Советская историография сделала из декабристов героев, рыцарей без страха и упрека, которые были сосланы в жуткую сибирскую ссылку, где их изнуряли каторжным трудом. Правда, по факту достойны уважения не сами декабристы, а их жены.
Отказавшись от предоставленного права развода, оставив даже детей, женщины поехали за своими несчастными мужьями, которые на самом деле не особенно-то и горевали. И на самом деле истинная «доля» декабристов очень точно описывалась даже после Октябрьской революции (например, в журнале «Каторга и ссылка»), но позднее все нелицеприятные факты были вычищены, и декабристы превратились в мучеников.
Дорога в ссылку
Обычных приговоренных могли везти в течение двух лет, и не каждый преступник доживал до тех самых каторжных работ. Достаточно свидетельств того, что оголодавшие будущие каторжане дрались во время этапа за картофелину.
Но это простые и незнатные преступники. Что касается декабристов, то их пусть в ссылку был легок и приятен.
Во-первых, декабристов везли в практически индивидуальных тройках, в каждой из которых сидел для наблюдения жандарм, который по пути выступал больше в роли мальчика на побегушках, чем охранника. Естественно, не за большое спасибо.
Например, фельдъегерь Седов, сопровождавший «свою партию» декабристов, за два месяца пути получил в виде взяток около 3-х тысяч рублей! Документально засвидетельствовано, что когда группа ссыльных декабристов (Якубович, Давыдов, Оболенский, Муравьев) во время остановки в Нижнем Новгороде откушали в трактире. При этом на трапезу преступников смотрело несколько десятков зевак.
Дело в том, что декабристы за обед выложили около сорока рублей, что составляло минимум два, а то и три годовых заработка простого крестьянина.
О «нелегком пути в ссылку» вспоминали и другие декабристы. Например, Завалишин рассказывал, как в Ярославле:
«вице-губернатор переоделся прислугою и светил нам (декабристам) в гостинице с лестницы, когда мы садились в повозки».
Тяжкий каторжный труд
После такого похода заключенных распределили по местам работ. Например, восьмёрка самых провинившихся (Оболенский, Якубович, Муравьев, Давыдов, Трубецкой, Волконский и Борисовы) были направлены на заводы в Иркутской губернии. В первый день гостей, как водится, чествовали пикником, а затем назначили на самые легкие работы. Правда, первые три недели ссыльные не работали.
Сами декабристы об этом говорили более, чем откровенно:
«На другой день урядник Скуратов принес два топора и сказал, что мы назначены в дровосеки, … шепотом же он объявил, что мы можем ходить туда для прогулки и что наш урок будет исполнен без нашего содействия».
Интересна ведомость о заработной плате, которая показывает, сколько декабристы «наработали» за месяц. Например, Трубецкой с Волконским намахали топорами на целых 65 копеек. По воспоминаниям того же Завалишина практически каждую неделю приходил обоз, который доставлял «господам ссыльным» провизию, книги, даже московские калачи. Странным образом, например, в Чите были резко открыты сразу двенадцать лавок, в которых продавались привезенные товары.
Наконец, самым неприглядным во всей этой ссыльной истории стало пьянство декабристов и не только оно. В 1933 году вышла книга «Воспоминания и рассказы деятелей тайных обществ 1820-ых годов», в которой были опубликованы без купюр многие откровения декабристов:
«…домик (декабриста Барятниского) сделался притоном разврата, куда водили девок…».
Читая такое понимаешь, что, возможно, только прибытие жен хоть как-то сдерживало некоторых декабристов. Но вряд ли эти храбрые мужи, откровенно наслаждавшиеся всеми прелестями ссылки, вообще были рады появлению супружниц.