Виктор Степанович
Я уже «подходил» к юго-западной окраине Караганды, возвращаясь с контрольного полёта над водным каналом "Иртыш-Караганда", оставив своего служебного пассажира на оперточке. Задание на сегодня - выполнено, и сознание честно отпаханных шести часов, приятно греют душу.... предстоящей зарплатой. В воздухе - никого из "малой авиации": все местные давно вернулись на родной аэродром, и только "командировочным" всё мало.
Шучу конечно.
Диспетчер "Района" перевёл на связь со «Стартом», управляющим взлетом-посадкой воздушных судов. Тот "отчитал" обычную информацию по условиям захода на посадку: Высоту полёта «на круге», давление на аэродроме, курс посадки, ветер у земли и, "тому подобное".
Подчиняясь его указаниям выполняю «предпосадочные действия» в кабине моего маленького, газотурбинного и двухдвигательного вертолётика и подтверждаю, принятие условий захода на посадку в "Старый порт", этого шахтерского, рабочего города.
- "До входа в круг" - сказал диспетчер.
- "Понял" - говорю.
Идти до полосы аэродрома осталось совсем немного.
То-олько отпустил кнопку «Радио» ответив диспетчеру, как что-то запершило в горле.
Кашлянул раз, второй. Не проходит. Першит ещё сильнее.
Теперь кашель уже сам рвётся наружу: такое впечатление, что кто-то щекочет связки. Попытки откашляться приводят к тому, что перехватывает дыхание: малейшее колебание воздуха на вдохе-выдохе вызывает удушье, из глаз полилась "влага".
Плохо вижу перед собой из-за слёз. Щёки и лицо - мокрые. В раздражении пытаюсь откашляться, понимая, что с минуты на минуту снова выходить на радиосвязь, "не считая остального".
Чем больше пытаюсь избавиться от проклятого першения, тем сильнее душит спазм. Дышать всё трудней. Плохо понимая что делать, с ужасом жду вызова диспетчера старта.
В голове гудит набат, виски разламываются, глаза лезут на лоб: Ничего себе, приключение!
Дышу как астматик – еле-еле, лишь бы не потерять сознание.
Мозг напряженно ищет решение, а живительный воздух так плохо наполняет легкие хоть рот и открыт, словно в крике.
И вдруг, в какой-то момент в памяти блеснула строчка из книги по "Йоге":
- "Если хочешь, чтобы организм, то бишь мозг, сам разобрался с причиной проблемы – задержи дыхание!".
Медленно и тихонько выдохнув воздух, чтобы не вызвать нового приступа кашля, замираю, считая бьющиеся в голове «молотом» удары пульса.
На пятидесятом ударе слышу в эфире "свой позывной" и, закружилась голова. Но через пару секунд "картинка перед глазами" прояснилась. Изменений в состоянии - пока нет, и поэтому продолжаю "не дышать", отсчитывая секунды про себя, собрав волю в кулак.
Диспетчер второй раз называет мой бортовой номер, в эфире.
Секунда, вторая, шестидесятая - воздух рвётся в лёгкие, но, не даю.
- "Не хватало ещё «отрубиться», на четвёртом развороте!" - бьётся трусливая мыслишка. - Может, упасть "камнем с небес, прямо под собой"? Благо, это - вертолет, а не самолет. Только, что это даст? - И успею ли?!
Я - весь мокрый, как только что из душа.
Но вдруг - сначала постепенно, а затем стремительно стало отпускать в горле, и уже могу осторожно вздохнуть, не кашляя. Появилось ощущение, что в горле появилась легкая, благоприятствующая дыханию смазка.
Осторожно вздохнул таки, полной грудью.
Диспетчер, встревоженно вызвал в третий раз.
Автоматически доворачиваю на посадочный курс над городским озером, к «дальнему радиоприводу», глотаю невесть откуда взявшуюся смазку в горле и, неуверенно и тихонько, отвечаю диспетчеру:
- «Борт такой-то, "на прямой", полосу вижу к посадке готов!».
- «Посадку разрешаю» - облегчённо выдохнул диспетчер.
Мда-а-а, работка у нас! - Как в жестокой "Аэрофлотовской" шутке: "Одно" из двух дОлжно сесть: "либо - воздушное судно, либо - диспетчер".
https://proza.ru/2008/04/24/291
Предыдущая часть:
Продолжение: