23 сентября - день рождения Владимира Малыщикого - основателя сразу двух петербургских театров — Молодежного театра на Фонтанке и Камерного театра Малыщицкого.
Народный артист России Валерий Кухарешин о Владимире Малыщицком:
Я благодарен судьбе, что попал после института в Молодежный театр к Малыщицкому.
Я пришел к Владимиру Афанасьевичу еще на 7-ю Красноармейскую, в его знаменитую студию ЛИИЖТа, за несколько месяцев до создания Молодежного. Когда впервые оказался в маленькой комнате “Studio”, сразу понял, что вот он – театр-дом, театр-семья. Казалось, что попал в свою 51-ю аудиторию, только под другой крышей, и драматической грани перехода из института в театр не ощутил.
Скажу даже больше, в институте у меня не все было гладко, с третьего курса чуть не отчислили – был очень зажат, а когда пришел в Молодежный, то Владимир Афанасьевич в меня поверил и доверил несколько главных ролей. Только здесь, в Молодежном, я понял, что это за восторг, когда выходишь на сцену, только благодаря ему.
Молодежный театр, созданный Малыщицким, был уникален и по репертуару, и по решению пространства сцены, и по общению со зрителями, и по атмосфере, которая сохраняется до сих пор, но рождена была именно Владимиром Афанасьевичем.
Наша молодость совпала с рождением театра, это было время, когда в Театр беззаветно верили, когда он полностью занимал всего тебя. Даже Новый год по единодушному желанию мы отмечали в театре, хотя никто не принуждал, просто хотелось быть вместе – что-то обсуждать, о чем-то спорить... Я благодарен судьбе, что мне удалось это испытать, и многие молодые мне завидуют.
Для нас были нормальными, повседневными понятиями – честь, достоинство, вера, Отчизна, мы говорили о них всерьез, без пафоса, и это осталось навсегда. Это были главные уроки Владимира Афанасьевича.
В его спектаклях не было ни слова лжи, он говорил о времени, которое хотел изменить, с болью, открыто, прямо, – таким был он, и это чувство правды заражало и тех, кто с ним работал, и тех, кто приходил в театр. Многие постановки воспринимались, как ожог, до сих пор я встречаю зрителей, которые помнят их, как будто видели вчера, – и «Сто братьев Бестужевых», и «Сотникова», «И дольше века длится день»...
У театра был потрясающий круг друзей – Искандер, Айтматов, Гордин, Голлер, Володин – с которыми мы говорили не только о литературе, театре, но и о жизни – это была настоящая школа жизни.
Владимир Афанасьевич притягивал талантливых людей и никогда не замыкался только на профессии: литература, поэзия, история – это был круг наших интересов, он учил умению мыслить.
Был высокий авторитет руководителя, но и атмосфера свободы, в которой каждый мог раскрыться и проявиться. Мы сами были в то время декабристами – братьями Бестужевыми.
В этом году 9 мая мне вдруг вспомнился наш спектакль «Цена тишины» по стихам поэтов, погибших в Великую Отечественную, и до боли как-то пробило, – тогда главным было не удовольствие и развлечение, а что-то совсем иное, то, ради чего стоит жить...
В моей судьбе роли в спектаклях Владимира Афанасьевича навсегда останутся как самые главные. Все, кто прошел вместе с ним это время, спаяны какой-то общностью – не только актерской, но человеческой, которая никогда не пройдет и никогда не забудется.