Найти тему

История из жизни Элеанор Хоуп.

ЧАСТЬ ОДИННАДЦАТАЯ.

Когда торжество закончилось, решено было выйти на прогулку и снова, в последний раз в качестве студентов, походить, посетив любимые места на территории замка. Многие только этого и ждали, поэтому мигом поспешили на природу и разбрелись кто куда. Они ходили и испытывали такое ощущение, что видели местность и её детали в первый раз. Тот же восторг, та же завораживающая магия овладевали людьми.

И Элеанор Хоуп чувствовала себя так, словно не она была профессором, и не было нескольких последних лет в её жизни. Думалось, что они — ничто иное, как грёза и плод воображения, рождённые в минуты томительного сна. Казалось, что Элеанор вновь была ученицей и, как и другие, выпускалась из школы. Давно позабытые эмоции, будто проявившиеся тогда, в Хогвартсе, вновь вырвались наружу. Настолько они были схожи с теми, познанными девушкой прежде. Она ходила и любовалась видами, прочно вошедшими в сердце за целых пять лет. Было всё же грустно покидать замок, но желание оказаться на родине ни за что не позволило бы ей остаться. Для некоторых людей тяга к родному превосходила по силе все остальные вещи, вроде получения устоявшейся заработной платы и тому подобных вещей. Привычка и временная привязанность никогда не смогли бы сравниться с любовью.

Небольшая полянка со стоявшей на ней скамьёй под тенью высоких деревьев, листья которых зелёным ворохом недавно появились на них, часто притягивала к себе. Хоуп нравилось находиться там: она нередко приходила туда, чтобы на свежем воздухе, а не в душном, лишённом кислорода классе после проведения в нём нескольких занятий, проверять работы учеников, читать какую-либо литературу или же просто сидеть, задумавшись о чём-то своём.

Постепенно долгий летний день, который с большой неохотой уступал господство над миром вечеру, стал сменяться сумерками. Небо окрасилось в нежные розово-жёлтые тона, словно солнце, заходя за горизонт, тоже хотело попрощаться с выпускниками и преподавателем зельеделия. Элеанор оглянулась и увидела направлявшуюся в её сторону Клариссу Нолан. Была какая-то удивительная у директора собственная манера походки. Она была и строгой, чеканной, напоминавшей чем-то строевой шаг, но в то же время и не кажущейся им.

— Мало какому директору нравится терять хороших сотрудников, — сказала она, подойдя к девушке. — Так думают все, независимо от того, в маггловском или волшебном мире они находятся. Найти вам замену будет не так-то просто. Но я хорошо понимаю причину, почему вы уходите, — продолжила Нолан. — Поэтому наша школа всегда будет рада видеть вас в качестве гостя, — заключила женщина и, протянув ладонь и встретившись с другой, поданной в ответ, пожала девушке руку и добро, искренне произнесла: — пусть у вас всё сложится хорошо, мисс Хоуп.

— Я благодарна вам за многое, директор Нолан, — ответила, улыбнувшись, Элеанор. — Вы взяли меня на работу, хотя вполне обоснованно могли и отказать, и этим вы очень выручили меня. Спасибо.

— И я ни разу не пожалела о своём решении, мисс Хоуп, — сказала Кларисса Нолан, выпуская руку коллеги. — Вам нужно идти, если вы, конечно, не передумали и не решили отправиться сразу же отсюда прямиком в Англию, — губы директора дрогнули в лёгкой, едва уловимой, сдержанной полуулыбке.

— Нет-нет, я не передумала, — встрепенулась Элеанор. — До встречи, профессор! — попрощалась она и, дождавшись ответных слов и кивка, отправилась к стоявшим у ограждения, охраняющего замок, старинным автомобилям, зачарованными редкими заклинаниями, которые должны были отвезти волшебников до улицы, разветвлявшейся на много других, словно в лабиринте. Они вели к разным замаскированным и часто невидимым порталам-аркам, которые при произнесении кодового заклятия-ключа приводили магов туда, куда им требовалось. Нужно было только верно выбрать, не спутав с похожей, тропинку.

Мимо проносились сочные, наполненные закатным светом просторы, ярким калейдоскопом сменявшиеся один за другим. А в это время Элеанор Хоуп, бывший преподаватель зельеварения, оставляла, отдаляясь всё быстрее, Америку, и с каждой минутой приближалась к своей родине, на которую она так давно жаждала вернуться.

Продолжение следует...