Смешная байка от Бышовца.
Легендарный тренер Анатолий Бышовец, выигравший золотой Олимпиады со сборной СССР, и получивший прозвище Светоч за свои философские высказывания, после распада Советского Союза пробовал свои силы за границей. Сначала провел сезона на Кипре, тренируя «АЕЛ», а затем укатил в экзотическую Южную Корею, где задержался на три года.
За это время Бышовец со сборной Кореи занял четвертое место на Азиатских играх и третью строчку на ЧМ-1994 в группе с Германией, Испанией и Боливией, неплохо выступил с корейской национальной командой на Олимпиаде (третье место в группе с Италией, Мексикой и Ганой, которая опередила Корею только за счет доп. показателей) и удостоился похвалы от местной федерации футбола за хорошую работу.
А еще близко познакомился с культурой, обычаями и языком Южной Кореи, которые его очень удивили.
Так, неожиданно для себя Светоч обнаружил, что корейские футболисты намного амбициознее русских.
«У всех корейцев есть амбиции, которых нет у многих наших молодых ребят. Жизнь идет от цели к цели — сначала ты игрок клуба, потом сборной, потом хочешь победить в турнире. Но что дальше? Сыграть в лучшем чемпионате Европы? Жизнь — это бег с барьерами, корейцы это понимают», — признавался Бышовец.
Но еще сильнее, чем черты характера корейцев, тренера поразили особенности языка. Причем, сразу, как только он приехал.
«Дело в том, что в их языке нет буквы «ф». Вроде бы небольшая потеря, но на практике это оказалось куда забавней. Началось с того, что переводчик попытался обратиться ко мне по имени — отчеству:
— Анатолий Педорович!
Договорились, что он будет называть меня по фамилии. Тогда он говорит:
— Мистер Бышовец! Нам пора ехать в педерацию путбола.
— Интересная, — думаю, — страна Южная Корея!», — вспоминал Бышовец в книге «Тайны советского футбола».
Удивительно, но на этом сложности с переводчиками для российского тренера не закончились.
«У меня в Корее из-за переводчиков возникали проблемы. Нужно ведь иметь представление о том, о чем ты говоришь, что переводишь, то есть необходима определенная квалификация: хорошо оперировать терминологией, уметь донести до игрока тренерскую мысль. Здесь есть тонкости, и это весьма ответственная работа.
Были ситуации с переводчиками-корейцами, когда они неточно истолковывали игрокам то, что я говорил. Был у меня и русский переводчик, хороший парень, но, к сожалению, отличить свободный удар от штрафного он не мог», — рассказывал Бышовец.
Сам тренер за три года так и не решился освоить сложнейший корейский язык. В 1996-м Бышовец уехал из Кореи, выучив всего лишь два слова:
«По-корейски я говорил разве что аненхасее — здравствуйте и харабоджи. Это дедушка», — признавался тренер.