Блеск озер и густота лесов, купола древних монастырей и полярные огни – в разное время русские художники отправлялись на Север в поисках вдохновения, новых тем и мотивов. Елена Соломенцева, автор блога об искусстве Let’s art, рассказала о нескольких периодах художественного освоения Заполярья.
Русский Север – это, скорее, история и культура, чем география. Сейчас его территорию условно ограничивают побережьями Белого и Баренцева морей, республиками Карелия и Коми, Архангельской областью, Белозерьем и Обонежьем, бассейнами рек Северной Двины, Шексны и соседних, южной границей Вологодской области. А вот Санкт-Петербург и Ленинградскую область к Русскому Северу не причисляют: причина в европейских культурных традициях города.
До XIX века территория современного города Мурманска городом не была. Здесь занимались рыболовным промыслом коренные жители этих мест – саамы, или лопари, как их называли русские. План по основанию на побережье Баренцева моря настоящего города-порта появился в 70-х годах XIX века, но осуществить его удалось только к Первой мировой войне.
Шли годы, менялись политические задачи, но северные озера все так же синели, свинцовое небо оставалось таким же низким и загадочным, а деревянные церкви продолжали смотреть на все это с высоты прожитых лет. Сюда все так же уходили от шумной мирской жизни монахи-старообрядцы. И приезжали художники – за вдохновением.
Арт-ретрит Серова и Коровина
В конце XIX века фабрикант и меценат Савва Мамонтов задумал реинкарнировать Русский Север как источник природных богатств. Он подал прошение министру финансов Сергею Витте о строительстве Северной железной дороги. Витте и император Александр III дали добро на узкоколейку от Вологды до Архангельска. Мамонтов пообещал построить ее за три с половиной года, и работа закипела. Перед началом строительства промышленник лично посетил эти места.
Следом по его совету и за его счет на Север поехали друзья-художники Константин Коровин и Валентин Серов.
«Мы вас приговорили в Сибирь, в ссылку. Вот что: в Нижнем будет Всероссийская выставка, мы решили сделать проект павильона «Крайний Север», и вы должны поехать на Мурман. Вот и Серов хочет поехать с вами. Поедете от Вологды по Сухоне, Северной Двине, а там на пароходе «Ломоносов» по Ледовитому океану», – вспоминал Константин Коровин в своей книге «То было давно… там… в России…» письмо от Саввы Мамонтова.
С июля по сентябрь 1894 года Коровин и Серов побывали в Мурманске и Архангельске, на Новой Земле, Северной Двине, почти доплыли до Соловков. Художники размораживали краски, блуждали по тундре и любовались пейзажами.
«Серов и я увидели, что днем писать с натуры нельзя: мешают мириады всевозможной мошкары, комаров и слепней. Лезут в глаза, в уши, в рот и просто едят поедом», – вспоминал Коровин.
То, что для него было квестом на выживание, для Серова стало настоящим арт-ретритом.
Здесь художник полюбил серебристо-серую гамму, и это не удивительно: северная природа буйством красок не отличается, а вот 50 оттенков пастельных тонов здесь точно можно найти.
Коровин утверждал, что нигде не встречал такого многообразия оттенков цвета, как на вроде бы монохромном Севере. Свет тоже вел себя непривычно, норовя поменяться каждый момент и поменять восприятие окружающего ландшафта. Писать с натуры нужно было быстро и изобретательно, чтобы передать ощущение влажности и сияния прозрачного воздуха.
Савва Мамонтов хотел, чтобы Коровин создал 10 живописных панно для павильона Крайнего Севера на Нижегородской промышленной выставке 1896 года, и художник отлично справился с этой задачей. Из поездки он привез этюды, на основе которых с помощью художников Малютина и Досекина были созданы панно. Позже они украсили вестибюль Ярославского вокзала в Москве.
Коровин еще не раз бывал на Севере, в том числе в процессе работы над оформлением русского павильона Всемирной выставки в Париже 1900 года. Всего в этих краях он написал около 30 картин, этюдов и набросков – о местной природе, людях и их занятиях.
Паломничество Михаила Нестерова
Уже состоявшийся, почти сорокалетний художник Михаил Нестеров в 1901 году отправился в Соловецкий монастырь, на Белое море, в поисках вдохновения и новой натуры для картин. На Север традиционно ехали, чтобы прикоснуться к древней культуре, ее истокам и первозданной природе. Нестеров не был исключением, но его главным интересом была жизнь простых монахов-чернецов. На своих полотнах он уводил их из келий на берега рек в глуши лесов – ловить момент духовного общения человека с природой.
История и атмосфера северных краев настроили Нестерова на философский лад. Создавая свои картины, он стал размышлять о чувстве родины и о русской самобытности. Он пишет, что «как будто уже видел все это во сне». Подытожить эту рефлексию, а заодно и свой соловецкий цикл художник решил масштабным полотном «Святая Русь», которое закончил к 1906 году.
По сюжету к Христу за облегчением страданий приходят странники, которых несложно ассоциировать с народом России. Картина в целом всем понравилась, но вот нестеровский Христос вызвал у публики противоречивые чувства: слишком надменный и далекий от паствы. Нестеров и сам признавал это в конце жизни. Но зато картина познакомила художника с будущей женой Екатериной Васильевой, которая пришла на предпремьерный показ.
Валаам Рериха и Куинджи
Остров Валаам на Ладожском озере был особенно популярен среди художников за фактурность пейзажа и роль в истории православия. Его еще иногда называли северным Афоном и родиной русского старчества.
Николай Рерих, который побывал здесь в 1917 году, вспоминал остров так: «Где найдешь еще такую синеву далей? Такое серебро вод? Такую звонкую медь полуночных восходов…».
По итогам этой поездки он написал два полотна – «Святой остров» и «Святое озеро». Скалы, спускающиеся к зеркальной воде, шатровые деревянные церкви и подземные храмы – то, из чего Рерих собирал образ Русского Севера.
Валаам на картинах Архипа Куинджи тоже одухотворенный, но не религиозный. Во время своего путешествия по Русскому Северу в 1872 году художник экспериментировал с изображением природы. Из экспериментов родился северный цикл картин: «Ладожское озеро» (1873), «На острове Валааме» (1873) и «Север» (1879).
В этих пейзажах совсем немного элементов на практически голом ландшафте: два дерева на берегу реки, сосна на фоне необъятного горизонта, парус корабля на стыке озерной воды и неба. Чего в этих картинах много, так это простора и воздуха. В том, как Куинджи изображает небо, в выборе нежных перламутровых оттенков ощущается влияние французских импрессионистов. Он смог отобразить тонкую поэтичность этих мест, создав настроение, которое притягивает зрителя к картине.
Экспедиции 1930-х
Новая эпоха диктовала новые задачи, в том числе и искусству. В тридцатые годы ХХ века на Север художников начали отправлять целенаправленно – зафиксировать перемены в укладе жизни советских людей.
Одним из таких художников стал Михаил Гуревич. На его картинах – новые северные порты и новые люди, мечты о новой жизни. Волны Баренцева моря омывают суровые берега и величественные крейсеры, все как в жизни, но не в соцреализме. Выпускник ВХУТЕИНа, близкий к авангардным кругам, Гуревич не мог отказаться от романтического восприятия природы и жизни. В войну он добровольцем ушел на фронт, погиб в 39 лет и стал героем СССР посмертно.
Путешествие в прошлое Ильи Глазунова
После 1960-х русские художники открывали для себя Север как неизведанный, забытый мир. Новым для них было все – природа, быт, местные жители. Каждый находил близкий себе ракурс и переносил его на свои картины. Илья Глазунов подметил, как время уносит историческую натуру северных деревень, и отразил этот процесс в своем творчестве. Артефакты старины на его полотнах постепенно разрушаются, уходят в землю, сливаются с окружающей природой.
Сегодня Русский Север все еще притягивает художников своей ни на что не похожей природой и энергетикой. Вдохновение и желание писать картины просыпаются здесь сами собой при взгляде на бескрайние снега, шерсть еловых лесов, блики солнца на холодной глади рек и озер.
Елена Соломенцева