Предыдущая часть
- А почему вы спрашиваете именно про иностранцев? - нахмурилась директриса. - Вы же не просто так?
- Дело в том , что уже несколько лет нам звонит иностранка и ее доверенные лица с целью приобрести вашу бывшую квартиру. Именно ее. Хотя над нами и рядом квартиры уже который год выставлены на продажу. Вот я и думала, у кого может быть такой, прмо скажем, не слишком здоровый интерес. Потому что ну нет в ней ничего особенного.
- И поэтому вы решили узнать про историю дома? - кивнула женщина. - Понимаю. Боитесь продешевить?
- Мы не собираемся продавать. Я даже не имею к ней никакого отношения. Это квартира моей тети. И она решительно не хочет ее продавать. Я поддерживаю любое ее решение. Но правда, должно быть в ней что-то интересное.
- Несмотря на то, что Гоша работал в музее, при чем довольно большом, наименее пострадавшем во время войны, он ничего не нажил. Каких-то несметных сокровищ из антикварной лавки в доме не бывало никогда. Но даже если он и поживился хоть раз чем неучтенным, то сразу это и спустил. Поверьте моему опыту. Не тот это был человек, чтобы копить. Ума ему не хватало всегда, зато амбиции.
Ничего больше у Харитоновой было уже не узнать, потому Лена поблагодарила за разговор и угощение и собралась уходить. Она поднялась, даже успела взяться за дверную ручку, как женщина подняла вверх указательный палец.
- Погодите, а ведь был в музее скандал. Мне отец рассказывал. Пропали у них там манускрипты какие-то. Их не оценивали, потому не ясно, ценные они были или нет. Допрашивали тогда всех. Папа этим делом занимался, видел результат допроса Гоши. Этот в тот день отпросился к врачу, талончик был приложен к делу. Но я не думаю, что Гоша мог способен на кражу. Да и манускрипты эти явно не особо ценными были.
- Все равно, спасибо за информацию, - кивнула Лена в знак благодарности.
- Приводите ваших детей к нам учиться, - донеслось ей в спину.
***
Сашу привезли домой только утром в понедельник. Он сидел на кухне, с трудом открывая веки после каждого моргания, и смотрел на ведро со свежей рыбой в некоторой растерянности. В своей жизни он ни разу не готовил то, что сам выловил. И начинать совсем не хотелось. Но приличный улов тоже было жаль.
Не долго думая, он схватил свою тару и вышел на лестницу. Дверь открыла ему Лена. Легкая улыбка осветила ее всегда строгое лицо, а на душе почему-то стало тепло.
- Простите за ранний визит. Я просто боялся заснуть надолго, а у меня тут вот, - промямлил он и продемонстрировал ведро. Лена наклонилась вперед, в задумчивости почесала кончик носа. - У меня она пропадет. А вы приготовите. Я на рыбалке был все выходные.
- Ох, как вы удачно, - вдруг засмеялась девушка. - Тетя СэМаша у нас спец по рыбе. Она ее готовит божественно. Только она еще спит. Я ей записку оставлю. Приходите тогда вечером на рыбный ужин.
- Получается я напросился, - мысленно проклиная себя, снова пробубнил Саша.
- С ума сошли?- укоризненно спросила девушка, забрала ведро и напомнила , - в семь приходите. Я как раз с работы вернусь. В семь.
Третьяков только кивнул в ответ. Он только хотел избавиться от рыбы, но выходило, что снова внедрился в семью. Ему это и было нужно, но внутри как-то оставалось неуютно и неспокойно. Словно он делал что-то неправильное.
Неплохо было заняться и текущими делами. Он оделся, стараясь не попасться в своем деловом обличии на глаза бдительным соседям, поймал такси и уехал. На обратном пути поймал себя на мысли, что ему приятно возвращаться в этот новый дом. Он шел по пустынной улице в предвкушении чего-то особенного. Даже настроение заметно повысилось впервые за эти недели без особого повода. Дела тоже постепенно пошли в гору. Кто-то мстительный подсказал, что теперь можно утереть Оксане нос. Она уже поставила на муже крест, а он не пропал окончательно и еще возродится.
По такому Случаю Саша даже надел любимый свитер. Он надеялся, что соседки не поймут, сколько тот стоит, поскольку он уже прожил с ним лет шесть. Любимые вещи Третьяков занашивал до дыр. Оксану эту несказанно бесило. Она не считала нужным подтягивать петли у вязанных вещей или же пытаться вывести пятно с любимого дорого пиджака. Проще было выбросить и купить новый. А так же лучше выбрасывать любую вещь после одного, максимум двух сезонов, потому что они безнадежно вышли из моды. И этот Сашин семилетний почти свитер действовал на нее как красная тряпка на быка.
Ровно в семь Третьяков звонил в дверь соседей. Но даже сейчас он уже чувствовал аромат запеченной рыбы с какими-то травами. Лена открыла ему после третьего звонка и выглядела при этом несколько более дерганной чем обычно.
- Добрый вечер! Проходите, у тети Маши все готово. А меня простите, неприятности мелкие по работе. мне нужно отойти.
- Вам не нужна помощь? – Саша внимательно вгляделся в ее глаза. Потом вспомнил о бутылке белого вина в руке и поставил на комод в прихожей.
- Думаю, что вы мне помочь не сможете, - кривовато усмехнулась она. – Мне сейчас ничто уже не поможет.
- Ну все=таки, давайте рискнем, раз вы все равно ничего не теряете, - подбодрил ее мужчина. – У меня есть связи в городе.
Девушка опустилась на атаманку при входе в гостиную. Мария Степановна выплыла из кухни с подносом с рыбой в голубых и розовых перьях. На ней было какое-то безумное серое приталенное платье в пол, которое, надо отдать должное, сидело на ней просто отлично, но пушистое боа не давало ничего нормально рассмотреть.
- Ее уволили без объяснений причин. Просто директор с утра сказал, что они больше не нуждаются в ее услугах. – пояснила старуха. – А на нее ученики не нарадуются. Это просто бессовестно с его стороны.
- Да, все было так, - опустила Лена глаза в пол. Она комкала в руке носовой платок. – Но не это самое страшное. Среди репетиторов и преподавателей языков есть негласный клуб. Хотите, назовите белым списком. Будучи им признанным, легко найти работу в любом месте. Так вот, меня из него вычеркнули. Сказали только, что я перешла дорогу кому-то важному. Он не даст мне работать в нашем городе. Я не найду работу по специальности, да и любую другую тоже, как мне намекнули. Только я же ничего не делала такого, за что меня можно возненавидеть.
Продолжение следует…