В своих текстах я старательно избегаю аналитики, чтобы не прослыть «диванным аналитиком».
Термин, который я сам употребляю, но скорее не в том понимании, что человек сидит на диване, ни в чём не участвует, но излагает собственный анализ происходящего.
А в том понимании, когда человеку делать нечего, и он просто выплёскивает свои эмоции, не удосужившись прочитать, услышать, посмотреть совершенно разную информацию и собрать, обобщить картину в целом.
Так вышло, что я занимаюсь этим практически всю жизнь, а последние лет двадцать очень плотно.
И в этом смысле, человек, который детально, как я написал выше, занимается этими вопросами, ничем не отличается от общепризнанного аналитика, который пишет, выступает на телевидении, и при его появлении появляется титр – «Аналитик».
Он кстати, тоже сидит на диване. Или в кресле. Или бегает на беговой дорожке.
По этому принципу ему в титр можно приклеить соответствующее прилагательное.
Но тем не менее никто этого не делает. Поэтому разница между ним и тем человеком, который это делает исключительно для себя по призванию и страсти к этому делу, никакой нет.
Источники в наш век все открытые, доступные, и всё дело только в количестве потраченного времени и труда. Ну и увлечённости конечно.
И ещё умении анализировать.
Кроме того, что это, на мой взгляд, ещё и способность, которая даётся не всем, как, впрочем, и все остальные качества.
Этому, конечно, можно и учиться. Но это тоже не всем помогает, как и в любой другой профессии или деятельности.
Меня анализировать учила семья, школа, два совершенно разнонаправленных института и сама жизнь, которая сложилась так как сложилась, а не иначе.
Но главное всё же – страсть. Интерес.
Откуда он взялся, и почему так всё сложилось – для меня самого загадка.
Кто-то смотрит футбол и разбирается в нём, а я вот совершенно равнодушен к нему и практически ничего не понимаю в нём.
Зато я смотрю за политикой и общественными процессами с тем же темпераментом и увлечённостью, и погружением, что и любитель футбола.
И я избегаю аналитики в своих текстах.
И стараюсь писать публицистику, а ещё лучше художественные вымыслы, обобщения, фантастику.
Там проще.
Публицистика не нуждается в комментариях, хотя именно на неё я получаю их больше всего. И это забавно.
А художественные тексты это вообще прелестно.
Потому что огромному количеству оппонентов, идейных врагов, да просто дураков, и ответить нечего, и они не знают, как это сделать на подобный текст.
И в такие моменты я абсолютно доволен собой, что случается со мной крайне редко.
Но есть проблема.
Я её чувствую по комментариям. Есть целый ряд людей, которые ждут конкретных разъяснений по поводу происходящего. То есть ждут не только и не столько от меня, но и от меня тоже.
И я многим отвечаю в личных сообщениях.
Но куда как проще ответить на многочисленные вопросы написав аналитический текст, тем более, что я могу это делать, и знаю, что могу.
Если бы не дураки.
Если бы любой опубликованный текст не был обращён к широкой аудитории неизбежно.
Если бы его прочли только те, кому это нужно.
Те, которые от меня этого ждут.
В общем, есть что-то недостающее в той позиции, которую я выбрал для письма.
Тем более, что писать аналитику и публицистику, для меня не составляет труда.
Мне это легко.
Почти.
А вот художественные тексты куда сложнее.
Над ними я мучаюсь.
Но именно ими я бываю доволен.
И именно их мне хочется писать больше всего.
Но время такое, что оно само диктует публицистику и аналитику.
Признаюсь в своей некоторой трусости.
А её я ненавижу больше всего. Даже если она «некоторая».
Но с возрастом я стал бояться дураков.
Всё же полезнее всего сейчас была бы аналитика пусть и вперемешку с публицистикой.
Всё же придётся сделать над собой усилие и выдать, и позволить себе, и ответить на многие вопросы, которые мучают многих моих читателей, и они ждут от меня именно такого разговора.
Ответить прямо.
Прошу прощения за все эти скучные мысли вслух.
Видимо мне это необходимо.
Когда садился за клавиатуру собирался написать совершенно другое.
Аналитику.
И ответить на многие вопросы. Которые мне задали за это время.
В качестве извинения оставлю здесь это очень старый, малюсенький мой рассказ-зарисовку.
Я и тогда вкладывал в него суть происходящего в тот момент, но не предполагал, что он настолько изменит эту суть в виду происходящего сегодня.
Собственно, и аналитика моя, несостоявшаяся сегодня, должна была быть об этом.
ЗИМА
- Вот скажи мне, американец, в чём сила!
Американец съежился от напряжения и втянул шею. Русский пристально смотрел на него.
- Разве в деньгах? Вот и брат говорит, что в деньгах.
На этих словах он кивнул куда-то, в сторону стройки.
- У тебя много денег, и чего?
Американец знал, что русские говорят эти слова то ли перед, то ли после, а может во время того, как начать стрелять во всех подряд, без разбора.
- Я вот думаю, что сила в правде: у кого правда, тот и сильней!
Мысль работала в бешеном ритме. Слова были знакомые, но непонятные. Они давно были переведены на английский язык, но смысл сказанного так никто и не смог объяснить.
- Вот ты обманул кого-то, денег нажил, и чего — ты сильней стал? Нет, не стал, потому что правды за тобой нету! А тот, кого обманул, за ним правда! Значит, он сильней!
Проклятые русские! Зачем он все это говорит?! Черт! Черт! Что делать?! Чего он от меня хочет?!
Русский снова пристально посмотрел ему в глаза.
- Мани, Дмитрий Громов - давай...
От страха глаза американца вышли из орбит. Он почувствовал, как мышцы кишечника самопроизвольно расслабляются... Его трясло.
Внезапно русский весело расхохотался, ткнул его небольно кулаком в плечо и, засмеялся.
- Ты чего?! Поверил, что ли?!
Взлохматил американцу волосы на голове и прибавил
- Эх, ты... Глубинное государство... Не дрейфь! Видишь?! Мы газопровод уже достроили. Скоро тепло пойдет.
Встал и пошел вразвалочку в сторону строительной техники, проваливаясь в снег по колено.
Костер потрескивал. На вертеле размораживался крокодил, который вмерз в лед еще в феврале двадцать первого.
Американец быстро схватил горсть снега, положил себе в рот и стал нервно его жевать, не отрывая взгляда от удаляющегося русского.
Русский запел -"Гни свою линию! Ой! Гни свою линию! Ой! Горят огни..."
Крокодилятины расхотелось совсем.
Шел четвертый год... Зимы.
Проза.ру
Свидетельство о публикации №221022600104