевший крестьянами по купчей, был хвалынским исправников.
Дело тянулось долгих 15 лет. Однако все как было, так и осталось.
