В 1870-х годах в Буэнос-Айрес прибывает очень специфический иммигрант: бандонеон.
Танго находился в зачаточном состоянии, как и этот новый инструмент, который был недавно изобретен в 1846 году в Германии Генрихом Бандом, по одним версиям, или Карлом Ф. Циммерманом, по другим. Никто его не запатентовал. Бандонеон — музыкальный инструмент, возникший в результате эволюции гармоники, изобретенной в 1839 году, вдохновленной аккордеоном и задуманной как портативная версия фисгармонии. Он относится к категории ручных язычков с сильфонным приводом, иногда называемых выжимными ящиками. Звук создается, когда воздух проходит мимо вибрирующих язычков, установленных в раме.
Самый старый известный музыкальный инструмент, в котором используется этот метод, — это Шэн, «губной органчик», уже использовавшийся в Китае в 700 г. до н.э., сделанный из нескольких бамбуковых тростей (от 13 до 36), внутри которых были вибрирующие мембраны, и тыква в качестве резонатора. Поток воздуха создается исполнителем, который дует в специальную трубочку, по принципу игры на флейте.
В 1800-х годах этот способ извлечения звука был широко известен в Европе, откуда произошли многие разнообразные инструменты, некоторые из которых используются до сих пор, такие как гармоника, фисгармония, аккордеоны и концертины и которые считаются непосредственными предками бандонеона. .
Карл Фридрих Улиг (1789-1874) создал концертину в 1839 году, вдохновленный аккордеоном мастера из Вены Кирилла Демиана (1772-1847), усовершенствовав его.
У первой концертины Улига было по 5 кнопок с каждой стороны: для нот более высокого тона, предназначенных для мелодии, справа, а для более низкого тона или басов - слева. Эта концертина производила 2 разные ноты на кнопку, одну открывающую и другую закрывающую инструмент, получая таким образом 20 разных тонов. Этот инструмент уже имел зачатки того, что однажды станет бандонеоном танго. Целью Улига было создание инструмента, который, устраняя трудности с транспортировкой фисгармонии, имел такое же звучание и идеально сочеталось бы со струнными инструментами. Это позволяло бы интегрировать его в ансамбли камерной музыки и не ограничивало бы его интерпретацией популярная музыка. Именно поэтому он продолжает работать над его улучшением.
В 1854 году Улиг представил свое творение на Промышленной выставке в Мюнхене, получив Почетную медаль.
Эти инструменты пользовались большой популярностью, хотя у них не было той судьбы, которую желал для них Карл Фридрих Улиг, их создатель. Они были в основном популярны среди фермеров и рабочих, которые начали исполняли музыку подбирая на слух или при помощи системы обозначений, помечая кнопки маленькими цифрами. Другие мастера продолжали добавлять кнопки, пока их не стало 62. В 1844 году ученый и мастер Чарльз Уитстон (1802–1875) запатентовал английскую концертину.
Этот инструмент имеет шестиугольные резонансные ящики, тогда как в изобретении Улига, называемом также немецкой концертиной, они имеют квадратную форму. Бандонеон происходит от немецкой концертины. Согласно некоторым версиям, Карл Ф. Циммерман модифицировал концертину Улига, добавив кнопки и изменив их расположение, создав то, что стало известно как «Карлсфельдерская концертина» (происходит от немецкого города Карлсфельд, где Циммерман жил и создал свою концертину), в отличие от « Хемницер концертина» (происходит от немецкого города Хемниц, где проживал Улиг и где он и создал свою концертину).
Позже Циммерман эмигрировал в США, продав свою фабрику Эрнсту Луи Арнольду, другому производителю инструментов, который уже будет напрямую связан с происхождением бандонеона. В 1840 году Генрих Банд, музыкант из Карлсфельда, знакомится с концертиной Улига во время визита в Хемниц.
Ему очень нравится инструмент, но он был вынужден его усовершенствовать. В 1843 году он открывает магазин музыкальных инструментов в Карлсфельде, а в 1846 году начинает продавать свою улучшенную версию концертины Улига с 28 кнопками, каждая из которых воспроизводит два разных тона, и измененным расположением кнопок. Именно этот инструмент и стали называть бандонеоном, хотя Генрих Банд считал его концертиной и так и не запатентовал. Позже он еще улучшил его, чтобы создать модели с 65 кнопками с двумя разными звуками каждая.
Он также способствовал распространению инструмента с несколькими адаптациями фортепианных произведений для бандонеона и сочинял вальсы и польки для игры на бандонеоне, хотя эта информация противоречит другой версии, в которой говорится, что Генрих Банд задумал свой инструмент для исполнения духовной музыки.
Генрих Банд умирает в 39 лет. Его вдова Йохана Зибург в 1860 году стала партнером Жака Дюпона, чтобы продолжить производство бандонеонов.
Генрих Банд не делал бандонеон сам. Он спроектировал его и заказал его производство у Карла Ф. Циммермана.
Альфред Банд, первый сын Генриха и Йоханы, написал одну из первых книг, посвященных бандонеону, со всеми мажорными и минорными гаммами. Эрнст Луи Арнольд, купивший фабрику Циммермана, станет самым известным производителем бандонеона.
Его сын, Альфред Арнольд, с детства работавший на фабрике, со временем изобретет бандонеон из 71 кнопки по две ноты в каждой. Его версия, названная «АА», станет любимой среди музыкантов аргентинского танго.
Существует множество различных версий концертины и бандонеона.
Существуют различные расположения кнопок, как мы видели на концертинах Carlsfelder и Chemnitzer, и в некоторых моделях каждая кнопка воспроизводит только одну ноту.
Это могло сбивать с толку, поэтому в 1921 году Эмиль Шимильд из Лейпцига предложил объединить все аранжировки кнопок концертин и бандонеонов в одном инструменте.
Это предложение не имело успеха, но в 1924 году было принято решение об унификации расположения кнопок для бандонеона с моделью из 72 кнопок, производящих по 2 ноты каждая (144 тона), хотя модель, принятая у музыкантов аргентинского танго, является 71 кнопочной (142 ноты), и Альфред Арнольд продолжил производство исключительно такие бандонеоны. Альфред Арнольд принимал заказы от исполнителей аргентинского танго, которые просили включать больше тонов и настраивать их.
После Второй мировой войны фабрика Альфреда Арнольда, расположенная на территории Восточной Германии, была экспроприирована и прекратила производство бандонеонов, превратившись в фабрику по производству деталей для дизельных двигателей. Арно Арнольд, племянник Альфреда, смог бежать из Восточной Германии и открыл фабрику по производству бандонеонов в Западной Германии в 1950 году с помощью бывшего техника Альфреда, г-на Мюллера.
Эта фабрика закрылась после смерти Арно в 1971 году. Клаус Гутьяр, бандонеонист, окончивший Бандонеонную школу Берлинского университета, начал делать бандонеоны ручной работы в 1970 году. Компания KG, производитель музыкальных инструментов, совместно с муниципальными властями Айбенстока приступила к возрождению производства бандонеонов.
Компания Paul Fischer KG совместно с Институтом производства музыкальных инструментов Zwota в 2001 году разработала 142-тональный бандонеон. Фабрика Bandonion and Concertina Factory Klingenthal продолжает традицию создания легендарных инструментов «AA» и, тем самым, создания бандонеонов в Карлфельде.
Используемые материалы и конструкция соответствуют легендарным инструментам «АА». Используя исторические инструменты, проводятся эксперименты по проверке акустических, материальных и механических параметров совместно с Институтом производства музыкальных инструментов в Звоте.
Производственный процесс был настроен с использованием этих параметров, и это можно продемонстрировать с помощью измерений.
Поскольку бандонеон не был запатентован, нет никакой информации о материале, использованном для его изготовления, например, о точных сплавах металлических вибрирующих язычков, разных для каждой ноты.
В Аргентине бандонеоны изготавливались вручную Умберто Брунини, жителем Баия-Бланка. После его смерти его дочь Ольга продолжала традицию, пока не скончалась в 2005 году. Первым бандонеонистом, когда-либо упомянутым в Буэнос-Айресе, был Томас Мур, «el inglés» (англичанин), хотя некоторые говорят, что он был ирландцем, который привез этот инструмент в Аргентину в 1870 году. Бразилец по имени Бартоло также упоминается как первый, кто принес этот инструмент в Буэнос-Айрес. Руперто «Эль Сьего» (слепой) упоминается как первый музыкант, который играл танго на своем бандонеоне. Он играл возле рынка на улице Морено за милостыню. Педро Авила и Доминго Санта-Крус (автор знаменитого танго «Unión Cívica») играли на концертине, пока Томас Мур не подарил им свой бандонеон. Хосе Санта-Крус, отец Доминго, также перешел с гармоники на бандонеон. Считается, что он играл на бандонеоне военные призывы во время войны в Парагвае, хотя вероятнее, что в то время он играл на концертине. Пабло Ромеро, «el pardo» или «el negro», считается одним из первых, кто играл танго на бандонеоне в районе Палермо. Противоречивые версии упоминают, что он либо играл раньше, либо был учеником «el pardo» Себастьяна Рамоса Мехиа. Эти бандонеоны представляли собой примитивную версию 32-тонального инструмента. После 1880 года, когда танго начало обретать свою окончательную форму, самыми известными исполнителем на бандонеоне был Антонио Франсиско Чиаппе.
Антонио Франсиско Чиаппе родился в Монтевидео в 1867 году. Его семья переехала в Буэнос-Айрес в 1870 году в район Барракас, где позже у него была мясная лавка. Он также был профессиональным водителем повозки, который стал президентом Ассоциации профессиональных водителей повозок. Он был великолепным бандонеонистом, который хвастался своим талантом, помещая объявления в газету с вызовом тем, кто хотел поспорить на деньги, с тем, кто лучше играет вальсы Вальдтейфеля, хотя он никогда не зарабатывал на жизнь музыкой. Он никогда не играл в других местах, кроме семейных домашних вечеринок. Он играл с «Эль Пардо» Себастьяном Рамосом Мехиа в примитивном танго, или «прото-танго», «Эль Кеко», очень популярном в его время.
Он также руководил несколькими музыкальными формациями, из которых важно выделить ту, которая стала предтечей «orquesta típica criolla» Висенте Греко. Этот оркестр включал в себя бандонеон, скрипку, флейту, кларнет, фисгармонию, две гитары и контрабас. По словам Энрике Кадикамо, в его стихотворении «Poema al primer bandoneonista», первым бандонеонистом танго является «Эль Пардо» Себастьян Рамос Мехия, но сегодня принято утверждение историка танго Роберто Селлеса, что это был Антонио Чиаппе.
«Ветры начала века, которые заставляли флюгеры вращаться и свистели в громоотводах величественных резиденций Сан-Тельмо, Флорес и Бельграно. Тогда Пардо Себастьян Рамос Мехия был первым гражданином, играющим на бандонеоне, и водителем трамвая компании Compañía Buenos Aires y Belgrano. Коричневый Себастьян открыл столетие своим бандонеоном, когда сказочный город был в зачаточном состоянии, а улица Пуэйрредон была Центральной Америкой. Первый фуэй, который включил свет Танго, по углам. Под его влиянием дон Антонио Чиаппе, также играющий на бандонеоне, позволил себе роскошь бросить вызов через газеты тому, кто лучше всех исполнял вальсы Вальдтейфельда, экстраординарно ... Эль Пардо Себастьян распространил свой пыл на братьев Санта-Крус, которые выступали в кафе Atenas. в Каннинге и Санта-Фе, где они аплодировали танго Виллольдо — El choclo и Yunta brava — которые так очаровали Апарисио, каудильо и китайца Андреса. Себастьян Рамос Мехиа, декан факультета бандонеона, открыл столетие, когда сказочный город был в зачаточном состоянии, а улица Пуэйрредон была Центральной Америкой». «Поэма первому бандонеонисту», Энрике Кадикамо.
«Эль Пардо» Себастьян Рамос Мехия был потомком африканских рабов и был «мэром» (водителем) конки - трамвая, запряженного лошадьми, на линии Буэнос-Айрес-Бельграно. Он играл в Cafe Atenas в Ministro Inglés (сегодня Scalabrini Ortiz) и Санта-Фе. Его бандонеон имел 53 тона.
Считается, что он давал несколько уроков игры на бандонеоне Висенте Греко. Музыканты и танцоры аргентинского танго не сразу приняли бандонеон. Оригинальные формы флейты, скрипки и гитары играли стаккато, яркий и быстрый ритм. Бандонеон с его «легато», с его низкими ключевыми нотами, которые так любили его исполнители, которые постоянно настаивали на том, чтобы его немецкие производители добавляли больше низких тональностей, казалось, не принадлежало танго. Но на самом деле он дал танго то, чего не хватало в танго до прихода бандонеона. А бандонеон нашел музыку, для которой он, казалось, был создан. Бандонеон, в отличие от других инструментов танго, таких как скрипка, флейта, гитара, арфа, а позже и фортепиано, не имел традиций, к которым можно было бы обратиться.
Это был чистый лист бумаги, на котором можно было написать что угодно. Не было никаких маэстро, ни методов для этого. Все приходилось создавать с нуля. Возможно, сходство между его звучанием и звучанием organitos (шарманка), распространившего танго повсюду, помогло его принятию.
Хуан Мальо ПачоХуан Мальо «Пачо» сыграл важную роль в принятии бандонеона как музыкального инструмента танго.
Родившийся в 1881 году, он начал учиться играть на бандонеоне, наблюдая за тем, как его отец играет на нем каждый день после работы. Он обращал внимание на положение пальцев, а затем тайно практиковал их на крыше своего дома.
Он ходил в школу до 12 лет, когда начал работать сначала в механической мастерской, затем разнорабочим, а затем на кирпичном заводе. В возрасте 18 лет он решил полностью погрузиться в свое призвание: музыку. В годы напряженной работы он продолжал тренироваться, чтобы оставаться в форме, когда представится возможность.
Но, тем не менее, ему нужно было решить технические проблемы, такие как развитие большей независимости между правой и левой руками, и он отправился в поисках инструкций к более опытному Доминго Санта-Крузу.
Он заметно вырос и от своего бандонеона из 35 кнопок последовательно перешел к инструментам из 45, 52, 65, 71 и, наконец, к индивидуальному бандонеону из 75 кнопок.
В детстве отец называл его «pazzo» (итальянское слово «сумасшедший») из-за его беспокойного характера. Его друзья не могли выговорить это слово и называли его «Пачо».
Он любил шутить. Если вы были в районе ручья Мальдонадо в 1918 году и видели привидение, то это был Пачо, который каждую ночь бродил вокруг с белой простыней, чтобы весело провести время, пугая проходящих мимо людей.
Он одевался сдержанно и изысканно и настраивал на то же своих музыкантов.
Профессионально он стал играть в начале 1900-х годов, сначала в публичных домах, а затем в кафе, пока из-за его растущего престижа его не пригласили играть в очень известном кафе «Ла Палома» в Палермо в 1910 году.
Важно уточнить, что Палермо того времени не был тем районом высшего класса, который мы знаем сегодня. В те годы это был район «компадритос». Послушать Пачо приходило много людей. Особый ритм интерпретаций танго Пачо привлек внимание многих лучших танцоров того времени, таких как Эль Качафаз, потому что танцевать было негде.
Однажды ночью группа зрителей из района Онсе, считавшегося районом более высокого класса, чем Палермо, взяла его на носилках и отнесла в кафе Гариботто в Сан-Луисе и Пуэйрредоне.
Там он позже представил квартет из бандонеона, флейты, скрипки и семиструнной гитары. Примерно в те же годы Пачо начал представлять свои композиции: “Armenonville”, “Un copetín” и “Quasi nada”.
Он привлекал на свои концерты так много людей, что полиция начала подозревать, что Кафе предлагало своим посетителям не только музыку, и однажды ночью они внезапно ворвались и арестовали всех: клиентов, официантов, музыкантов, хозяина и даже кота. … Но они ничего не нашли.
В ответ Пачо написал свое танго «Qué papelón!» ("Что за бумажка!").
В 1912 году он начал записываться для студии Колумбия. Его успех был настолько велик, что слово «Пачо» стало синонимом «грамзаписи».
Автор - Марсело Солис
Источник https://escuelatangoba.com/marcelosolis
Уроки танго и милонги по средам и субботам в г. Алматы:
тел. +7 777 024 3846
мы в instagram - уроки танго в г. Алматы
мы в instagram - милонги в г. Алматы