Снова позвонила Крис. Я ответил, но старался говорить сдержанно.
Она спрашивала куда я пропал, не уехал ли...(Что их это так заволновало?) Я ответил что, как обычно, много работы… Нет, никуда не уехал, если бы уехал - сказал бы обязательно, чтоб цветы поливала. Она чуть помялась, а потом сказала что не может найти ключи от моей квартиры… Я про себя усмехнулся. Успокоил, пообещал поменять замки, она сразу оживилась, видимо ее действительно это волновало. Я спросил как у них дела с Максимом… Она сказала, что все не плохо, сегодня ждет его, чтобы пойти в кино… Я опять усмехнулся, но уже как то горько… Жалко ее было, что первый муж ею пользовался и пудрил мозги, что этот… урод какой-то моральный! Эта женщина совсем не разбирается в мужчинах! Я сказал, что не хочу ее отвлекать от сборов, пожелал ей с ее хахалем хорошего вечера и положил трубку. Чувствовал себя последней лицемерной тварью, но я свято верил, что всем действительно будет лучше без этого криминалитета в нашей жизни! Нужно было что-то придумать, чтобы хорошенько спрятать труп и я придумал нечто безумное…
Конечно жаль, что у меня не нашлось дома строительной пленки, как у Пчёлы с Витьком, пришлось обходиться черной шелковой простыней из миланского комплекта постельного белья. Я потуже завернул в него Максима, вокруг ног и шеи намотал шарфы. Труп стал похож на здоровенную черную гусеницу. Меня его вид не заботил, главное чтобы он скрылся с моих глаз!
Я притащил тело к амстердамскому гробу, положил его на дно, сверху накинул еще одно одеяло с постели и лег сам. Я немного выглядывал над поверхностью гроба… но все равно решил попытаться! Я максимально расслабился и почувствовал как будто проваливаюсь в зыбкий, обволакивающий горячий песок… Переход начался….
***
Когда я очнулся, мне было страшно открывать глаза… Страшно осматриваться, проверять перенесся ли труп со мной или остался лежать в квартире? Но за меня все решили голоса, которые доносили вроде бы и из далека, но все же неумолимо приближаясь. Тут у меня выбора уже не было! Я встрепенулся… Гроб… труп… все при мне! Хотя я и был одет в специально подготовленную одежду, но все же обжигающий холод пробирал до костей. Нужно было что-то делать! Я пригляделся… Это были солдаты... Что они делают здесь? Не долго думая, я бросился им на встречу, размахивая руками.
Солдаты вскинули мушкеты… но увидев что я свой, опустили стволы.
Признаюсь, что мой план сработал только на половину… не принял я в расчет обстановку. Люди как на пороховой бочке жили, ждали угрозы отовсюду. Я пытался заговорить их, запудрить мозги… но тут со всех сторон набежали мужики с вилами, да топорами. Скрутили меня и не разбираясь, потащили в обратную сторону.
Для меня весь мир рухнул в одночасье! В моем плане было предусмотрено все, кроме неадекватности тёмных крестьян! Я пытался вырваться, предлагал деньги, бился в истерике… Я кричал и просил чтобы меня отпустили, но кто то из крестьян решил угомонить меня по-свойски… Тюкнули чем-то тупым в затылок… и все! На этом мое везение закончилось!
Когда я пришел в себя, я конечно же был уже совершенно в другом месте, лежал посреди широкой улицы около костра. Вокруг меня ходили люди, о чем-то тихо разговаривали. Я открыл глаза, но не шевелился... просто смотрел как пляшет огонь, как пламя лижет котелок, висящий над костром… И такой жар от него! Так тепло, что у меня лицо запылало… Кажется лишь в тот момент я понял что события последнего дня расстроили мои нервы окончательно!
Я чувствовал обреченность, пустоту внутри себя! Чувствовал как рвется сердце в груди… Я толком не успел ничего посмотреть, как меня сразу скрутили... Как мне теперь вернуться? Как найти гроб? Я даже толком не рассмотрел куда нас занесло! А пламя все плясало… будто восточная танцовщица, извивалось… Как я понял что схожу с ума? Я увидел одноногого старика… того самого Семена Ворчуна из Романовки! Штанина, как и обычно, подвернута и пришпилена булавкой к поясу. Я смотрю на него, а он, как ни в чем не бывало, выкидывает перед собой костыли, а потом единственной ногой к ним подскакивает…
Шустро так… уморительно. Ковыляет по лагерю и совсем будто не видит меня. Я не стал провожать его взглядом, шевелиться не хотелось совсем, даже глазами. Я впал в своего рода транс и только в нем я не чувствовал себя обреченным… Пляска огня очищала мой разум от черноты мрачных мыслей!