Итак, обстановка на границе частично стабилизировалась. Стрельба закончилась. После договоренности рабочих групп была открыта для движения транспорта дорога в джамоат Ворух, в Чон-Алае началось разминирование.
Главы спецслужб Кыргызстана и Таджикистана подписали протокол об установлении мира из 3 пунктов: отвод войск с границы в места постоянной дислокации; сохранение на границе только погранотрядов; продолжение урегулирования спорных вопросов мирным путем. Таджикистан отпустил 4 взятых в плен пограничников Киргизии.
Приостановка боевых действий в Баткене и начало работы совместных пограничных комиссий конфликт не остановили, но перенесли его в русло информационного противоборства. Здесь до сих пор лидирует Киргизия, которой удалось первой оценить конфликт как «заранее спланированный вооруженный акте агрессии Таджикистана» и даже навязать эту точку зрения общественности.
Сегодня в Бишкеке продолжает обвинять таджиков, ссылаясь в качестве доказательств на различные военные преступления и оценивая нанесенный материальный ущерб. 19 сентября секретарь Совбеза Кыргызстана Марат Иманкулов сообщил: «Материальный ущерб, по предварительным данным, составляет приблизительно 1,5 млрд сомов ($18 млн), подсчет продолжается».
Наблюдателям приводят пример взорванного таджиками 36-метрового моста через Аксу и заявляют о 600 разрушенных объектах инфраструктуры. Кстати, утром 20 сентября глава Баткенской области Абдикарим Алимбаев сообщил, что движение по мосту уже восстановлено.
Замминистра образования Киргизии Надира Джусупбекова рассказала, что из-за боевых действий разрушено 8 школ и один детсад. «Учебный процесс приостановлен. Среди пострадавших есть и учителя. Погибла ученица 9-го класса Элиза Мананова», – сказала она. Киргизская сторона заявляет, что «в результате вооруженного конфликта 14-17 сентября погибли 59 кыргызстанцев».
19 сентября в ораторскую битву вступили дипломаты Рахмона. Теперь МИД РТ заявил об агрессии Киргизии «без каких-либо причин».
«В последние дни кыргызская сторона развернула беспрецедентную информационную кампанию в СМИ не только в нашем регионе, но и за ее пределами. Мы ее видим как часть агрессивной политики, которая неприкрыто продолжается за последние годы руководством Кыргызстана. Это еще раз доказывает агрессию, которую Кыргызская Республика совершила в отношении Таджикистана», – заявил замглавы МИД Таджикистана Содик Имоми.
Он сообщил также о материальном ущербе и сказал, что «до сегодняшнего дня есть подтверждения гибели 41 человека, но цифра, увы, будет меняться». По словам пресс-секретаря МИД Таджикистана Шохина Самади, «в последние дни с целью создания образа "агрессора" в лице своего соседа кыргызская сторона, не гнушаясь откровенной ложью и инсинуациями, продолжает информационную кампанию против Таджикистана, тем самым нагнетая напряженность в приграничье. 17 сентября в своем обращении к нации президент Кыргызстана употребил слово "враг" в отношении Таджикистана, что не соответствует духу дружбы и добрососедства».
В ответ на проведение дня траура в Киргизии 19 сентября глава Демпартии Саиджафар Усмонзода призвал объявить 20 сентября днем национального траура в Таджикистане.
МИД Киргизии, отвечая на заявления Содика Имоми, назвал их «непрофессиональными и опрометчивыми», «не соответствующими действительности и элементарным нормам дипломатической этики».
Стороны обмениваются предъявлением друг другу «фактов геноцида». Киргизы рассказывают, как таджики убили в Мин-Булаке инвалида, таджики – о нападении военных Киргизстана на мечеть джамоата Овчикалъача Бободжон Гафуровского района, а также заявляют, что в крупных городах Киргизии начались преследования этнических таджиков, которых похищают и избивают.
Одновременно таджикская пропаганда продолжает кампанию по раскачиванию внутренней ситуации в Киргизии. Так, политолог Негматулло Мирсаидов уверяет, что наличие «внешнего врага» помогает президенту Киргизии Жапарову и главе ГКНБ КР Ташиеву удержаться у власти, подорвать имидж политических конкурентов, расширить свой электорат и отвлечь население от насущных проблем. «Искусно играть на национально-патриотических чувствах кыргызстанцев – это наиболее эффективный путь повышения не только собственных рейтинговых показателей, но и политических партий, поддержавших Жапарова в ходе президентских выборов», – пишет Мирсаидов.
Политолог Шерали Ризоён допускает, что война стала элементом близкой к революционной ситуации, которая по традиции разворачивается в Киргизии осенью, и говорит, что коррупционные расследования, связанные с именем главы ГКНБ Камычбека Ташиева, могли заставить того переключить внимание граждан на конфликт в Баткене и мобилизовать киргизов против «действий соседа».