Черный новенький Ниссан летел со скоростью 120 км в час. А почему бы и не лететь? Трасса свободная, гололеда нет, погода отличная, видимость прекрасная, настроение хорошее, предновогоднее.
Что-то черное низкое и не очень маленькое мелькнуло перед глазами. Удар, глухой удар, машину повело в сторону. Андрей ничего не понимал: пусто же все было, проехал метров 150 вперед и резко нажал на тормоза. «Что это было? Посмотреть бы надо», - проговорил он вслух. Вышел из машины, огляделся - вдали на дороге что-то чернело, бросил на машину быстрый взгляд, заметил вмятину спереди, вздохнул, почесал затылок и совсем растерялся. Настроение сразу же куда-то улетучилось. Представил предстоящие хлопоты. Машина была куплена в кредит, жена ворчала, а ему так хотелось поменять старенький Рено. «Теперь попрекать начнет», - подумал он. Было обидно. «Посмотреть бы надо, что там было», - вновь вслух сказал мужчина. Но смотреть не хотелось, а хотелось дать по газам и уехать, уехать или убежать, улететь, исчезнуть из этого проклятого места. Да и какая разница, что там. Не человек же. А на остальное ему наплевать. Но что-то внутри трепетало, не давало уехать. Какая-то неведомая сила заставила сесть в машину, развернуться и подъехать к месту столкновения. Сквозь лобовое стекло Андрей увидел лежащего на трассе большого черного пса. «Собака, я так и думал, мертвая, наверное. Надо бы на обочину отнести, в кювет выброшу», - решил он. Автомобилисты объезжали собаку. Андрей вышел из машины - окровавленный пес поднял на него глаза, собака от боли тихо, но пронзительно скулила. От этих звуков Андрею стало не по себе, он передернул плечами. Собака, увидев идущего к ней человека, испугалась, пыталась перевернуться, сделала рывок, но тело обвисло, видимо, лапы были переломаны. Пес упал в бессилии, закрыл глаза.
- Барбос, ну чего ты, сдох что ли? Сейчас я тебя оттащу, ну, извини, ты же сам под машину, сам…, - обратился Андрей к псу.
Мужчина попробовал схватить собаку за лапы - пес взвизгнул.
- Жив, - прошептал Андрей, он и сам не понимал, хорошо это или плохо, радоваться ему или огорчаться.
Наконец кое-как удалось оттащить бедолагу на обочину. Мужчина взял в багажнике ветошь и зачем-то накрыл ею Барбоса. А потом сел в машину и поехал по направлению к дому. Однако через полкилометра развернулся и вскоре снова стоял возле пса.
- Да что ж это такое? – твердил он себе. – Дурак я, полный дурак, подумаешь собака. Но не могу с собой ничего поделать.
Андрей замешкался, стал рассматривать беднягу. Судя по всему, это был беспородный пес больших размеров. Впрочем, собака чем-то походила на овчарку. На глаз было видно смешение породистых и беспородных кровей. Ошейника на собаке не было. Черная с проседью шерсть говорила о немолодом возрасте животного. Внизу шерсть была в колтунах и в грязи, смешанной с кровью. Одно ухо было порвано. Потрепало собаку немало. А теперь вот еще и под колеса попал бедный пес.
-- Ладно, крепись, Барбос, в клинику поедем, раз уж вернулся, ну, не могу я тебя тут бросить помирать, хлопот, конечно, ты мне доставил, но да ладно, прорвемся, не в первой.
Андрей бережно взял раненое животное на руки и потащил в машину. Грязного окровавленного пса на новые кожаные сиденья класть не хотелось, но пришлось, куда ж его еще деть такого огромного, кое-как расправил тряпки и положил. Мужчина вел машину аккуратно, боясь растрясти Барбоса.
Через полчаса добрались до города. В небольшом провинциальном городке была всего лишь одна ветеринарная клиника. Время было рабочее, до закрытия оставалось пару часов.
Раздался телефонный звонок. Звонила Верочка - жена Андрея.
- Где ты? – зазвучал в трубке раздраженный голос, - дома уже должен быть...
Всем хорошего настроения)
Светлана Котова