Я очень тяжело переживала уход мужа. С самого первого дня, когда он упал в безлюдной деревушке, и до самой его смерти, осознание того, что спасти его крайне сложно, накладывалось на «если ты что-то можешь, то самое время показать. Ты же продляла дни самым безнадежным, делала для чужих такие вещи… неужели теперь, когда в помощи нуждается самый близкий твой человек, ты не справишься»? Я молилась и металась каждый день. Мой канал с Высшими был наполнен мольбами, а будни - отчаянными попытками сделать хоть что-то. Казалось, что еще немного: попросить, вымолить, уговорить, и все может наладиться. В какой-то момент мне даже казалось, что дело пошло на поправку. Все шло к выписке, и я везла документы для того, чтобы ставить его в местную поликлинику на учет – при трепанации у мужа был вырезан фрагмент черепа, и предстояло ставить титановую пластину.
Но я не успела. Когда вошла на этаж, медсестры отводили глаза. Врача не было на месте. А в палате сказали, что двадцать минут назад он снова упал, но в этот раз ударился головой с таким вот незащищенным мозгом. Сам вышел из туалета, где все случилось, и бегущим навстречу медсестрам успел сказать: «все в порядке», а после этого потерял сознание. Вторая операция, субдуральная гематома, кома. На девятый день после этого он умер. Когда я пришла к нему в последний раз, в реанимацию, все уже было понятно. Отделившееся красное семя – верный признак, но сильный организм какое-то время еще продолжал функционировать на автомате. Вздувшиеся вены, багровое лицо. Я попрощалась с ним, в последний раз обработала пораженную герпесом губу, протерла тело, и на обратном пути позвонила свекру и сказала, что по моему мнению – все.
А за пару дней до этого мне снился сон. Это было не видение, не транс – просто сон. В поисках того, кто мог бы помочь, я оказалась в какой-то холмистой местности, на «вокзале», в «зале ожидания». Вдалеке на зеленых холмах неторопливо прогуливались, укутанные в коричневые плащи, Семь Великих Черепах. В их силах – все. Вершить судьбы, повелевать миром и событиями, они словно воплощение Великих Богов: те, что держат этот мир в своих руках, или на своих панцирях. А мы, простые смертные, сидели на «вокзале» в ожидании момента, когда можно будет просить Их. У каждого человека – свои важные просьбы, свои надежды. Многие не первый раз были здесь, были знакомы друг с другом, переговаривались. Я едва успела осмотреться, как прошел слух, что кого-то из нас необходимо принести жертву. Семь Великих Черепах требовали одного из нас на заклание. И люди выбрали меня. Просто потому, что я там была чужой, новенькой, незнакомой. Меня выпихнули из здания вокзала на улицу, к этим Черепахам. Было очень обидно, глубокое чувство несправедливости и предательства. За что? Ведь я так же, как и все, пришла просить за своего близкого человека, мне НАДО… Черепахи объявили свою Волю, рассказали, в чем именно заключается моя жертва, и после я проснулась.
В состоянии несправедливости, предательства и оцепенения я провела много времени. Уже схоронив мужа, потеряв его бизнес, работу, я все продолжала задавать себе эти бессмысленные вопросы: почему? За что? Моя гордыня была разбита вдребезги. Амбиции, которыми я жила до этого, чувство собственной исключительности, втоптаны в грязь. Я ощущала себя никем: никчемной, бесполезной, ничего не умеющей. А вся эта эзотерика казалась мне иллюзией и шизофренией.
Со временем все изменилось. Я приняла уход мужа. И приняла этот урок гордыни. Но это, конечно, уже совсем другие истории.