Часть 2 здесь.
Зарплату деньгами в колхозе давали один раз в конце года и то очень редко, когда урожай был хорошим, а потому, чтобы прокормиться, все держали подсобное хозяйство, которое обычно состояло из коровы, подтёлка, телёнка текущего года, 3-4 овцематок с ягнятами, 1-2 поросят, 15-20 кур, и огород соток 50 (0,5 га.) Пенсию в колхозе тогда не платили никому. В нагрузку ещё надо было подписаться на государственный заём на послевоенное восстановление страны, а также сдать определённое количество молока государству и шкуры скота. Даже свиней тогда не палили: обдери, а шкуру сдай государству.
Летом, да и зимой тоже, все взрослые были на работе. Неработающие подвергались беспощадной критике, как со стороны начальства, так и со стороны общества, а работающим на заработанный трудодень выдавались хлеб, сено, иногда деньги и растительное масло.
Для детей основным местом обитания летом был пруд, зимой - снежная горка. Ни детского сада, ни яслей в деревне не было. На всю деревню было одно радио в избе-читальне (что-то вроде клуба). За малыми детьми смотрели либо совсем старые старушки, либо старшие дети, кстати, смотрели очень хорошо, независимо от того, чей это был братик или сестрёнка. За несколько лет моего детства никто не утонул и не потерялся, хотя лес для нас тоже был родным домом. Как только оттаяла земля, обувь долой. Ходили босиком всё лето и в поле, и в лесу. Ноги покрывались цыпками, трескались.
Пойдём на конюшню, намажем ноги солидолом, что телеги мажут, они становятся немного мягче, но подошва ступни всё равно оставалась очень грубой. Проколоть её могли только очень острые предметы, такие как стекло или колючки боярышника. Основной же угрозой босоногих сорванцов были змеи. Особенно много в лесах и на косогорах было гадюк. Они-то и не давали нам особенно расслабляться, хотя случаев укусов было очень мало и те среди взрослых. А у нас счёт был всегда в нашу пользу.
В лесу у нас были основные продовольственные ресурсы: грибы, ягоды, и множество съедобных трав, которые сейчас и не знают, а это: щавель, медунки, саранки, кандык, пучки, дидли, слизун (дикий лук), солодка. Всё это, как только сойдёт снег, мы употребляли в пищу и не потому, что были такие уж голодные, а просто так повелось. Может, поэтому дети лет с 5 болели очень редко и росли здоровыми, крепкими и шустрыми. Я даже не помню, чтобы кто-то в этом возрасте серьёзно заболел или умер. Умирали, в основном до 5 лет и то всё больше от инфекционных болезней: корь, дизентерия и т. д.
А уж потом, когда ребёнок пошёл на «траву», считай, ничего с ним не случится.
Лет в 5 я тоже заболел корью. Приехала фельдшер из соседней деревни, посмотрела, покачала головой и сказала «Поите его водкой с мёдом и прогревайте». За несколько дней до своей болезни я был на похоронах сверстницы и был сильно напуган. Мать сказала: «Хочешь жить - лезь на печь и пей водку с мёдом, а то закопают тебя как ту девочку». Так я и сидел несколько недель на печи, пил водку как воду, но вылечился и в очередной раз выжил, но с тех пор стал главным дегустатором спиртных напитков в семье.
Медовуха поспела - Толя покушай, гости придут скоро - Толя выпей водки и иди гуляй, к столу не лезь, когда гости за столом. Так в 6 лет я стал кандидатом в алкоголики, но мне повезло. Однажды дядя с тёткой ушли к соседям на вечеринку, и мы с двоюродным братом высосали через прокол шилом «четок» водки. С тех пор лет до 25 я даже смотреть не мог на спиртные напитки. Напился, зато не стал алкашом. Другим моим сверстникам повезло меньше. Кстати, водка в 50-е годы за столом была не часто, а по большим праздникам, которых тоже было не много: пасха, 1-е мая да 7-е ноября.
Самогонку не гнали. А кто пробовал, наказание было быстрым и неотвратимым. Суд, тюремный срок - 1 год небо в «клеточку» Гулял народ, в основном, 7-го ноября после уборки урожая всей деревней, по очереди ходили из двора во двор дня 2-3. Тогда же и справляли свадьбы. В деревне не было ни одного алкаша. Новый год был детским праздником. На ёлке все игрушки были самодельными. Их делали сами дети, при этом само собой возникало соревнование, у кого лучше. Здесь в полной мере проявлялось детское творчество. И, не смотря на то, что ёлка не зажигалась, она всем очень нравилась, потому что каждый в её убранство вложил свой творческий труд.
Подарки были очень скромными, но очень желанными. В то время ребёнок конфеты ел несколько раз в год и потому они были очень сладкими. Пустая бутылка из-под водки стоила 12 копеек. На эти деньги можно было купить 100 г пряников. Дадут тебе бутылку, сдашь её в магазин, купишь пряников, угостишь мать, отца, сестру, там и тебе один-два достанется, зато какими они были вкусными! А сейчас не знаешь, чем угостить ребёнка. Всё плачем, что плохо живём. Мне кажется, что тогда люди были более счастливы и довольны жизнью, чем сейчас, хотя это были тяжёлые послевоенные годы. Многие мужики не вернулись с фронта.
В деревне остались вдовы с малыми детьми да подростки, на которых и легла вся тяжесть послевоенного восстановления. Вдовам, потерявшим своих мужей на фронте, нет в России ни одного памятника, и это очень несправедливо. Они, оставшись одни в своём горе, многие так и не вышли больше замуж - не за кого было выходить, да и некогда. Они работали день и ночь, растили и воспитывали детей и до конца своих дней смотрели на дорогу в надежде, а вдруг появится на ней тот единственный, сгинувший где-то на далёкой войне Алексей, Василий, Иван. Я до сих пор не могу понять, что это за люди жили в то время, из чего они были сделаны? Пережив страшную для народа, по своим последствиям войну, они не сломались, не согнулись. Старики, женщины, дети и те немногие мужики, которых пощадила война, работали с утра до ночи без выходных и праздников почти бесплатно.
Что такое колхоз тех времён, многие теперь уже не знают, а кто знал, их уже давно нет. Это основная сельскохозяйственная производственная единица, которая кормила не только свою обнищавшую и разорённую войной страну, но ещё пол-Европы. Система была примерно такой. Колхоз имел землю и скот, но не имел техники. Техника была сосредоточена в МТС (машинотракторных станциях), которые, как бы по найму обслуживали колхозы и совхозы: пахали, сеяли, убирали урожай. В каждом колхозе был филиал от МТС и назывался он тракторным отрядом. Трактористов набирали из той же деревни, где располагался тракторный отряд. В основном, это были молодые девушки, мужиков выбила война. Например, в Ивановке во время войны в колхозе было 4 трудоспособных мужика и то, видимо, один из них - председатель колхоза, один - бригадир тракторного отряда, остальные инвалиды, демобилизованные по ранению, то без руки, то без ноги.
Сказать, что работа тракториста была тяжёлой, это значит, ничего не сказать. Она была адской. Колёсные трактора типа «Универсал» заводились рукояткой. Сделать это здоровому мужику было очень трудно, а не то что девушке. Коренные и шатунные подшипники изготавливались из мягких сплавов, а потому через несколько дней работы их приходилось либо менять, либо подтягивать, разбирая полдвигателя, а время не ждёт, хлеб осыпается. Какие там выходные, какой там сон. Здесь на полевой бригаде и ели, и спали. Основная тяжесть ремонта и снабжения запчастями ложилась на плечи бригадира тракторного отряда. На Весёлой Гриве во время войны и после неё им был мой дядя Кр****ов Степан Ефимович.
Ну и представьте себе. Беспомощные девчонки, МТС за 25-30 км, из средств передвижения - одна лошадёнка. А над всем этим война и грозный закон. Люди стояли перед выбором - либо сделай, либо умри. У дядьки была лошадь по кличке Удалый. Люди говорили, что он понимал человеческий язык. Куда дядька скажет, туда Удалый и идёт, а хозяин в это время прикорнёт на телеге часок-другой. Первый секретарь райкома успевал на лошади за день-два объехать все колхозы, всё лично посмотреть и проконтролировать.
На весь район был один участковый милиционер и везде успевал. Расчётной единицей в колхозе был, так называемый «трудодень». Работающий человек в течение дня мог заработать 1-2 трудодня и совсем редко 3, а то и 0,5 трудодня. Короче, как и при деньгах, на каждую работу была своя расценка, выраженная в трудодне и его долях. Например: мётчик на заготовке сена за выполнение дневной нормы (60 ц) получал 2,5 трудодня, стогоправ - 1,5 трудодня, а подросток копновоз - 1 трудодень. В конце года количество заработанных трудодней складывалось, и в зависимости от экономических показателей колхоза на каждый трудодень начислялась натуроплата, реже деньги. Например: по 300 г пшеницы, по 5 кг сена, по 50 г мёда. Что производил колхоз, то и давали. Деньги после войны колхозники получили на трудодень первый раз в 1954 году. Вырос хороший урожай зерновых.
Часть 4 здесь.