До 16 и старше…

Сколько вам было, когда вы впервые влюбились? Мне – тринадцать. Я училась в седьмом классе, хватала пятёрки (с мамой-учительницей другой расклад был невозможен, а если и возможен, то небезопасен), пиликала гаммы на уроках музыки, а в свободное время вздыхала по одиннадцатикласснику, который жил недалеко от меня.

Чем может похвастаться девочка в тринадцать? (Не сейчас, конечно, когда кругом акселератки, которые выглядят в тринадцать на восемнадцать, а в далёком 2006). Тогда я ещё была абсолютно нескладным подростком, переживающим период становления и бурного цветения комплексов. Я даже дышать в сторону объекта обожания боялась, не то, что заговорить! Иногда я плелась следом за ним в школу или сталкивалась в столовой, тихо вздыхала и писала отвратительные любовные стихи, которые (прямо сама себе бы пожала за это руку), никому не показывала.

Вскоре обнаружилось, что любовное поветрие зацепило не меня одну, и я обнаружила подругу по несчастью в своём же классе. Машка была шустрой, решительной и, что самое главное, владела невиданной редкостью и роскошью – мобильным телефоном «Сони Эрикссон», на котором даже было несколько полифонических рингтонов, включая гимн «Дома-2».

- Мне Витька нравится, - призналась она мне как-то, когда мы сидели в столовке.

- А мне Руслан, - выдала ответное признание я.

С этого момента и начался наш «блицкриг», который был по своей сути ни капли не успешнее того, что задумывал Гитлер. Первая любовь – она такая, застаёт врасплох, когда ты ещё толком не понимаешь, что с ней делать и куда пристроить и выражаешь её абсолютно неумело и максимально криво.

Мы с Марией в вопросе «кривизны» были просто асами! Всё, что мы делали, чтобы привлечь внимание парней, было верхом слабоумия. Да что там, «слабоумие и отвага» были нашим девизом на тот период! Хотя, кого я обманываю? Не только на тот. Мы косячили на протяжении всей учёбы в школе! Итак, к моим тридцати годам я точно могу сказать, что:

Во-первых, ходить возле открытых окон кабинета биологии и громко петь песни про «лепёшку» (такое было прозвище у Машкиного кавалера) в то время, когда у одиннадцатого класса там урок – глупо, но очень весело. Помню, что нам тогда ещё подпевала Наташка, наша одноклассница.

Во-вторых, писать СМС-ки с одного номера двум парням, которые дружат – такая себе затея! Сообщения обоим кавалерам писала Машка, Руслану – под мою диктовку, но я, помнится, была очень лаконичной, к тому же, боялась, что парень всё расскажет моим старшим сёстрам, с которыми неплохо общался.

В-третьих, соперничать со старшеклассницами за внимание симпатичного парня – крайне сложно. Помню, что мы оставались после дискотеки для среднего звена, чтобы посмотреть, придут ли Витька с Русланом на взрослую. Девчонок-старшеклассниц это очень бесило, они кричали, топали ногами и жаловались на нас учителям. (Возможно, они чувствовали в нас будущих конкуренток?) В общем, со взрослых танцев нас тоже выпроваживали.

Вы спросите, чем закончилась моя первая любовь? Ничем. Он легко вычислил меня, но будучи для своего возраста очень взрослым и интеллигентным написал следующее сообщение: «Ты хорошая, но тебе ещё нужно подрасти». И добавил, что ничего не скажет моим сёстрам. Я тогда выдохнула с облегчением. А ещё почувствовала, что моя первая любовь переросла во что-то более значимое и важное – в уважение. Он мог посмеяться сам или рассказать друзьям, но не сделал этого, пощадив чувства и гордость тринадцатилетней девочки. Мы до сих пор иногда общаемся, крайне редко, конечно, он теперь человек семейный, но помню, что лет пять назад он написал мне: «Ты в школе очень красиво играла на пианино, я иногда стоял под дверью и слушал». Мне было приятно это слышать даже спустя столько лет.
Всё-таки, мы есть гораздо больше, чем мы сами думаем и способны увидеть!