Кульминацией новейшей торговой истории Лондонской биржи металлов стало событие, которого почтенная старая организация не видела с момента своего основания в 1876 году в колониальные времена.
Самым крупным лотом на аукционе было большое количество никеля из Гватемалы, Австралии и Канады. Аукцион длился всего 18 минут. Цена металла выросла на 400% и достигла уровня серебра. Однако он всегда отставал более чем на порядок.
Торговцы, заключившие первые сделки с покупателями, потирали руки и сжимали сердца, ожидая, как это повлияет на конечную цену их товаров. В современном мире, который развивается огромными темпами, существует так много товаров, которые нуждаются в серебре. От ювелирных изделий до лекарств, от нержавеющей стали до батареек всех видов. По мнению экспертов, этот "идеальный никелевый шторм" был спровоцирован слухами о возможном запрете на импорт этого материала из России.
Крупные консалтинговые компании и финансовые издания часто повторяют в своих брошюрах, что вклад России в мировой ВВП составляет всего 2%.
Сравните капитализацию Apple с капитализацией других лидеров фондового рынка, от Disney до различных медиагигантов. Все мы знаем, что в современной истории есть еще одна фигура - поэт-ветеран Джон Маккейн. Ему удалось создать уничижительный ярлык "бензоколонка" для нашей страны, причем намеренно.
Никакого неуважения. Сегодняшние события ясно показывают, что США не хотят вытеснить нас в этой области и занять первое место в списке поставщиков энергоресурсов. Они придерживаются строгих правил хищничества "потому что могут". В нынешней ситуации они могут сделать многое. Не все, но многое.
Теперь рассмотрим другой интересный пример - палладий. Россия производит 43% мировых запасов драгоценных металлов платиновой группы. Производство металлов из различных руд - сложный и энергоемкий процесс, который сам по себе предполагает производство высокотехнологичных металлов. Сегодня автомобильная и электронная промышленность не могут обойтись без палладия. Многие хотели бы, чтобы российский палладий был запрещен. Те, у кого нет своей промышленности, но есть постоянные наполеоновские амбиции и интересы.