Женщина, чей сын взошёл на престол Османской империи, обладала беспрецедентным влиянием — не только в стенах дворца и гарема, но и во всей державе. Лишь она могла воздействовать на решения правящего падишаха. Однако даже могущество Валиде имело свои пределы.
Хафса‑султан стремилась направлять сына,помогая ему принимать верные решения.
Когда Сулейман узнал о кончине своего отца, Селима Грозного, он осознал: настал его час встать во главе империи. Для Хафсы‑султан эта весть стала двойственной: с одной стороны, радость от того, что её шехзаде взошёл на трон, с другой — горечь утраты: она больше никогда не увидит любимого супруга.
Сулейман учредил для матери новый титул — Валиде (по свидетельствам историков, он был создан специально для неё). Хафса испытывала гордость за сына и была счастлива, но в то же время отчётливо понимала, как власть способна преобразить человека. Она хорошо помнила, каким был Селим в начале их отношений и кем он стал к концу жизни.
Валиде замечала, что сын идёт по стопам отца. Поначалу отношения между матерью и Сулейманом оставались тёплыми и доверительными: Хафса по‑прежнему давала ему советы и помогала ориентироваться в сложностях правления. Ей удалось уберечьсына от опасностей в прошлом, но впереди егождали новые испытания. Долгое время падишах прислушивался к наставлениям матери — однако со временем все переменилось.
Больше всего Хафса‑султан боялась, что Сулейман повторит судьбу Селима Явуза. Мысль о том, что однажды в чертах лица сына она увидит отражение своего мужа, пугала её.Поэтому она взяла с Сулеймана клятву: никогда не становиться столь же жестоким, как его отец, и не поднимать руку на близких. В начале правления это обещание было для султана особенно значимо.
Десятый правитель Османов изо всех сил старался не уподобиться деспотичному отцу. В основе его правления лежали принципы справедливости и честности — особенно впервые годы власти. Недаром подданные дали ему прозвище Кануни. Однако бремя власти, страх не оправдать ожиданий и опасение утратить уважение подданных заставили султана нарушить клятву, данную матери. К концу жизни Сулейман во многом стал похож на своего отца.
Сулейман осознавал, что не сдержал обещания, данного Валиде, но не намеревался ничего менять. Он трижды клялся матери не причинять вреда близким, однако впоследствии приказал казнить мужей своих сестёр и двух сыновей. В итоге он превратился в подобие Селима Явуза: для него имели значение лишь власть и трон. Встречая взгляд матери, Сулейман читал в нем разочарование и страх — но это не останавливало его. Каждый свой поступок он находил чем‑то оправдать.