Часть 2.
Дед Матвей сидел на крыльце своего дома. Весна. Не так уж и тепло, но солнце пыталось прогреть промёрзшую землю, растопить последний снег.
Со дня похорон прошло полгода. Полгода тоски по жене и сыну. Сын навещал отца каждые две недели, привозил продукты, помогал по хозяйству. Пытался разговорить отца, но тот молчал. В глазах боль, тоска, вина. Винил Матвей почему то себя.
На кладбище Матвей ходил каждый день, хотя и качали головой соседи.
- Не дело это Матвей, нельзя так. Но он не слушал никого и не пытался кого то услышать.
-Не так всё пошло, совсем не так, повторял он.
Дед Матвей чертил палкой по растаявшему снегу круги. Пытался найти ответ, почему они?
Он поднял голову, смотрел на солнце. Оно ослепляло глаза, но он упорно смотрел, пытался посмотреть, заглянуть в будущее. Что делать? Что делать?
И вдруг заплакал...
Он плакал молча, слёзы, накопленные за эти месяцы наконец то хлынули. И с ними утекала боль, которая давила изнутри, не давала покоя.
Он понял, что не замечал старшего сына Мишку, когда тот пытался поддержать его.- Ведь и ему плохо. Эх, всё не так...
- Наверное обиделся....
Матвей встал и пошёл на кладбище. Он всё наконец то решил.
Зайдя в оградку к своим, он поцеловал фотографию Марии и погладил фотографию сына, сказал: - Ну, что родные мои, вот и весна пришла, жизнь продолжается. Не обижайтесь на меня, буду по-реже к вам приходить. И ушёл. Почти бежал, не оглядываясь.
Дома Матвей оглядел двор, прикинул сколько всего нужно сделать. Что починить, что покрутить. Дел много.
Нужно баньку истопить, сын должен приехать. Приготовить ужин. Встретить сына.
И так у Матвея всё заладилось, и силы от куда то взялись. И всё в сторону калитки поглядывал. Уж очень хотелось сына увидеть.
Мишка приехал раньше, чем обычно. Видать чувствовал, что отец его наконец то за долгое время, ждёт.
Матвей встретил Мишку, прижал к себе и долго не отпускал.
Отец с сыном сходили в баньку, попарились и сели за стол. И не могли наговориться. Мишка обрадовал отца: - Будешь дедом! Не зря ж тебя дедом Матвеем кличут. Я ж тебе уже говорил эту новость, да ты не слышал меня. Через месяц уже!
Ох, как же отец обрадовался! Обнял сына.
- Спасибо сынок, вернул к жизни!
Матвей убедился, что всё таки жизнь продолжается. Продолжается в наследниках, потомках.
Звал Мишка отца к себе, но Матвей отказался. Мол, не старый ещё. Побуду ещё здесь в деревне год другой, а не передумаешь сынок, к тебе поеду внучат нянчить. На том и руки пожали. И началась у Матвея жизнь другая. Без Марии и Игорька.
Всего себя работой завалил, ведь не старый ещё. А дедом его ещё с молодости звали. Бороду отрастил с молоду, и прилипло "дед матвей".
Пролетело шесть лет. Так и жил Матвей в деревне. Сколько ни звал его сын к себе, отец все говорил, рано сынок, рано, дел много.
У мишки родился сын через семь месяцев после похорон матери и брата. Хотел в честь брата Игорьком назвать, да отговорил его отец. Назвали Андреем. Редко бывал внук у деда.
- Ох, избаловали малого, приговаривал Матвей, когда редким случаем завозил его к деду Мишка. Кормили его до сих пор как маленького, если капризничал, с ложечки. Рано к телефону приучили. Одевали тоже сами, много чего не хотел Анрейка. Родители сюсюкались с ним. А сноха всего раза два была. Больше Матвей её не видел. Не любила она деревню и сынок таким же рос.
Шел Андрейке шестой год. Задумался дед Матвей о переезде к сыну в город. Захотелось побольше с внуком времени провести, сколько ещё осталось...
Да и внука нужно по другому воспитывать, рассуждал Матвей. Поговорил с сыном и засобирался.
Продолжение следует...