На ее фильмах выросло несколько поколений зрителей. Множество людей воспринимает ее как кумира и безусловную икону стиля. В 2015 году легендарной актрисе Людмиле Гурченко исполнилось бы 80. К юбилею Людмилы Марковны в Галерее классической фотографии прошла выставка «Моя Люся», посвященная жизни и творчеству актрисы. Организатором и автором работ выступил друг артистки - фотограф Аслан Ахмадов. «Это та Людмила Гурченко, какой вы еще не видели», - так представил выставку фотохудожник.
Мне посчастливилось посетить выставку в 2015 году,познакомиться с автором проекта и насладиться невероятными работами,которые дарят вдохновение. Хочу поделиться с Вами,как это было.
Проект «Моя Люся» – это свободный взгляд фотографа Аслана Ахмадова на творчество великой актрисы – синтез совместно созданных образов, короткометражных сюжетов, документальных съемок. Это дань памяти национальной героини.
Фотохудожник Аслан Ахмадов представил Людмилу Гурченко на своих снимках, как настоящую кинодиву. Он делал несколько фотосессий великой актрисы, помогал ей в работе над фильмами "Пестрые сумерки", "Марковна - перезагрузка", "Я - легенда".
«Проект «Моя Люся» мы начали в 2007 году, это была съёмка, которая познакомила нас с Людмилой Гурченко. Мне хотелось познакомить несколько известных актёров и актрис, представить их в качестве героев древних мифов», - заявил режиссёр и фотохудожник, автор фотовыставки «Моя Люся», посвящённой Людмиле Гурченко, Аслан Ахмадов.
«На эту тему меня натолкнула автобиография Людмилы Гурченко, её воспоминания об отце, история Эдипа и Иокасты. Эта идея вызвала у Гурченко невероятный восторг. На съёмках у нас сложились очень тёплые отношения, мы стали часто видеться, сдружились. За годы дружбы было сделано множество фотографий, они сложились в альбомы. Фотографий – несколько тысяч. На выставке будет представлено около 200 – мы ограничены пространством выставки. Изначально выставка планировалась мультимедийной, фото в качестве анимированных инсталляций, но мы не смогли найти финансирование этого проекта. Поэтому в основном это будет фото, немного видеоарта, в том числе так называемое последнее интервью Людмилы Марковны», - рассказал фотохудожник.
Аслан Ахмадов и Людмила Гурченко начали совместную работу над книгой-альбомом фотографий к 75-летнему юбилею актрисы в 2009 году. Проект «Моя Люся» - это свободный взгляд Аслана Ахмадова на творчество великой актрисы – синтез совместно созданных образов, короткометражных сюжетов, документальных съемок. Это дань памяти национальной героини. В проекте Ахмадов делится воспоминаниями и впечатлениями о великой актрисе. По словам Ахмадова, четыре года после смерти Людмилы Гурченко он не решался показывать некоторые свои работы и берег их к юбилею.
Как говорит Аслан Ахмадов, Людмила Гурченко никогда не позировала. «Это слово даже не подходит ей. Она не играла роли, она существовала в них. В ней было ни намека на фальшь. Людмила Марковна была предельно искренним человеком. И к себе она требовала такого же отношения», - сказал фотограф.
«Это для вас она Людмила Марковна, а для меня – Люся. Это очень родной и близкий для меня человек. Для нее не существовало времени. Оно заканчивалось, когда она переставала творить. Она не могла жить без творчества», - рассказал Ахмадов.
— Эта выставка — не мой проект, он наш с Люсей, — говорит автор фотографий Аслан Ахмадов. — Фотографии, а их больше 150, сделаны в разное время и при разных обстоятельствах. Тут есть фото, которые выполнены в студии, а есть и случайные снимки… Большую часть этих фотографий я делал непроизвольно — я всегда находился рядом, в руках у меня была камера, и я снимал неосознанно, вообще не понимая, почему и зачем я это делаю. Вообще Люся никогда не позировала. Она даже в кино не играла, а просто становилась тем человеком, которого играла. В ней не было даже намека на фальшь — она была предельно искренним и честным человеком и требовала такого же отношения и к себе. И люди, которые находились рядом с ней, либо становились такими же, либо не выдерживали и просто исчезали из ее жизни... Эти фотографии сделаны на протяжении семи лет нашей дружбы. Мне кажется, что я сумел сказать в этих фотографиях о своем отношении к Людмиле Марковне и добавить мне уже нечего… Я счастлив, что могу показать эти фотографии людям.
«Людмила Марковна одобрила бы эту выставку. Всё это с ней было оговорено, мы сделали более 17 фотосессий. Я не боюсь обвинений в том, что я пропиарюсь этой выставкой. Я никогда не реагировал на то, что наши отношения стали публичными. Люся научила меня не высовываться и говорить только тогда, когда есть, что сказать. Этой выставкой мне есть, что сказать», - заявил режиссёр и фотохудожник, автор фотовыставки «Моя Люся», посвящённой Людмиле Гурченко, Аслан Ахмадов.
Автор проекта поделится своими впечатлениями от многолетнего творческого тандема с актрисой:
У Люси было одно совершенно потрясающее качество: она умела видеть себя со стороны, и этот взгляд на себя был критичный, мудрый и рассудительный. Людей с большей самокритикой, чем у Люси, я не встречал. Она совершенно не терпела лесть, очень настороженно относилась к похвале и на дух не переносила фальшь. Её внутренний детектор фальши был невероятно чувствительным. Как-то однажды я приехал к ней в подавленном настроении, у меня были проблемы в личной жизни, проблемы с работой, и в довершение ко всему меня предал близкий друг. Показывать мне этого не хотелось, я решил спрятать это всё за веселую улыбку, как мне самому показалось, довольно умело сыгранную. Открыв дверь своей квартиры под хорошо знакомую мне увертюру лая её любимых псов, Пепы и Гаврика, Люся одним взглядом оценила моё состояние на пороге, тут же спросив: «Что у тебя случилось?». Я ответил бодро, изображая хорошее настроение, что у меня все в порядке. Люся молча предложила мне войти. Продолжая свою игру в прекрасное настроение, я разделся, прошел в столовую, сел на уже ставшее мне привычным место за столом. Я рассказывал какую-то казавшуюся мне веселой историю. Люся сидела напротив, гладя сидевшего на её коленях пса Пепу. Она смотрела куда-то в сторону, казалось, что она совершенно меня не слушает. Когда моё веселый рассказ закончился, Люся, выдержав небольшую паузу, показавшуюся мне вечностью, сказала: «Ты сейчас такой фальшивый. Ни одной честной ноты. Все мимо. По мне, лучше честно молча сидеть вдвоем с плохим настроением, чем фальшиво изображать веселье. Я не знаю, что у тебя там стряслось, но я твой друг, и это навсегда». Произнесла она это совершенно спокойным тоном, но я знал, что Люся слов на ветер не бросает.
Новинки технического прогресса почти всегда оставляли Люсю равнодушной или она делала вид, что это так. Компьютер она называла «Дупло». Когда я спросил её, почему «Дупло», она мне ответила, что Папа, так она называла Сергея Сенина, мужа, сидит уставившись в него как дятел в дупло. Но потом однажды все же попросила Сережу научить её обращаться с ним.
Новым айфоном последней модификации, подаренным Филиппом Киркоровым, она научилась пользоваться с трудом: никак не получалось приноровиться к сенсорной клавиатуре. Тренируясь печатать, она присылала мне СМС с афоризмами Михаила Жванецкого с опечатками, так как попасть на нужные буквы её не всегда удавалось. Вслед за афоризмами шли сообщения с нецензурными выражениями, которые она писала от отчаяния, жалуясь, что не может справиться с техникой. Меня это очень умиляло. Мат из её уст для меня звучал как поэзия.
Как-то раз я показал её несколько моих роликов, снятых новой фотокамерой. Новость о том, что на современный фотоаппарат можно снимать кино, привела её в неописуемый восторг. «Мы должны непременно что-то снять», - сказала она. Мы сняли несколько проб для будущего короткометражного фильма, который к сожалению так и не удалось закончить. Некоторые из этих кадров вошли в этот клип, ставший, как это не печально, последней кинематографической работой Люси.
«Люди умирают от одиночества, об этом не пишут в свидетельстве о смерти, но это так...», - так начинался монолог героини Люси в мюзикле «Бюро счастья». Люся часто говорила о смерти, но она её не боялась, рассказывая: «Я выросла в войну, трупы людей валялись на улицах и мы с этим жили. Это страшно, но человек привыкает ко всему. Смерть стала для нас частью быта».
«Видишь, это моя дочурка, моя клюковка, играеть. Что, не веришь? Это ж моя Люся! Мы з моею Лелею черэз мою дочурку попадем в историю!», - изображая харьковский говор отца, Марка Гавриловича, рассказывала Люся, как он в кинотеатре в Харькове во время просмотра «Карнавальной ночи» рассказывал всем, что на экране его любимая дочь. Говорить об отце Люся могла бесконечно и меня всегда очень веселили её рассказы о нем. Я смеялся, а Люся говорила: «Ну, что ты хохочешь, что хохочешь? Вот увидишь, пройдет время и ты тоже попадешь в историю, через меня».
Когда в 2010 году в крупнейшем в мире аукционном доме Phillips de Pury мы представили на торги около 100 работ, сделанных мной за весь период творческой деятельности, комиссия отобрала только две работы – это были фотографии рук Люси. Восьмого ноября 2012 года на аукционе Phillips de Pury в Лондоне они были проданы наряду с работами крупнейших мировых художников. Так «черэз» Люсю и я попал в историю.
Многим покажется странно, но песню «Пять минут» Люся не любила, если быть точнее, она её ненавидела. Песню принесла её невероятный успех, но в то же время стала большой душевной травмой. После фильма «Карнавальная ночь» она долгие 17 лет не снималась – не брали! Были сотни кинопроб и ни одной новой роли. Она ездила на гастроли по необъятным просторам нашей большой Родины с концертами – для неё это была единственная возможность творческой реализации и заработка. «Чтобы я не пела, зрители всегда ждали только её», - говорила Люся, вспоминая то сложное для неё время. Как ей того не хотелось, петь эту песню все же приходилось: её всегда ждали на концертах, без неё не обходилась ни одна новогодняя телепередача.
Он также рассказал, почему так долго – целых пять лет – готовилась выставка: «Государство даже не выделило денег на похороны Гурченко. Не было финансовой помощи и во время съёмок фильма «Пёстрые сумерки». Мы пять лет искали деньги на выставку «Моя Люся». Плюс – экономическая ситуация накладывала свои следы. Но ужаснее всего – то, что это никому не было нужно, ни государственным, ни частным компаниям. А для меня показать эту выставку было делом чести, данью памяти человеку, которому я бесконечно обязан. Я понимал, что если я не сделаю это к 80-летию актрисы, это будет большим свинством по отношению к моему собственному чувству к ней».
«Похороны Гурченко обошлись в несколько миллионов рублей. Государство выделило место на Ваганьковском кладбище, которое надо было выкупить, это были огромные деньги. Никакие люди и частные компании не помогали, похороны из своего кармана оплатил муж Людмилы Гурченко Сергей Сенин. Что касается выставки – мы не ходили по друзьям Людмилы Марковны, ни у кого ничего не выпрашивали, это было бы неловко. А свою помощь никто не предлагал».
Ахмадов пообещал, что когда-нибудь выпустит песни, записанные с Людмилой Гурченко: «Гурченко мгновенно умела оценивать людей. У нас сразу возникло полное взаимопонимание, что-то такое произошло, включилось, и она стала мне бесконечно доверять. Мы часто спорили относительно образов, и тут она оказывалась права, а вот с проектом «Моя Люся» никаких споров не было. Есть проекты, которые мы не успели закончить. Это короткометражка, там есть интересные съёмки. Мы записали несколько песен, которые, вероятнее, всего, я когда-нибудь выпущу. Увы, сейчас это никому не нужно. Мы с Гурченко делали всё это потому, что нам доставлял удовольствие сам творческий процесс».
«Когда ты очень близко и часто общаешься с человеком такого необъятного масштаба личности как Людмила Марковна Гурченко, то сначала испытываешь перед ним трепет, просто от степени его величия. Тебе кажется, что ты говоришь с живым памятником. Причем сам он для этого ничего может и не делать – за него уже все сделало его творчество, так сильно на тебя повлиявшее. Однако, через какое-то, очень непродолжительное время, ты начинаешь видеть обычного человека, со всеми особенностями его характера. Узнавая Люсю, её человеческие качества, помимо ее бесспорного выдающегося актерского и музыкального дарования, я увидел неподдельно честного, часто во вред себе, очень ранимого, искреннего и доброго человека. Люся – так называли ее самые близкие люди, умела быть другом. Преданным, настоящим. Нас обединяла любовь к кинематографу, джазу и фотографии. Этот проект – наша совместная идея. Наша дружба это беценный дар, который я буду бережно хранить в своей памяти всю жизнь! Я искренне надеюсь, что фотографии, представленные на выставке, хоть немного отобразят какой на самом деле была «Моя Люся», – комментирует Аслан Ахмадов.
Творчество Людмилы Марковны Гурченко, внесло неоценимый вклад в историю отечественной культуры. На ее фильмах выросло несколько поколений зрителей. Множество людей воспринимает её как кумира и безусловную икону стиля. Для всех почитателей таланта Людмилы Гурченко эта выставка станет драгоценным подарком, продляющим творческую жизнь великой актрисы.
Людмила Марковна Гурченко (12 ноября 1935 года, Харьков, УССР, СССР — 30 марта 2011 года, Москва, Российская Федерация) — советская и российская актриса театра и кино, эстрадная певица и кинорежиссёр. Наиболее известна по картинам: «Карнавальная ночь» (1956), «Девушка с гитарой» (1958), «Старые стены» (1973), «Соломенная шляпка» (1974), «Двадцать дней без войны» (1976), «Пять вечеров» (1979), «Любимая женщина механика Гаврилова» (1981), «Вокзал для двоих» (1982), «Любовь и голуби» (1984), «Моя морячка» (1990), «Старые клячи» (2000).
В кино Гурченко дебютировала в фильме Яна Фрида «Дорога правды» (1956). «Я не за тем сюда пришла, чтобы молчать!» — это была первая фраза Людмилы Гурченко в кино. «Я именно этого и хотела — прийти в кино, чтобы не молчать, не плыть по течению, а самой создавать волну», — говорила Гурченко в одном из своих интервью.
В том же году на экраны советских кинотеатров вышла новогодняя комедия молодого режиссёра Эльдара Рязанова «Карнавальная ночь», в которой Гурченко сыграла главную роль. Фильм имел огромный успех и на многие годы полюбился зрителям, а благодаря роли Леночки Крыловой Гурченко стала всесоюзной любимицей и кумиром поколения. «Карнавальная ночь» побила все рекорды проката, на неё было продано 48,64 миллионов билетов. В СССР песня «Пять минут» стала своеобразным гимном Нового года. Мало кто знает, что Людмила Гурченко могла и не сыграть в этом фильме, так как свою кинопробу актриса провалила. Позже Гурченко вспоминала: «Я шла подпрыгивающей походкой по коридору студии „Мосфильм". Навстречу шёл Иван Александрович Пырьев. Я ещё больше завихляла, ещё выше подняла подбородок. Пырьев поднял голову, увидел меня, поморщился, а потом лицо его заинтересованно подсобралось. Он сказал, чтобы я шла за ним. Привел меня в третий павильон, где происходили съёмки, подошел к главному оператору, и сказал, что вот актриса, только снимите её получше — и будет человек. Вот так я случайно попала в картину».
Актриса, дива, женщина. Более чем со 150 фотографий пронзает бесконечность ее глаз. То богиня из античного сюжета, то совсем «другая», земная – Людмила Гурченко. Это последние фотосессии актрисы.
Вот такая замечательная фотовыставка "Моя Люся" проходила в Галереи современной фотографии.
Спасибо автору Аслану Ахмадову и всем кто ему помогал, за такую уникальную возможность насладиться Людмилой Гурченко.
#людмилагурченко #гурченко #асланахмадов #моялюся #фотовыставка #легенда #оксанашанель