Предыдущая часть
***
Выходные это благо и зло одновременно. Лена уяснила такую простую мысль еще лет в двенадцать. У нее всегда было мало друзей, точнее, всего одна лучшая подруга. Больше девушке никто не был нужен. В школе так и было: они ходили вдвоем, делились тайнами и бедами, но на выходных подруга уезжала в соседний городок к родне, где у нее была подружка еще со времен сада. А Лена оставалась одна. Да, с ней были многочисленные родственники, братья и сестры, но с ними невозможно было безопасно поделиться секретами. Они либо высмеивали Лену, либо доносили старшим.
Так и повелось, что еще с детства девушка перестала любить выходные и праздники. Рутинная жизнь давала ощущение стабильности, не исключала понимание одиночества души и заполняла пустоты.
С появлением Вадима выходные немного изменились: они выбирались куда-то вместе, то в горы, то с палатками, то в новые рестораны и клубы. За два года Лена начала привыкать к радости этих дней. И вот наступила суббота, в которой не было больше ничего.
Утром Мария Степановна разоделась в костюм Клеопатры. Части тела, которые в чилу возраста уже не стоило показывать, помогла скрыть золотистая ткань, исполняющая роль накидки. Старуха намеревалась посетить любительский театр, устроенный для развлечения окрестных пенсионеров. Там ей отвели роль матери в спектакле Бесприданница. Лена слышала, как тетка что-то напевает себе под нос, облачаясь в костюм. Главное, чтобы она не решила выйти в нем на сцену, иначе режиссера - тихого мужчины средних лет с безобидным и растерянным выражением лица - разобьет инфаркт.
- Дорогая, я пошла, - крикнула тетка из прихожей. - Ты тоже вставай, негоже лежать в постели в такую прекрасную погоду.
Ничего прекрасного в зное Лена не видела. За предыдущие теплые дни стены нагрелись, а сегодня термометр с самого утра показывал двадцать восемь градусов. День обещал быть душным.
Девушка все же заставила себя подняться и позавтракать. А затем встал вопрос, чем же себя занять. Как назло, не требовалось проверять тесты или другие работы учеников.
Звонок в дверь стал полной неожиданностью. Сначала Лена подумала, что это снова сосед. Но на пороге стояла столетняя соседка с первого этажа. Несмотря на почтенный возраст, она сохраняла завидную бодрость и являлась главной сплетницей двора. Давным-давно ее разбил радикулит, потому ходила она, согнувшись в три погибели, а своими тучными габаритами вкупе с этим напоминала шарик на ножках.
- Эльвира Генриховна, доброе утро! - рявкнула Лена, потому что соседка была еще и глуховата.
- Леночка, дорогая, у меня просьба к тебе. Сегодня мастер придет, счетчик менять, сказал, купить самой какой-то определенный. А меня с утра спина беспокоит. Не сходишь в магазин?
Конечно, Лена сходила в магазин. Тот располагался в соседнем квартале, улицы напоминали раскаленную сковороду, и дышать было практически нечем. Но все равно девушка радовалась возможности отвлечься от грустных мыслей. К ее возвращению соседка расставила на столике в комнате чашки и вазочки, вынесла чайник.
- Садись, я тебе так благодарна. Ты ж меня спасла. Наш этот водопроводчик от жэка такой грубый тип. Если б я не успела купить этот счетчик, кричал бы на меня только так. Он очень нервный.
- Все же, он не имеет право так с вами разговаривать, - заметила Лена, принимая у нее чашку.
- Так раздражаю я его: плохо двигаюсь, плохо соображаю. Годы не те совсем.
- Все равно это не повод. Я уверена, что вы помните многое, куда лучше нас, молодых. Вы же живете здесь с момента постройки?
- Ну мне не совсем столько лет, - хитро прищурилась старушка. - Я эту квартиру получала с мужем. Мы с ним оба тогда в музее работали. А наш дом только отреставрировали. Мы с ним поженились за год до того. Тут давали только семейным жилье. Очень хороший дом был. Мы дружно жили.
Эльвира Генриховна тяжело вздохнула. Она явно вернулась воспоминаниями в те далекие времена, когда только начинала жить здесь.
- Мы днем даже квартиры не запирали, когда дома были. Чужие не ходили. А свои все чудесные интеллигентные люди. У нас же потом дети народились, все вместе играли, присматривали тоже всем домом. А потом начали умирать все, кого мы знали. Мои дети съехали, сын вот умер много лет назад еще до отца. Дочь тоже стара, живет в Москве, ей не приехать. Правнуки иногда навещают. Но у них свои предпочтения. Я для них динозавр.
- Если вы знали всех соседей с момента заселения, то кто жил ы нашей квартире? - не слишком искусно ввернула Лена волнующий ее вопрос.
- Гоша жил. Молоденький такой. Он только женился на девочке. Она дочка партийного работника была. Им потом бездетным такие хоромы и выдали. Нам-то только двушка перепала.
- И что потом с ними случилось?
- Жили они несколько обособленно. Нет, вполне хорошие люди, но все равно в стороне от нас. Жена красотка, всегда одевалась так, знаешь, с претензией. Когда фарцовка пошла - доставала интересные вещицы. Папа деньги давал. Гоша вечно у всех побирался. У меня много идей было: то одно сделать хочет, то другое. Занимал, потом возвращал кое-как. Света от него ушла в середине восьмидесятых. Нашла партию получше. А квартира за Гошей осталась. Только он ее потерял. Ввязался во что-то, за долги ушла.
- Так что за идеи были у этого Гоши? Он же работник музея. Тут довольно ограничен круг затей.
- Нет, он в музее так работал-то. Мама пристроила. А он все коммерцией грезил. Но не был к ней способен. Вот совсем.
- Так вы не знаете что стало с ним после потери квартиры? - допытывалась Лена. Ей начинало казаться, что в этой истории и правда что-то есть. Не зря неизвестным так нужна их квартира. И именно к непутевому Гоше с большими амбициями вели все ниточки.
- Сгинул, что еще? Может в коммуналке оказался, а может что и хуже. Здесь я его не видела больше никогда.
- А в музее он совсем плохо работал? - Лена поняла, что есть уже пятую печенюшку.
- Да как, никак не работал. Он в архиве сидел, переписывал инвентарные номера в журналы. Его держали из уважения к матери. Звезд с неба не хватал, одним словом.
- Когда он квартиру потерял, у него же осталась мать.
- Нет, та рано померла. Отец еще раньше. Мальчонкой Гоша был. Так что близких у него не осталось.
- А жену его бывшую как звали? Не помните?
- Светка, она Харитонова стала по второму мужу. А была Игнатьева, она Гошину фамилию не брала. А ты почто спрашиваешь?
Продолжение следует…