Англосаксы всю историю решали свои проблемы за счет других. Есть ремесло, которым можно овладеть, а есть и ремесло, доведенное до искусства, и вот это уже высший пилотаж. И чтобы им овладеть, в части манипулирования, необходимо вырезать из своей груди сердце и принести его в жертву на алтарь в обмен на благополучие и роскошь. Что они собственно и сделали, и подчинили большую часть мира, а другую противопоставили остальным, оставаясь в тени, в роли кукловода.
Методы янки были не так изощрены, но на правах младших братьев по разуму, кое-чем, и они овладели, во всяком случае, так считал Инферно. Опыт в Бомбее ему показал, что его организацию, янки выдавили из города чужими руками, взяв на себя только роль капкана, в виде израильской наёмницы Афелы, чья оптика позволяла на большом расстоянии отстрелить любую крысу, пытавшуюся покинуть тонущий корабль. Но критикуя Старика, Инферно сам на том же месте просчитался. И если Старик промахивался на десятилетия, то Инферно на какие-то недели, но и этого было достаточно, чтобы его ошибка стала фатальной. Мир снова изменился и столкнул его с самым опасным противником в его жизни, с Рейчел.
Следующие три дня Инферно весь медперсонал лаборатории обкалывал стимуляторами, чтобы ускорить восстановление Добрыни и Китайца. Остальной персонал раз в день получал под дверь дневной рацион питания и воды. Как только Инферно получил достоверные сведения о готовящемся нападении на их фальшивый лагерь сомалийских пиратов, которых судя по всему, янки завербовали и отправили на убой, он выдвинулся. Подняв группу по тревоге, он выдал, наконец, средства связи, конфискованные у спецназа, и приказал привести в чувство Добрыню и Китайца. Через час они уже покинули конспиративную квартиру, сдержав слово и пощадив весь персонал, даже хирурга с медсестрой.
Благодаря экспериментальной технологии по электрической стимуляции нервных окончаний мозга и мышц, тела Добрыни и Китайца не атрофировались после стазиса, за время их восстановительных процедур. Одним словом, технология снова сотворила чудо, сократив время восстановления с семи дней до четырех.
Как только они пересекли границу между Сомали и Эфиопии, сразу направились в фальшивый лагерь. Только Павлин прервал радиомолчание коротким сообщением:
— Калич не сдохнет?
Инферно — Если он не высосал весь недельный запас пайка, не должен. Думайте лучше о себе. Всех касается. По разведданным, Капитан пиратов на нас натравил свою элитную гвардию, насчитывающую две сотни бойцов. Судя по описанию, это бывшие военные, которые охраняли новый дом нового Начальника порта. И хоть я их не видел в действии, тем не менее, по их реакции на мою выходку в доме, я пришел к выводу, что они действуют четко по инструкции. Скорее всего, их обучали русские инструкторы по советским учебникам, когда те ещё служили своей стране, а не кошельку. Если засада выгорит, снесём их одним махом.
Добрыня — Я только не понял. Мы сработали достаточно чисто, но янки всё равно вышли на нас и теперь руками пиратов нас хотят уничтожить?
Инферно — Всё так. Их Куратора я недооценил, но в остальном всё по плану. Капитан дурак, раз второй раз повелся на сказки белого человека и тем более дурак, раз отправил лучших своих бойцов за нами. Теперь он, по сути, остался с голой задницей, и после нас, янки непременно займутся ею, чтобы сохранить лицо в глазах конкурентов. Чтобы лишний раз напомнить то, что принадлежит им, трогать нельзя. А теперь сосредоточились. Пустим в расход гвардию, выиграем время на основную операцию и в случае её осуществления, организация нас прикроет и договориться с янки.
— Принял.
Оказавшись на месте, где стоял фальшивый лагерь, и, припарковав транспорт рядом с отслеживаемым КАМАЗом, вторая группа выдвинулась в лагерь и, заняв отмеченные Инферно позиции, залегла. Провода и устройства подрыва мин, проверил лично Инферно и вручил их Водилам, которые как раз и залегли по разным флангам. Тем временем Добрыня залег на холме, а Китаец побежал проверять провода и устройства подрыва между холмами за речкой, на случай отступления. Через десять минут всё было готово, и они залегли, каждый на своей позиции. Вторая группа окапалась, вернее Инферно их замаскировал сверху травой и ветками, в фальшивом лагере, лицом к транспорту. Сам Инферно залег с Добрыней и Китайцем на холме, напротив фальшивого лагеря.
Добрыня — Ну что… из огня да в полымя?
Инферно — Я смотрю, на том свете, ты зря время не терял. Народной мудрости нахватался. А ты Китаец, с чем вернулся?
Китаец — С кучей шрамов и плечевым протезом.
Инферно — Тоже неплохо, каждому своё. А теперь поймали тишину и наблюдаем.
Ловили тишину они весь вечер и полночи, до трёх утра, пока не стали хрустеть ветки в зеленке по флангам. В прицеле ничего не было видно, но систематические доклады Водил сбили с толку Инферно. Он не понимал, как бывшие военные могли так шуметь, притом за две сотни до фальшивого лагеря, то есть практически на его пороге. На дистанции в сто пятьдесят метров их уже отчетливо было слышно:
— Плевать, главное не подпустите их ближе, чем на сто метров, потом разберемся. Как пройдут метку, подрывай.
И тут один из Водил разглядел крадущихся противников:
— Да это же дети с АК-47 наперевес…
Лицо Добрыни перекосилось, и он попытался подняться, чтобы сделать, сам не зная что, но однозначно не дать умереть двум сотням детей. Инферно перекатился к нему и, надавив на руку, не позволил ему встать. Он вскочил ему на спину и, зажав рукой рот, жёстко зафиксировал своими ногами его, перекатившись с ним на спину. Добрыня впал в истерику, осознавая, что сейчас случится и начал яростно сопротивляться и вырываться. Инферно еле сдерживал его, свободной рукой Добрыня то и дело попадал по лицу Командира. Один хороший удар и засаде конец. Добрыня всё сорвет, проклятая совесть не позволит ему бездействовать, и он непременно пойдет против своих, против здравого смысла и логики, и даже против Инферно. Подскочивший Китаец с Печенегом наперевес стал перед дилеммой, помочь другу или Командиру. Инферно помог ему выбрать:
— Если он вырвется, конец всем и ему в том числе. Решай.
И Китаец вцепился в свободную руку Добрыни, не желая приносить его в жертву, его же идеалам.
Водилы — Сто метров, тут одни дети… каков приказ?
Инферно — Подрывай.
У Инферно мелькнула мысль провести удушающий, но он не мог позволить себе лишиться бойца прямо на поле боя, надеясь, что, когда будет все кончено тот придёт в себя. Прогремели мощнейшие взрывы по обоим флангам, которые буквально придали свежие силы Добрыни, и он с удвоенной силой начал вырываться и выть через прижатую ко рту руку Инферно. Посчитав, что всё кончено, Инферно выпустил его, не желая тратить все силы на сдерживание богатыря. Добрыня вскочил и, оглядев разорванную в клочья зеленку, выхватил Стечкин и направил его на лежащего, на спине Инферно:
— За что!? Как теперь нам жить с этим!
Инферно — Это война Ваня, я их не звал, они сами пришли нас убить. Либо они нас, либо мы их.
Добрыня — Они же дети! Лучше умереть воином, чем жить последним подонком.
Истерика Добрыни, Инферно напрягла, но потихоньку она начала спадать на нет, и резко спала после выстрела в его грудь. Инферно резко перевернулся, дав команду Китайцу проверить Добрыню и не подниматься. Припав к оптике, он ничего не мог разглядеть, перекатился тут же в сторону и сделал выстрел в бензобак КАМАЗа. После чего снова перекатился и как раз вовремя, так как по его позиции кто-то снова выстрелил одиночным. Инферно на этот раз четко расслышал выстрел из винтовки с глушителем, похожий на автоматическую винтовку HK417:
— Твою мать! Это наёмники из Black Water. Всем максимальная бдительность и не высовывайтесь!
Сменив магазин на зажигательные патроны, Инферно выстрелил в бензобак КАМАЗа, чтобы осветить местность, особенно поляну, откуда он считал, был произведен выстрел. Прогремели взрывы, которые на мгновение осветили довольно большой участок местности.
Павлин — Твою..!
Это последнее что Инферно услышал от Павлина. Наёмники из Black Water были снаряжены тепловизорами и ясно видели всю вторую группу. Элитную гвардию вооружённых детей пустили вперед, по наиболее вероятному участку для засады, и их расчет оправдался. Сами же наёмники, подобрались вплотную к позициям второй группы. И прямо у них под носом, после взрыва, вспышка их осветила, и вторая группа буквально посмотрела в глаза своей смерти, во все её четыре глаза, если выражаться буквально. После чего наглых выскочек расстреляли, по сути, в упор. Инферно успел стать свидетелем этой казни и на миг вспомнил, как сама вторая группа так же в упор расстреляла голодранцев. «Карма, сука» — подметил Инферно:
— Отступаем!
Инферно закинул за пазуху СВДМ и, взяв Печенег Добрыни, кинулся к нему с Китайцем. Добрыня не был ранен, но после выстрела, ещё не сросшиеся ребра, снова сломались с правой стороны и идти он не мог. Но Инферно не успел добежать до них, так как с левой стороны от их изначальной позиции промелькнули силуэты и он, припав к земле, открыл огонь по темноте. В ответ засверкали огни:
— Китаец, на три часа!
Китаец обернулся и, упав на Добрыню, стал заливать свинцом из Печенега весь участок в темноте. Отстреляв все, Инферно перехватил Печенег левой рукой за ручку и пополз к оставшимся бойцам. Рассчитывая, что пока наёмники из Black Water не пробегут 650 метров до холма и не взберутся на него, можно о них забыть на несколько минут. Добежав до своих, Инферно сразу кинул Добрыне в руки Печенег:
— Перезаряжай и в бой!
Добрыня — Где Павлин и все остальные? Что случилось?
Инферно посмотрел на обоих, на всё, что у него осталось, и без прикрас ответил:
— Вы всё сами слышали. Их больше нет, но это точно не повод сдаться. К бою!
Инферно припал к земле и, переворачиваясь, выхватил из-за пазухи СВДМ. Сняв бесполезный ночью оптический прицел, он открыл прицельный огонь по огонькам, целясь через мушку. Хоть пламегасители и уменьшали пламя при выстрелах, но на дистанции чуть больше ста метров, в кромешной тьме, они достаточно ярко выделялись. На удивление Инферно, Добрыня, превозмогая боль от поломанных ребер и превозмогая муки совести, собрался и, перезарядив Печенег, присоединился к бою. Инферно из-за всех сил зашвырнул две гранаты Ф1 и прижал своих бойцов к земле. Прогремели взрывы, после которых в рядах противника раздались крики. Инферно крикнул Китайцу:
— За лямки разгрузки потащили! Добрыня как пойдут, открывай огонь на подавление!
И они потащили Добрыню, но через пару секунд по их позиции пронесся беглый огонь, и Добрыня начал бить очередями в ответ. Инферно свободной рукой взялся за рукоять СВДМ, которая висела на ремне за пазухой, со сложенным прикладом и начал стрелять навскидку, оказывая психологическое давление. Когда боезапас кончился, Добрыня скинул Печенег, а Китаец всучил ему свой с полным боезапасом, но Инферно жестом запретил открывать огонь. Противник явно отвлекся на раненных и потерял их из вида, а наёмники из Black Wаter похоже ещё не добежали до холма. Появилась хорошая возможность скрыться, но вдали послышались винты вертолета.
Китаец — Да они издеваются.
Инферно — Никто и не говорил, что будет легко.
Стаскивая со склона Добрыню, они начали переходить реку. Ледяная вода взбодрила Инферно и навела на мысль:
— Быстро скидывайте с себя снаряжение, только Печенег приберегите.
Как только они остались в одних маскхалатах, Инферно толкнул обоих в воду:
— А теперь заткнулись и тихо плывите по течению лежа на спине.
Подошёл к Добрыне и, взяв его за шиворот, сказал:
— Как проплывете километр, выбирайтесь на сушу и проложите маршрут, опираясь на рельеф местности, рассчитывая, чтобы я вывел на вас вертушку или можешь дальше жевать сопли и позволить мне сдохнуть, избавив этот мир от такого изверга как я. Тебе решать.
Оттолкнув Добрыню, он перешел реку и кинулся в заминированный узкий проход между холмами. Заняв позицию за камнем, перед проходом, он оглянулся и не увидел ни Китайца, ни Добрыню. «Значит, уйдут» — решил про себя Инферно. Но появившийся наёмник на холме подумал иначе и, активировав тепловизор, посмотрел в сторону по течению. Инферно заметил его и тут же снял, прострелив тому голову с расстояния в 130 метров. И побежал через проход. В ответ его позицию обстреляли всеми калибрами и закинули пару гранат из подствольников. Инферно метался из стороны в сторону, пытаясь уворачиваться от непрекращающегося обстрела сзади и прикрываться выступами скал. Припадая к каждому выступу, открывал ответный огонь, целясь с колена. Наёмников он больше не видел, зато, наконец бывших военных увидел, которых явно подгоняли янки, так как они действовали не по учебнику, а просто пытались его догнать. По сути, он отстреливал ближайших к нему, удерживая их на дистанции, заодно заполняя заминированный проход битком. Вертолет был уже совсем близко и Инферно активировал ручной подрыв.
Сбросив всё снаряжение, кроме СВДМ и пистолета, он пустился по склону вниз к зеленке. Судя по направлению стрельбы из шестиствольного Минигана, стрелок тоже был оснащен тепловизором, так как очень быстро стало понятно, что он с ним просто играет, подрывая землю дорожкой снарядов прямо перед его носом. Разобрать направление или хотя бы рельеф местности, чтобы сориентироваться, не было никакой возможности. На пути у Инферно то и дело подрывалась земля и трещали деревья после очередей из Минигана. Судя по всему его куда-то направляли. А сообщения от Добрыни всё не было, и Инферно продолжил просто бежать, надеясь воспользоваться подходящим моментом. Через пару километров такой экстремальной пробежки по склону сквозь местную фауну Инферно вскипел. Взобрался по переломанному стволу дерева, которые со всех сторон срезал стрелок очередями пулемета, и, прицелившись, ответил, выпустив по вертолету Черный ястреб, весь магазин, снаряженный бронебойными патронами. Сердце колотилось с такой силой, что казалось готово вырваться из груди в любой момент, а руки тряслись от избытка адреналина, при таком раскладе попасть в пролетающий вертолет было практически невозможно. Видимого ущерба пролетавшей вертушке он не нанес, но хоть пар спустил и побежал дальше. Наконец, выбежав к обрыву, он понял, куда его вели. И хоть у подножья обрыва протекала река, смысла прыгать не было. Высота обрыва достигала примерно 150 метров и прыжок с такой высоты, даже на водную гладь, это верная смерть. Вертолет подлетел к обрыву и Стрелок кивком головы предложил Инферно прыгнуть с обрыва, ехидно улыбаясь:
— Бурбон. Мы взяли его. Теперь никуда не денется.
Бурбон — Вы уверены, что это он?
Стрелок — У него всё лицо в грязи после наших приколов и разглядеть сложно, но этот придурок пытался нас сбить с винтовки. Мне кажется, такая выходка подходит под описание борзого наёмника. Так что я почти уверен.
Бурбон — Тогда вали ублюдка, пока не ушёл.
Стрелок — Да куда он денется? Постойка, но она сказала взять живым.
Бурбон — Да мне насрать, что эта канторная подстилка сказала, это наше дело. Этот ублюдок завалил Эстета, если сегодня мы такое спустим, то завтра, это отребье перестанет знать свое место.
Стрелок — Принял.
Пока Стрелок переговаривался, у Инферно появилась редкая возможность осмотреться. Слева, в пяти метрах от него, лежала мертвым грузом каменная глыба, размером с телевизор. Всё просчитать Инферно не дали, так как шесть стволов уже начали раскручиваться. Инферно выхватив заготовленную гранату Ф1, метнул её изо всех сил в сторону вертолета. По инерции замаха развернулся на месте и кинулся за каменную глыбу. Раздался взрыв, осколками разнесло кузов вертолета и он, потеряв управление, стал ссыпаться в воздухе, разгораясь. Взрывная волна от гранаты толкнула каменную глыбу в сторону Инферно, который подложив ствол СВДМ, позволил ей на него немного откатиться. Как только каменная глыба остановилась, он изо всех сил навалился на нее толчком с плеча, потянув на себя приклад. Он услышал приближающихся противников и, заорав, вытолкал каменную глыбу с обрыва. Схватившись за её край рукой, и упершись в неё ногами, Инферно слетел с обрыва на каменной глыбе. За считанные секунды пролетев 150 метров, он в последний момент сильно оттолкнулся от каменной глыбы ногами, чем немного притормозил свое падение. Инферно нырнул в воду солдатиком, после того, как каменная глыба взболтала водную гладь ударом об неё всем своим весом. Резкий перепад давления при падении с высоты и звон в ушах не беспокоили Наёмника, ведь главное он остался жив.
Отплыв к берегу, перед тем как вылезти из воды, он обмазался глиной, и замер на берегу, ожидая действий противника. Вскоре послышались переговоры на склоне и показались лучи фонарей, судя по всему, это были бывших военные, которые работали на Капитана пиратов. Наёмники из Black Wаter хорошо изучили местность перед нападением на фальшивый лагерь и были уверены, что после падения с такой высоты, выжить невозможно. Это означало одно, мясо в лице бывших военных им больше было не нужно. И выйдя из зеленки вслед за бывшими военными, они их расстреляли в спины. Всего восемнадцать натренированных спецов, под командованием Профи с позывным Бурбон, за считанные секунды расстреляло примерно 150 солдат базового уровня. Зрелище неописуемое, когда со склона падает дождь на гладь воды из полторы сотни капель трупов.
Бурбон — Докладываю, цель уничтожена.
Рейчел — Мне послышалось или ты действительно только что расписался в своей профнепригодности? Ты дебил или просто читать не умеешь? Тебе было что приказано?
Бурбон — Этот ублюдок положил двоих моих на земле, первого осколками посекло от взрыва фуры, пришлось добить, чтобы не мучился, второго лично снял выстрелом в голову.
Рейчел — И почему мне кажется, что ты ещё и вертолет умудрился просрать.
Бурбон — Да, он как-то сбил и вертолет.
Рейчел — Давай пропустим официальную часть и перейдем к сути. Я тебе отдала четкий приказ, захватить цель и доставить на базу, а ты что?
Бурбон — А я послал тебя на хер с твоими приказами. Послушай, девочка, не знаю, из какой семейки тебя к нашему берегу прибило, но ты тут всего три месяца, а я в этом котле годами варюсь и не тебе, вертихвостке, меня на путь истинный наставлять. А сейчас заткни своё ЧСВ, пока я лично не приперся на базу и не пустил тебя по кругу со своими парнями.
Рейчел — Цель точно мертва?
Бурбон — Точно, как яйцо всмятку.
Рейчел — Проверь, чтобы знать наверняка.
Бурбон — Послушай деточка…
Рейчел — Отдыхай дядя.
Бурбон — В смысле? Где вертушка? Вот сука!
Инферно не шокировал ливень из трупов, скорее впечатлил размах и дал четкое понимание, что с таким противником он ещё не сталкивался. Теперь ему стала очевидна разница между организациями. В первую очередь это далеко идущая репутация янки, как доминантов во всём, во вторую очередь высокотехнологическое оснащение каждого бойца спецподразделения, в третью широкий размах. Но самое главное, они вели себя как хозяева, даже находясь на чужой земле. Притом это имело и обратную связь, бывшие военные, судя по их действиям в бою, сами воспринимали наёмников из Black Wаter как своих хозяев. Но это всё стороннее наблюдение, а главное, цель Инферно была достигнута. Black Wаter закончили с выскочками из конкурентной организации, которая судя по всему так же, как и бывшие военные воспринимали наёмников янки как своих хозяев, и, похоже, лично сдали своих наёмников. Как минимум его Куратор точно. Но теперь они сосредоточат всё своё внимание и усилия на сомалийских пиратах и не остановятся, пока не перебьют всех и это главное.
Выждав двадцать минуть, пока наёмники покинут квадрат операции, и изрядно окоченев, Инферно перебежал вглубь зелёнки и засев за деревом, включил экран наручного КПК. Сообщений не было, и очевидный вопрос напрашивался сам собой - Неужели его бойцы бросили? Но хоть и Добрыня на него крепко взъелся, тем не менее, как и любой русский, был отходчивым – «Тогда что не так?». Инферно ознакомился с картой и выстроил предположительный маршрут, которым, скорее всего они бы воспользовались, и побежал на перехват. Через пару километров он наткнулся на свежую колею. «Серьезно? После всего, вас заграбастал обычный патруль бандитов. Выходит, либо я вас слабо гонял, либо вы ещё не полностью восстановились. Все-таки лучше неделю восстанавливаться, а не четыре дня, во всяком случае, пока технологию не доведут до аналогичных результатов» — рассудил Инферно и побежал вдоль колеи. Пробежав, ещё пять километров по колее, под утро он вышел к деревне, в которую наведались бандиты, чтобы покашмарить её насельников. Не привлекая их внимания, он подкрался к джипу и, задрав брезент, нашёл своих бойцов, связанных и с кляпом во рту. Кинув взгляд на Добрыню, он усмехнулся:
— Всё ещё хочешь на тот свет? Только учти, в данной ситуации, Китаец разделит твою судьбу.
Добрыня повесил голову, а после помотал ею.
Инферно — То-то же.
Скинув брезент обратно, Инферно сел за руль и поехал прочь к их лагерю, зализывать раны.
Ликвидация всех членов второй группы повлияла на оставшихся сильнее, чем предполагал Инферно. Он за свои годы в качестве наёмника уже привык к потерям и с самого начала знал, что этим всё и кончиться, иначе не бывает. Выживает сильнейший, хитрейший и то не всегда, банальная случайность может поставить точку на любом из них и в любой момент. Для Инферно только одно имело значение, чтобы в этот момент он был в пылу битвы и никак иначе. Достойная кончина для воина, который пытался, преодолевая всё и всех на своем пути, выполнить своё предназначение в этой жизни. Но Добрыня и Китаец чувствовали совсем другое, а именно боль от потери братьев по оружию, которые не раз приходили к ним на выручку и, рискуя собой, спасали их. Инферно не верил в такие глупости, он везде и во всем видел только расчёт и выгоду, и по тем же критериям расценивал действия окружающих. Яблоко от яблони и всё такое. Хоть это и про другое, тем не менее, суть одна. Яблоня — это организация, а яблоки — это её наёмники, которые не могли кардинально отличаться от неё по части принципов, иначе просто не выживали в этой системе. С другой стороны, они и не выжили, и считались изгоями в организации, хоть и не понятно по какой именно причине. Разве что Добрыня с Китайцем явно не разделяли принципы организации и, похоже, не совсем понимали куда попали, вернее в какое дерьмо вляпались. Решив окончить свои рассуждения мудрым изречением — «Чужая душа потемки», Инферно переключился на более важные для него темы.
Командир разжег костер и растворился в пламени огня. Тем временем Китаец кормил исхудавшего Калича, сущность которого вылезла наружу, окончательно превратив его в скот. После стольких дней проведенных в одиночестве и полном мраке, он не выдержал и сошёл сума. Инферно резко и кардинально изменил его жизнь в тот вечер, когда, будучи ещё наемником, он встал у него на пути. К счастью для него он не вспоминал о пережитом ужасе и теперь его волновали только две цели в жизни, поесть и поспать. А Добрыня, собрав личные вещи товарищей из второй группы, принялся копать пять могил. Но сломанные ребра не позволили ему этого сделать. Китаец отобрал у него лопату и сделал всё сам, избавив тем самым упертого мужика от внутреннего кровотечения. В первую могилу Добрыня положил медаль за службу Павлина, которой тот сильно гордился. Во вторую могилу он положил игровую приставку Хитрожопого, который всё своё свободное время, особенно по вечерам, предпочитал тратить на любимую игру, перепроходя её вновь и вновь. В третью могилу он положил альбом с рисунками Часового, в котором пропал художник. В четвертую могилу он положил полупустую пачку сигарет и ключ на двенадцать, все что осталось от их Водилы. В пятую могилу он положил авто журнал Top Gear, который постоянно листал Водила второй группы.
Добрыня — Не мне их судить, но в одном я уверен, если бы не они, меня уже давно не было бы здесь. Пусть земля вам будет пухом.
Китаец — Хоть я вас так и не узнал, и всем на нас было наплевать с самого начала, но знайте, небо всех нас будет помнить. Спите спокойно, братья.
Похоронив своих товарищей, они пошли к костру, за которым уже не было их Командира. Инферно заливал полный бак джипа.
Добрыня — Что теперь?
Инферно — Тоже, что и всегда. Я убьём этих ублюдков, всех до единого.
Китаец — Уже пытались, получилось так себе. Они большую часть нашего подразделения ликвидировали за какие-то секунды. Тут нет вариантов.
Инферно — Гляньте, кто заговорил. А разве были шансы до этого? Хоть у одной нашей операции, были шансы? Нет. Мне не нужны шансы, чтобы закапать этих ублюдков, только навыки и реакция.
Добрыня — Тогда я с тобой.
Китаец — Я тогда тоже.
Инферно — Неужели? А где ваше оружие, бойцы?
Добрыня — Так у нас два грузовика набитых им.
Инферно — Нихера. Это для основной операции оружие, а своё мы просрали.
Добрыня — Ты собрался идти на них с голыми руками?
Инферно — Может быть, но два инвалида, один физически, другой морально, в бою мне тоже не нужны.
Китаец — Давай хотя бы вызовем подкрепление, сами мы не выстоим.
Инферно — Ты ещё не понял. Нас сдадут при первом же появлении на конспиративной квартире наши же наёмники, и им будет плевать, что мы свои, когда встанет вопрос денег. Мне тоже плевать на вас двоих и тем более плевать на вторую группу, но они были моими людьми. И если я не удавлю тех, кто пустил их в расход, я перестану быть командиром, за которым бойцы готовы будут пойти даже на смерть.
И хоть такого рода идеи им были чужды, тем не менее, они ими прониклись и отступили в уговорах, так как смыслы эти проистекали уже из совсем другой парадигмы.
Китаец — А что нам делать?
Инферно — Ждите, пока у Добрыни не срастутся снова ребра. Если за это время я не вернусь, избавьтесь от Калича, а сами отправляйтесь к контрабандисту, который нам организовал вылет. Китаец договаривается с ним, пока ты, Добрыня, прикрываешь его с Печенегом из кустов. Потому что ты умеешь торговаться, а ты контролировать отдачу. Договоритесь с ним о продаже оружия. Он, конечно, вспомнит вас и вспомнить что вы от организации, а не с улицы и вряд ли попытается кинуть. Тем не менее, будьте начеку. Получите деньги с продажи оружия, а дальше сами решайте.
Отдав свой последний приказ, Инферно просто уехал, как всегда оставив переваривать сказанное им. Перед ним стояло очередное испытание, и ему было не до любезностей. Ему предстояло ликвидировать противника, равному которому ещё не встречал. И он решил серьезно подготовиться. Для начала сменил приметный джип бандитов на все тот же Mercedes-Benz Browny. Переоделся в обычные футболку и шорты, чтобы не выделяться среди толпы в городе. Спустя половины дня, работая с разведданными преимущественно американской направленности, по косвенным признакам он вычислил квадрат зоны расположения подразделения наёмников из Black Wаter. По их данным и сделанным снимкам, сверив с разными картами, он пришёл к выводу, что они стали лагерем на прежнем их месте, где ещё неделю назад его группа держала двух начальников порта. «А что, место действительно уникальное и самое выгодное в той зоне зеленки. И работать оттуда самое то по базе сомалийских пиратов. И подходы все как на ладони. Хотя это их преимущество, самая большая моя проблема. Надо думать» — рассуждал Инферно. Нужен был отвлекающий маневр, но специальными петардами таких матерых волков не провести вокруг пальца. И хоть у него не было этих петард, он продолжил развивать мысль в этом направлении. Пораскинув немного мозгами, он решил пройтись и проверить одну теорию. Сначала зашёл в местный банк и снял со своего счета сто пять тысяч долларов. Так как он постоянно был на операциях, деньги копились и множились за счёт выгодных инвестиций. Инферно мог снять и семь миллионов, но это заняло бы остаток дня для всякого рода проверок, да и не нужно было столько. Получив деньги, он отправился за костюмом. Но как всегда поступил креативно, чем искренне удивил продавца, выкупив его костюм, заплатив как за новый. Он не хотел привлекать лишнего внимания и вызывать своим видом сомнения в будущих переговорах. После подготовительной волокиты он отправился в местный полицейский участок. Ничего никому не объясняя он протолкнулся в кабинет начальника местной полиции. При виде белого человека в костюме темнокожий полицейский не стал грубить:
— Выйдете, пожалуйста, у меня совещание, по всем вопросам к моему секретарю.
Инферно — То есть теперь твой секретарь начальник полиции? Я правильно понимаю?
Темнокожий начальник полиции намёк понял и тут же выставил всех из кабинета:
— Кто вы и по какому вопросу?
Инферно — Я из Black Wаter. Детали тебе знать ни к чему.
Мужчина облился потом:
— Но ко мне уже подходили вчера ваши люди.
Инферно — Вот именно, мои люди, а я их куратор. И теперь мне нужны все твои люди для проведения операции.
Начальник полиции — Мои? Но для чего?
— Для обеспечения вашей легитимности. Нужно зачистить лагерь сомалийских пиратов.
— Где?
— В паре километрах за городом.
— За городом? Да мы их приструнить даже в городе не в состоянии.
— Именно поэтому нужна акция запугивания. А чтобы она сработала, нужны все твои люди. Пока мы проводим разведку и развертку подразделений на местности, ты покажешь силу, чтобы после нашего натиска они не переехали в твой город.
Мужчина вытащил из-за стола рюмку и бутылку, и налил себе импровизированное успокоительное. Инферно встал и подошел к окну, чтобы сохранить серьезность разговора:
— А это возможно?
Инферно — Если проявишь силу, то нет.
Начальник полиции — Но мои люди скорее побегут с работы, чем пойдут против пиратов.
Инферно кинул на стол Начальника полиции сто тысяч долларов, завернутые в пакете, чем сильно удивил того, сперва объёмом свёртка, а после его содержимым:
— Что это?
Инферно — Мотивация.
Начальник полиции развернул пакет и его глаза засверкали. Он в каждую руку взял по пачке новеньких купюр, не сдержался, и вдохнул ими во всю грудь. «Действительно, доллар мутит разум» — посмеялся про себя Инферно:
— Это не тебе, придурок, а твоим людям. Пятьдесят тысяч выдай им вперед как премию за работу на янки и столько же пообещай за выполнение задания. Ты же получишь всю сумму, все сто тысяч долларов и плюс сверху всё что поимеешь с тех, кто не вернется, так что советую на месте не жалеть своих людей и приказать им идти прямо напролом.
Начальник полиции расцвел в белоснежной улыбке, кивая Инферно. «Вот хитрожопый ублюдок» — подчеркнул для себя Наёмник. Сделав отметки на карте и маршрут продвижения, не обозначая конкретного места стоянки наёмников из Black Water, Инферно указал временные промежутки и точное время начала их операции по зачистке зеленки от сомалийских пиратов, с последующей зачисткой их лагеря. Убедившись, что Начальник полиции всё понял, Инферно ушёл.
После полицейского участка Инферно прошёлся по магазинам. Купил в разных магазинах по десять пластиковых бутылочек с зажигательной жидкостью без запаха, три музыкальных плеера с таймером, большой баул лесной раскраски, три десятка метательных ножей, парочку баллонов с черной краской и самое главное, медицинское изотермическое одеяло в трёх экземплярах, и лесной камуфляж со скотчем. Сняв номер в гостинице, он начал готовиться к ночной вылазке. Покрасив все три комплекта изотермического одеяла в черный цвет, он порезал его на куски и склеил скотчем под лесной камуфляж. Самым деликатным и терпение затратным стало склеивание маски с вырезом только под глаза и перчатки. Остатками он обклеил свой новый прототипный маскхалат. Чтобы лесной камуфляж имел более устойчивую фиксацию, по краям к подкладке, Инферно прикрепил ножны с метательными ножами. Подобрав динамичный трек, Инферно прикинул время прибытия полицейского подразделения, примерное время их продвижения и расстояние, с которого наёмники откроют по ним огонь. Накинув пять минут на перестрелку, он выставил таймер на каждом плеере и прикрепил к каждому компактную термитную шашку с детонатором, который активировался с наручного КПК. Выставив будильник, он упал на постель и просто отключился. Проспав восемь часов, он размялся и морально настроился. Все свои заготовки он аккуратно свернул и положил в багажник машины.
Приехав на место, он встал в трех километрах от лагеря, за два часа до начала полицейского рейда. Сняв костюм, он переоделся в более удобный для себя маскхалат. На дно баула положил траву, которую нарвал на месте, чтобы пластиковые бутылки не скрипели. С музыкальными плеерами пришлось повозиться, чтобы не стукались друг об друга. Забив баул, Инферно одел его и попрыгал, чтобы убедиться, что ничего не издает шум. Одел маску и перчатки и, накинув сверху лесной камуфляж, выдвинулся потихоньку.
Оказавшись на опушке зелёнки перед полянкой, ведущей на холм, где наёмники из Black Water стали лагерем, Инферно присел и осмотрелся. Хоть глаза за час и привыкли к темноте, всё равно что-либо разобрать не представлялось возможным. И Инферно решил действовать по старой памяти и начал он с противоположного фланга расставлять свои ловушки.
Тем временем:
Бурбон — Разведка проведена, с завтрашнего дня готов приступить к зачистке основной базы.
Рейчел — Принято.
Бурбон — Когда мне ждать поддержку с воздуха?
Рейчел — Когда я скажу.
Бурбон — Мне всегда было любопытно, случись, что с Профи, за него тут же мстят все остальные Профи. А если случиться что с тобой, кто за тебя будет мстить?
Рейчел — Никто.
Бурбон — Вот и я о том же. Так что не ломайся как целка на выпускном и вышли вертушку, пока дядя Бурбон не удовлетворил своё любопытство и ещё кое-что.
Рейчел — А дядя Бурбон в курсе, что такое превентивный удар? Ещё раз пасть свою раскроешь без моей команды, удовлетворять тебя вылетит F-22 Raptor. Так что выбирай либо ты, озабоченный ублюдок, будешь выполнять мои приказы, либо их выполнит пилот истребителя.
Бурбон — Принял. Конец связи… Вот сука.
Спустя два часа:
Патруль — Бурбон. В зелёнке, с левого фланга к нам приближается человек сто, вооруженные автоматами.
Бурбон — Сомалийцы?
Патруль — Не понятно.
Бурбон — Альфа 1 на левый фланг. Браво 1 на правый фланг, проверьте местность. Альфа 1 как пересекут отметку в сто метров, открывайте огонь на поражение. А после разберёмся, кто рыпнулся на нас.
Альфа 1 — Принял, выдвигаюсь.
Браво 1 — Принял, выдвигаюсь.
Бурбон — Дельта прикрываешь, Альфа 1, Чарли прикрываешь Браво 1.
Дельта — Принял.
Чарли — Принял.
Через три минуты наёмники из группы Альфа заняла позиции в зелёнке на левом фланге, как и наёмники из группы Браво в зеленке на правом фланге. Снайперы Дельта и Чарли прикрывали каждый свою группу. Через минуту наёмники из Альфа 1 открыли огонь на поражение, положив сразу человек двадцать. Остальные залегли и спрятались за деревьями, начав огрызаться. Наёмники рассредоточились и направились вглубь зеленки. По направлению стрельбы противника, они поняли, что их не видят и начали обходить. Работая боевыми двойками, наёмники заходили с флангов и атаковали по очереди, после сразу отступали, растворяясь в темноте. За считанные минуты они разорвали в клочья оборону противника, после добив разобщенные остатки.
Альфа 1 — Бурбон, противник ликвидирован.
Бурбон — Опознать принадлежность группировки есть возможность?
Альфа 1 — Ещё какая, это полицейские.
Бурбон — Какого хрена! Это точно они?
Альфа 1 — Нет сомнений, форма, оружие, да даже тактика боя. Пираты либо воюют, как учили русские инструкторы, либо бегут, а эти ни то ни се.
Бурбон — Принял, возвращайтесь. Сниматься с точки будем. Браво 1 докладывай.
Браво 1 — Всё чисто.
Альфа 1 — Бурбон, у нас проблема.
Бурбон — Что, выжившие остались?
Альфа 1 — Нет. У меня боевая двойка пропала с левого фланга.
Бурбон — Во время боя или после?
Альфа 1 — Да, похоже, только что.
Бурбон — Перекличка, быстро.
Альфа 1 — Первый.
Альфа — Второй.
Альфа — Тре…
Эфир наёмника прервал захлебывающееся кряхтение.
Альфа 1 — Мы здесь не одни, прочесать местность. Дельта ты их видишь?
Дельта — Нет.
Альфа 1 — То есть, как нет?
Дельта — Я на вас наводился во время переклички, когда третий упал, он был один.
Бурбон — Снайпер не стал бы стрелять в шею. Альфа 1 проверь характер раны.
Командир группы направился к третьему.
Альфа 1 — Бурбон ему глотку перерезали от уха до уха. Дельта как ты мог его не увидеть?
Бурбон — Дельта проверь тепловизор.
Дельта — Тепловизор исправно работ… Твою мать потери! Сзади!
Разорвала тишину рок музыка на всю округу.
Бурбон — Что?! Не слышу!
Альфа 1 — Повторите!
Браво 1 — Идем на звук. Прием, как слышно!
У наёмников из группы Альфа сдали нервы, и они открыли беспорядочный огонь в разные стороны. Бурбон потерял связь со всем своим подразделением.
Дельта — Бурбон! Это точно одиночка!
Бурбон — Инферно, мать его.
Он выхватил ракетницу и выстрелил в небо, давая понять группам, чтобы отступали, а сам взял спутниковый телефон:
Бурбон — У меня проблема.
Рейчел — Ты что, на дискотеке, что за шум? Выйди на улицу!
Бурбон — Я итак на улице! Он жив.
Рейчел — Кто?
Бурбон — Инферно! Мать его за ногу.
Рейчел — Ты же сказал, что он сдох, кажется всмятку.
Бурбон — А сейчас говорю, что он жив!
Рейчел — И в чем проблема? У тебя двадцать человек в распоряжении, а у него всего двое по моим подсчетам.
Бурбон — Уже четырнадцать, и, похоже, он пришёл один.
Рейчел — Так убей его!
Бурбон — Я не могу убить того, кого не вижу, а теперь даже услышать не могу, черт тебя дери!
Из зеленки показался Командир из группы Альфа, который пробежав пять метров упал замертво с ножом в спине. С право фланга громкую музыку сменили крики сгорающих наёмников из группы Браво. Вся зелёнка с правого фланга пылала огнем. Бурбон опустил трубку спутникового телефона и зажал кнопку на гарнитуре:
— Дельта, Чарли вы видите его?
В ответ тишина.
— Дельта, Чарли прием.
Никто не отвечал. Он поднес трубку спутникового телефона к уху:
Бурбон — Он всех моих зачистил, я остался один. Я сам убью этого наглого ублюдка!
Рейчел — Заткнись и слушай внимательно. Он всех Профи вручную вырезал.
Бурбон — И что?!
Рейчел — А то, что бросай весь огнестрел.
Бурбон — Смерти моей хочешь, сука!
Рейчел — Да, но не сейчас. Это называется вызов, тем более он, скорее всего, уже тебя держит на мушке.
Бурбон повернулся и увидел направленный на него ствол автомата. Бурбон улыбнулся и медленно опустил трубку, не скидывая звонок. Перед ним стоял Инферно с автоматом в прототипном маскхалате, боевых перчатках, кевларовой полумаске Ронин и бейсболке на счастье козырьком назад.
Бурбон — Подловил старика, пацан, что тут скажешь. А как ты в лагерь то попал? Там же все подходы к склону заминированы.
Но Инферно ему не ответил, что сам бы заложил мины в тех же местах, если бы на тот момент у него они были. А ещё, что будучи на роли снайпера в своем подразделении, прекрасно знал все снайперские позиции на этом холме, что и позволило без труда вычислить Дельту и Чарли и быстро ликвидировать их.
Бурбон — Ты немой что ли?
Инферно — Пасть заткни и оружие в сторону.
Бурбон разрядил пистолет и бросил его в сторону:
— Мне тут одна сучка шепнула, что ты у нас фетишист или как это хрень называется, когда больной на всю голову ублюдок балдеет от поножовщины с Профи.
Инферно так же разрядил автомат и отбросил его в сторону на радость Бурбона:
— О да парень, я многих придурков видел, но ты что-то с чем-то. Ты хоть знаешь, с кем сцепиться решил?
Инферно — Какая разница, вы уроды все на одну жопу.
Бурбон — Да перед тобой сам Бурбон, мать твою!
— Твоя дешевле.
— Чего?!
Выхватив нож, Бурбон сорвался с места, а Инферно, выхватив свой, увернулся от его режущих замахов и контратаковал двумя резкими выпадами в корпус, а, после, не отводя руки назад, полоснул лезвием Бурбону по щеке, мельком заметив сломанные хрящи уха. Инферно профессионально не занимался борьбой, что его сразу же ставило в уязвимую позицию. Решив не рисковать, он попытался закончить их схватку ножевым боем. Но Бурбон, по движению ног противника, быстро раскусил опасения Инферно и предпочел не рисковать, так как чувствовал уверенность Инферно с ножом в руке, и попытаться перевести схватку в партер. Неожиданно он отступил и, бросив нож сказал:
— Ладно, сопляк, твоя взяла, сдаюсь.
Инферно — Твои проблемы.
Инферно кинулся на него, чтобы прирезать, чего Бурбон и добивался. Он перехватил руку с ножом в последний момент и провел жесткий бросок через себя. От удара о землю Инферно показалось, что из него чуть душа не вылетела. Он попытался перекатиться, но Бурбон размахнулся и с ноги нанес удар Инферно под дых:
— А сколько шума то. Инферно-Инферно, а на деле очередной сосунок!
Он замахнулся снова ударить, но Инферно перехватил его ногу и, оттолкнувшись от земли головой нанес уже Бурбону удар под дых, после чего они оба упали. Бурбон, предпочтя больше не рисковать, из последних сил накинулся на Инферно со спины, взяв его голову в захват, а ногами крепко обхватил за поясницу и начал выпрямляться. Инферно попался. Из стальных оков профессионального борца он никак не мог вырваться. Теряя сознание, Инферно увидел склон и понял, что это его последний шанс. Лицо горело, воздуха не хватало, но он что было мочи заорал и, взвалив на себя Бурбона и зафиксировав его руку, чтобы тот не свернул ему шею, прямой наводкой побежал к резкому склону. Бурбон, когда понял самоубийственный маневр противника, попытался спрыгнуть с него, но Инферно крепко держал его руку и в последний момент потянул того за неё и уже Бурбона перекинул через себя, с разбега прыгнув с ним в пропасть. Они кубарем покатились по резкому склону, глотая пыль и снося сухие ветки на своем пути. А в конце дистанции их ждали мины. Инферно вспомнив о них, выровнялся и начал кувыркаться, что было опаснее, но позволяло лучше осмотреться. И мельком подметив подходящее место и рассчитав дистанцию, Инферно затормозив ногами, оттолкнулся, направив инерцию падения в сторону Бурбона, сбив того своим телом и жестко прижав к сухому дереву. Острая боль и Инферно отпрял назад от тела Бурбона. Сухая ветка порезала его лицо вдоль щеки и уха, но Бурбону повезло гораздо меньше, особенно после:
— Ах ты, сученыш, не мог сдохнуть по-человечески, теперь из-за тебя из моего бока торчит огромная ветка, черт её дери.
Но Инферно знал, что Бурбон его заговаривает и просто ждал, когда тот, наконец, выхватит клинок и нанесет свой неожиданный удар. Когда пауза уже стала нелепой, Бурбон не сдержался и наконец, нанес этот удар, который Инферно тут же обезвредил, перехватив его руку и сломав её в запястье. Бурбон дико заорал, а потом ещё сильнее, когда Инферно перерезал ему все сухожилия, чтобы обездвижить по рукам и ногам:
— А теперь ты сдохнешь, урод, в одиночестве и мраке и последнее что ты услышишь, это мое имя… Я-Инферно!!!
Резким ударом ладонями по ушам, Инферно порвал слуховые перепонки Бурбона и тот оглох, а после, когда он выдавил его глаза, и ослеп.
Услышав после схватки победный клич Инферно через спутниковый телефон, Рейчел прервала звонок. Набрав новый номер, она приказала:
— Подготовьте боевую группу и Черный ястреб, через десять минут вылетаем, и выставьте, наконец, снайпера напротив здания, у меня дурное предчувствие.
Инферно сорвал с руки ещё живого Бурбона, его наручный КПК и ушёл, оставив его умирать. И направился, по пути приходя в себя к машине, которую оставил в трех километрах.
Через полчаса на поляне приземлился Черный ястреб и боевая группа, оцепив участок, заняла круговую оборону. Рейчел же, выйдя из вертолета, неспешно осмотрела место побоища и догорающую зеленку. Вызвав к себе Командира боевой группы, она спросила:
— Сколько вам нужно времени на воссоздание боя?
Командир — Примерно полчаса мэм.
Рейчел — Хорошо, работайте. И выделите мне двух бойцов для сопровождения, я хочу осмотреться.
— Мэм, это не безопасно…
— Двух бойцов, пожалуйста.
— Как скажете, мэм.
И он вызвал двух бойцов, приказав им её сопровождать, а сам отправился осматривать театр боевых действий. Рейчел же, направилась в лагерь. Найдя спутниковый телефон на земле, она вспомнила шум их схватки и попыталась его представить. Но после крика Инферно, всё оборвалось. Она осмотрела местность и, заметив следы, ведущие к склону, направилась к нему. Бойцы сопровождения проследовали за ней. Подойдя к краю, она увидела примятые две полосы, ведущие к телу Бурбона. Заметив тело Профи, один из бойцов попытался вызвать помощь по рации, но Рейчел его остановила и попросила провести её поближе. Они вернулись на поляну и обошли лагерь по низу. Рейчел, зная повадки Бурбона немного отстала, а потом и вовсе остановилась. Боец, идущий впереди, не сразу заметил, но пройдя двадцать метров, наконец, обернулся и не понял, что происходит. Махнул рукой на себя:
— Мэм, всё чисто.
После чего сделав шаг к ней, подорвался на мине, которая оторвала ему ногу по щиколотку. Второй боец кинулся на помощь первому, а Рейчел пройдя по их следам, поднялась к Бурбону. Он был ещё живой и хоть не слышал её и не видел, легкий толчок от взрыва мины, дал ему понять, что кто-то рядом, а в Африке, как известно, никто по одному не ходит. Рейчел внимательно осмотрела его и заметила пропажу его КПК, что было достаточно критично, так как КПК, особенно Профи, да ещё и с таким стажем как у Бурбона, просто битком набит полезной информацией для конкурентов.
Рейчел — Это же, сколько дерьма всплывет.
Бурбон всё мотал головой и спрашивал, есть ли кто рядом. Наконец учуяв тонкий аромат духов, характерный Рейчел, его Куратора, он, наконец, понял, кто на него смотрит:
— Ну что довольна, сучка? Теперь твоя сладкая попка достанется другому, как видишь, сегодня я не в форме. Этот урод все сухожилия мне перерезал, так что на ласку тоже не рассчитывай. Ладно хоть не оскопил и то радует.
И он заржал, пока Рейчел не отстрелила ему яйца, вместе с остальным комплектом:
— Видишь ли, Бурбон, тот, кто надеется, что за него отомстят, полный кретин, прям как ты. Вот скажи мне…
И она наступила на всё то, что у него там осталось:
— Тебе, не плевать ли будет, когда ты подохнешь, отомстят за тебя или нет?
Бурбон её не слышал, зато его хорошо было слышно. Бурбон орал как резанный и весь извивался на радость Рейчел:
— Но нужно отдать тебе должное, ты меня надоумил на одну простую мысль… в этом жестоком мире, наполненном такими мразями как ты, такой хрупкой девушке как я нужен защитник в белых доспехах, который бы не предал меня, даже когда всё полетит к чертям. За это я тебе подарю быструю смерть. Но не чтобы ты не мучился, а, чтобы я спала спокойно, точно зная, что ты подох.
И она прострелила ему голову. Спустившись к двум бойцам, у которых уже стоял их Командир, которого вызвал второй боец, Рейчел его спросила:
— Ты уже закончил?
Командир — Нет, мэм, я…
Рейчел — Сделай одолжение, просто сделай уже свою работу.
— Мэм, я обязан буду доложить об увиденном.
— И о чем же?
— О скончавшемся от кровопотери моем бойце.
— Вот и молодец.
И она прошла мимо него, направляясь к вертолету, пока он не добавил:
— И о том, что вы убили Про…
Договорить она ему уже не позволила, выпустив пулю ему прямо в затылок, а следом прикончив и его бойца, который от неожиданности не успел даже перехватить автомат. На звуки выстрелов и молчание командира на вызов по рации, выдвинулась часть группы. По пути, встретив Рейчел, они убедились, что с ней все в порядке и бросились на выручку своему командиру, что не входило в её планы:
— Парни, здесь не безопасно, поэтому я улетаю немедленно. Конечно, вы можете проявить доблесть, за которую вам не платят, и пойти на выручку командиру, ну или как всегда, спасти свои задницы и улететь со мной. Решать вам.
И она быстрым шагом пошла к вертолету, отдав приказ по рации пилотам готовиться к взлету. Бойцы переглянулись и недолго думая, побежали за ней к вертолету.
«Неужели я обречена, работать только с продажными идиотами, только они мне безоговорочно подчиняются. Предупредила Эстета, который даже не обратил внимания на моё сообщение, в итоге сдох. Сказала Бурбону, проверь, чтоб знать наверняка, забил на приказ и сдох. Поставила четкую задачу перед этим придурком командиром, в итоге тоже забил и тоже сдох. Поставив вызов подчиненного выше приоритетом, чем приказ куратора, ну не идиот. Может у меня судьба такая, дебилов недоразвитых отстреливать» — размышляла Рейчел по пути на базу.
Тем временем Инферно доковылял до своей машины. Переодевшись снова в костюм, он сел и начал взвешивать все за и против. У него в руке был КПК Бурбона и перед ним встал вопрос, кому именно его отдать, организации, которая его может сдать или организации, которая его хочет убить? Это был серьезный вопрос и переломный момент в его жизни. И он выбрал, как и всегда, ту сторону, на которой была сила и больший риск. Он поехал в американское посольство.
Подъехав к посольству, он завернул КПК Бурбона в бумажный пакет и направился к зданию. У входа его встретили два вооруженных солдата, которые попросили его предъявить паспорт гражданина США. В ответ на их просьбу Инферно представился курьером и попросил, чтобы к нему кто-то вышел и принял от него дипломатическую почту. Это была частая практика, неофициального характера, поэтому опытные в таких делах солдаты вызвали по рации нужного человека. Через пару секунд им по рации ответили и попросили передать курьеру, чтобы подошёл к зданию с другой стороны, к пожарному выходу. Инферно обходя здание, поймал себя на мысли, что любуется видом местности и прохожими по пути, как раньше, как в юности. Ведь всегда до этого он концентрировался только на деле, а сейчас дела нет, только фатальная авантюра. «Неужели это конец» — всплыла неожиданная мысль. Но тут же, зайдя за угол, его привлекла молодая девушка, которая стояла у двери. Девушка понравилась Инферно, толи он отвык от женской красоты, постоянно сталкиваясь с кровью и грязью, толи ему просто хотелось. Сотрудница посольства приветливо улыбнулась и начала:
— Здравствуйте. Вы курьер?
Инферно — Привет. Да, я.
Сотрудница — Что у вас и от кого?
— Это компактный портативный компьютер. Мне сказали, что один из ваших сотрудников забыл его у нас в офисе.
— Ух ты… я такие только в кино видела. Хорошо я сделаю пометку в журнале, только мне нужно имя, чтобы заявка прошла.
— Напишите от Бурбона, там поймут.
— Точно? А то если заявка не пройдет, мне придется всё посольство обходить и лично опрашивать кому посылка. А вы ведь знаете, люди разные бывают, могут и запросто чужое взять.
Пока эта болтушка рассказывала обо всём, что видит, Инферно оглядывался по сторонам, пытаясь вычислить сотрудников группы захвата:
— Не переживайте девушка, эту посылку ждут.
Сотрудница — Ой, а у вас иногда проскальзывает русский акцент. Меня, кстати, Таня зовут.
Инферно — У меня просто напарник русский, вот и нахватался. Ладно, мне уже пора.
— Я кстати сегодня до шести работаю.
Девушка хоть и была внешне брюнеткой, но по натуре своей была матерой блондинкой. А таким он обычно грубил в скрытой форме, чтобы было, о чем подумать, пока он уходит:
— А я пока не сдохну, поэтому лучше не ждите меня.
И он развернулся и, озираясь по сторонам, направился к машине, пока не осёкся:
— Сдохнуть ведь можно и гораздо раньше, не так ли… Инферно.
Он остановился. Его, будто холодным душем, окатили. Он то искал угрозу с флангов, а она у него стояла прямо под носом. Инферно обернулся и на месте простушки, теперь стояла уверенная в себе женщина, которая не боялась смотреть ему в глаза. Помимо своей притягательности, она обладала не дюжей решительность, раз решила встретиться лицом к лицу с убийцей из конкурирующей организации. Но и это ещё не всё, она начала приближаться к нему, обходя со стороны, уже точно зная, кто он. Наконец, снова став лицом к лицу, но на сей раз без масок, она начала:
— Это КПК Бурбона или бомба в корпусе КПК?
Инферно удивился:
— Я уже сказал, что это.
Рейчел — Допустим. А тот снайпер, что в доме напротив сейчас целиться в твое сердце.
И Рейчел ткнула пальцем ему в грудь, указав на красную точку:
— Он мой или уже твой?
Инферно — К чему эти вопросы?
Рейчел — Мне просто любопытно, какой фокус на этот раз ты выкинешь.
— Даже если бы я что-то и задумал, как говориться, настоящий фокусник не раскрывает тайну своих фокусов.
Рейчел подошла чуть ближе:
— Даже своей жертве?
Инферно ничего не понял. Этим откровением она загнала его в тупик, но после всё же прояснила, введя в курс дела:
— Победа одной организации над другой, в нашем случае Легиона над Black Water, за конкретную территорию, в нашем случае, побережье Сомали… всегда завершается ликвидацией Куратора операции. То есть меня.
Ситуация прояснилась и стали понятны её вопросы про бомбу и его выкрутасы, то есть решения задач нетрадиционными способами. Ему только одно стало ещё больше не понятно, почему она не сидит в каком-то тайном бункере, трясясь за свою шкуру, в компании усиленной охраны, а стоит одна и перед ним:
— Разве ты не за этим здесь?
Инферно — А если и так, то, что ты тут делаешь, да ещё и одна?
Рейчел — Почему одна? Меня прикрывает снайпер.
— Если бы ты нуждалась в прикрытии, не стала бы ему загораживать обзор. А мне и доли секунды хватит, чтобы полоснуть тебя и, прикрываясь твоей тушкой скрыться за угол.
— Можешь попробовать, но что-то мне подсказывает, что ты так не поступишь. Я знаю тебя Инферно, и пока ты не убил ни одного безоружного, во всяком случае, не сразу.
— Всё бывает в первый раз.
— Да, но этот первый раз, всегда идет в ногу с истерикой и суетой и, как правило, заканчивается случайностью. Но сейчас ты спокоен, а значит мне нечего опасаться.
Инферно промолчал.
Рейчел — Так зачем ты здесь?
Инферно — Мне не нужно побережье Сомали, мне нужно перемирие.
— Перемирие?
Рейчел искренне рассмеялась:
— Напав на нас, ликвидировав основного Профи Эстета, захватив вверенное ему под охрану судно, ликвидировав вспомогательного Профи Бурбона, всего неделю спустя и добравшись, наконец, до меня, Куратора всей операции, ты просто просишь мира. Ты действительно что-то с чем-то. Идешь, не зная куда, делаешь непонятно что.
Инферно сделал вид, что не понял, о чем она, а она продолжила провоцировать его:
— Прости дружок, но так дела не делаются. Есть правила и это единственно, что сдерживает нас от анархии и хаоса, которые уничтожать всех нас. Конечно, есть нарушения и в первую очередь моя сторона этим грешит, но мы хорошо компенсируем причиненные неудобства нашим конкурентам, но это не твой случай, за тебя платить никто не станет. Пойми Инферно, это закончится только моей, либо твоей смертью и никак иначе. Убей или будешь убит, всё просто.
Инферно выхватил нож и метнул его в переднюю шину, проезжающего мимо микроавтобуса. Схватив Рейчел за горло и приподняв, пробежал с ней и прижал её к кузову микроавтобуса, приставив нож к горлу. Снайпер всё проморгал. Девушка, посмотрев в глаза Инферно, убрала руки с его руки, которой он держал её за горло, и еле выдавила из себя:
— Схватываешь, прям на лету…
Инферно — Мне плевать на ваши правила, они лишь продлевают ваши мучения, этот мир давно следует пустить под откос.
Водитель микроавтобуса, оказавшись свидетелем, испугался и убежал, а Рейчел агрызнулась:
— Может и так, но это всё что у нас есть. А что касается тебя, я продолжу посылать за тобой Профи и рано или поздно, кто-то из них тебя достанет.
Он убрал клинок с её шеи, а после вонзил в кузов микроавтобуса рядом с её лицом, недвусмысленно намекая:
— Посмотрим.
И отпустив девушку, пошел вдоль кузова, просчитывая маршрут отхода. Рейчел упав на колени, откашлялась и кинула вслед:
— Только представь, когда ты, наконец, одумаешься и попытаешься добраться до меня и уже не сможешь этого сделать, как тебя начнет терзать осознание того, что ты упустил реальный шанс убить меня сегодня.
Инферно — Вот и рискнём.
И он резко выбежал из-за микроавтобуса, перекатившись к припаркованным машинам, вдоль который на корточках побежал, пока не скрылся за деревьями. На звуки выстрелов снайпера из посольства выбежали сотрудники охраны. Увидев Рейчел на земле, они её окружили, подняли и завели внутрь посольства.
Начальник охраны — Мэм, почему вы не нажали на тревожную кнопку в кольце, чтобы нас вызвать?
Рейчел — Потому что теперь у меня новый начальник охраны.
Обратившись к своей помощнице, она попросила назначить новым начальником её охраны стрелка, который её прикрывал. Не потому что он сделал что-то особенное, а только по тому, что ещё не успел задать ей глупый вопрос и результат с промахом по Инферно её пока устраивал. Когда охрана довела её до апартаментов, она, не желая ничего слышать, закрыла перед их носом дверь и отправилась к мини бару. Достав стакан и бутылку с крепким напитком, она плеснула на дно стакана и поднесла дрожащей рукой к губам. Но всё же удержалась и не стала пить. Спрятав всё обратно в стойку мини бара, она направилась в ванную комнату, где включила напор душа, и одетой стала под него, облокотившись к стене. Постепенно сползая по стене, она села и обхватив колени заплакала.
После шумных вечеринок и достаточно разгульной жизни золотой молодежи с алкоголем и наркотиками, она пришла к выводу, что не доживет и до тридцати и что хочет большего от жизни, чем плотские утехи и мимолётные всплески ярких эмоций. Но последствия разгульной жизни и наркотическая зависимость не позволяли ей вырваться и затягивали всё сильнее. Редкие моменты, когда она действительно задумывалась о чем-то важном, притуплялись типичными сплетнями с подружками об их очередных кавалерах и очередными шумными вечеринками после. Хоть от отца ей и достался сильный характер, тем не менее, она постоянно уступала в борьбе, утопая в алкоголе и наркотиках.
Была радикальная попытка всё изменить, когда они сняли пентхаус на всю ночь в фешенебельном отеле, чтобы отвлечься от серых будней и занятий в университете. На этом мероприятии было всё как всегда и в избытке и главное на любой вкус. Кончилось всё тем, что одурманенную Рейчел увел за собой в приватную комнату жених её подруги, перед которым она в таком состоянии не смогла устоять и отдалась. Естественно это происшествие не осталось незамеченным и на утро Рейчел накрыло волной последствий, первым из которых стала смерть её подруги от передозировки наркотиков. И хоть всё списали это на несчастный случай, она знала, почему так произошло, и он тоже. Верные подруги поплакали, как положено и уже в тот же вечер отправились скорбеть в ночной клуб, где выступала какая-то дива. Когда Рейчел приехала образумить их, у них случилась ссора, и она впервые увидела всё со стороны. Она увидела в них себя, которая каждый вечер уподобляется безмозглому скоту, ведомому лишь ненасытными и порочными желаниями. Она оставила подруг и ушла, а сев за руль, она увидела его, уже с другой и её охватила ярость. Осознание того, что про её подругу все забыли, будто её никогда и не существовало, подлило изрядно масла в огонь ярости к тому единственному, кто должен был так же, как и она сожалеть о случившемся. Но он не сожалел, и тогда Рейчел поехала вслед за его машиной, чтобы заставить его сожалеть. Её не волновало, что он не один был в машине, её никогда не смущал сопутствующий ущерб, она была из тех, кто считал, что цель оправдывает средства, так воспитал её отец, когда она ещё жила с родителями в фамильном доме. Оказавшись за городом, на шоссе, которое шло по склону и вело к его загородному дому, она придавила педаль газа на Mercedes-Benz M, протаранив его Porsche 911 Carrera. Столкнув его с трассы, после чего машина на полном ходу вылетела и по инерции покатилась по склону, переворачиваясь и сжимая кузовом тела пассажиров, в конце разорвав их тела мощным взрывом машины. Внимательно проследив за аварией и исполнением своего приговора, Рейчел, наконец, поехала дальше в никуда, а когда бензин кончился, и машина заглохла, продолжила идти, а потом и бежать от переполняемых её чувств и, пытаясь сбежать от своего грязного прошлого. Но от прошлого не убежать и спустя три дня её нашли люди, которые служили её семье в захолустном отеле, в скорченном виде из-за ломки.
Всё быстро выяснилось, но хоть она убила сына промышленного магната, тем не менее, влияние её семьи оказалось более важным фактором в оправдательном вердикте судьи. Уже тогда, деньги мало что решали, только власть. Тем не менее, вкусив плод безнаказанности, уже через три недели она спустила весь полученный опыт и шанс вырваться из этого порочного круга в унитаз, вместе с содержимым желудка, при очередной передозировке. Так бы всё и кончилось через пару лет, если бы не младшая сестра Рейчел, точнее, её неизлечимая болезнь крови. И произошло удивительное, то от чего она так и не смогла избавиться ради себя любимой, четко осознавая, к чему это её приведет в итоге, то есть к мучительной смерти, презираемой всеми. Она смогла избавиться ради другого человека, единственного, кого любила по-настоящему. Она всё бросила и, зная, какая участь ждет слабого в их семье, затворническая смерть в одиночестве, стала покровительницей своей младшей сестры, впервые пойдя против воли отца.
Их конфликт в итоге стал ребром, который не смогли затушить ни мать, ни старший брат. Тогда Рейчел впервые почувствовала внутреннюю силу, которую ощущала только когда сталкивалась с противоборствующей силой. Видя непокорность дочери, на которую возлагал все надежды, не зная, что ещё пару недель назад она катилась в пропасть под крепким градусом в наркотическом дурмане, он выдвинул ультиматум. Либо она перестает зря тратить время на семью и идет в политику, чтобы обеспечить контрактами его компанию и расширить влияние их семьи, как её старший брат, либо пусть катится с глаз долой. На удивление всех и в первую очередь самой Рейчел, она выбрала второй вариант.
Суть их конфликта не была видна на поверхности и имела много причин и неприятных предпосылок. Но во главе угла была технология, которая могла, если не излечить, то хотя бы продлить жизнь Аннабель, к которой её отец, не смотря на всё своё влияние, не имел доступа. А попытка проявить интерес к этой теме, в определенных кругах, поставила бы отца семейства в уязвимое положение. Такого рода уникальные технологии, ни за какие деньги никто в мире не продаст, но цена всё же у некоторых из них есть, и она всегда запредельна и может доходить до 50% влияния покупателя, которые он отдает взамен на возможность разово воспользоваться ею. На что отец Рейчел ни за что и никогда не пошёл бы. Власть — это всё что его интересовало в этом мире и пожертвовать даже 5% своего влияния в мире и передать их в виде акций, активов или территорий в обмен на даже полное исцеление младшей дочери у него и в мыслях не было. Мать Рейчел мирилась с этим, уж очень сладка была на вкус её роскошная жизнь. Старший брат грезил только об одном, стать большим и важным, как его отец, являясь, по сути, и по факту слабаком и трусливым ничтожеством, плодом измены его матери шлюхи, которая в молодости никак не могла определиться, а вернее рассчитать партия с кем в будущем окажется выгоднее.
Но Рейчел, вчерашняя алкоголичка и наркоманка, которая внешне выделялась в невыгодном свете, среди своего благородного семейства, по уши набитыми дерьмом разного сорта, не стала променивать единственное, что у неё осталось от человека, любовь к ближнему, на по сути ту же жизнь, которой и жила, но в более приличной обертке.
После её судьбоносного решения, её доступ к счетам был заблокирован, и всё что у неё осталось это младшая сестрёнка с неизлечимой болезнью, дом на побережье и пару роскошных машин, которые вместе с домом она сразу продала, чтобы купировать болезнь Аннабель. Но самое главное, что у неё осталось, это фамилия её теперь бывшей семью, фамилия людей, представители которой на протяжении ни одного поколения демонстрировали потрясающие результаты в решении, казалось бы, неразрешимых проблем. С такой репутацией перед Рейчел многие двери были открыты, но она выбрала самую неприглядную среди них, с криминальным налётом. Она исходила из логики спасения Аннабель, то есть искала максимально короткий путь к технологии, к которой на официально контуре власти невозможно было получить доступ. Что касается неофициального, то есть закрытого, а значит криминального, здесь было всё проще и интуитивно понятнее, так ей показалось на первый взгляд. Уже чуть позже, она поняла, что она попала за игральный стол не в казино с крупье и фишками, а в зарытый клуб, где вместо фишек, ставишь жизни Профи и наёмников. Где довольно часто приходиться идти ва-банк, ставя на кон уже свою жизни и продолжать игру уже немного в другой её интерпретации, а именно переходящую в русскую рулетку. Но, как и всегда, цель оправдывала средство. Цель спасение Аннабель, средство жизнь Рейчел.
Но, не смотря на её решимость и твердость характера, она, хрупкая девушка в двадцати двух летнем возрасте, еле тянула работу, с которой не каждый мужик справлялся. Колоссальная нагрузка на нервы и соизмеримый размер ежедневной информации, с которой приходилось ознакамливаться и переваривать, чтобы принять единственно верное решении среди сотни возможных. Она отчаянно нуждалась в крепком мужском плече, которое служило бы надежной опорой в этом ненадежном мире, особенно после вполне серьезной угрозы Профи Бурбона. Но ещё и до угрозы ей стало понятно, что долго она так не протянет. Она попала в мир, про который ничего не знала и первое время постоянно оступалась, чем непременно сразу пользовались люди, которые должны были ей помогать, её команда. На деле же, каждый из них пытался её либо подставить, либо убить, либо в лучшем случае просто подсидеть. Её возраст смущал всех, что в итоге привело к тому, что её мало кто воспринимал в серьез. Начиная с Профи Эстета, которого она предупредила о возможном нападении на судно, после через чур, частых похищений начальников порта в Сомали и, кончая её командой, которая постоянно задала ей глупые вопросы, касающиеся не операций, которые они проводили, а конкретно её решений. Но самое главное она четко поняла, после угрозы Бурбона, что нет никакой разницы между Профи её организации и Профи из любой другой организации. И те, и другие были убийцы, которые в любой момент могли до неё добраться и перед которыми у неё нет никакой защиты, особенно когда она ознакомилась с их деятельностью поближе. Она и в страшном сне не могла представить, что по земле ходят люди, способные в одиночку перебить всю охрану, с детства казавшуюся ей непобедимой, как в её фамильном доме. Только сейчас она начала понимать, что все эти картежи и охранные агентства — это фасад и максимум от кого они могут защитить, это от уличных бандитов. Картина всё больше прояснялась, открывая тайны глобального мира и силу влияния разных организаций на него. И чем яснее она представляла их мощь, тем уязвимее себя начинала чувствовать. И всё бы ничего, постепенно она бы освоилась, сила характера позволяла соответствовать её новому образу, но была одна проблема. Любые дипломатические разногласия, рано или поздно перерастают в силовую борьбу, и если на начальном этапе она могла задавить любого, то при неблагоприятном исходе ей крыть было нечем.
Первые три месяца протекали довольно спокойно, но после грома средь ясного неба в виде Инферно, все проблемы одновременно вылезли наружу. Обнажив все уязвимости в управлении Рейчел, все возможные угрозы, вплоть до смерти от руки своего же Профи в каком-нибудь переулке и вся зыбкость её положения в организации. Ведь она за какую-то неделю, потеряла двух Профи, подобной катастрофы трудно представить.
Но плакала в душе Рейчел не от навалившихся разом проблем. Умерев внутри, выжигая в себе годами всё человеческое, она была уверена, что не боится смерти и всегда шла до конца, встреча с Инферно ей показала, как сильно она заблуждалась. И теперь переживания, которые она могла подавлять в себе, сменил страх, который она уже дано не испытывала, в виду своей безнаказанности, усиленной оправдательным вердиктом судьи. Теперь она боялась реакции своей же организации на её неудачи. Профи, которые, по сути, были маньяками убийцами. Своей команды, которая так и норовила подставить своего Куратора. Но самое главное, чего она боялась больше всего, это не спаси свою младшую сестренку.
— Ну, спасибо тебе Инферно… умеешь произвести впечатление на даму.