А не замахнуться ли нам на главный шедевр Квентина нашего так сказать Тарантино?
В кои-то веки в 1994 году Никита Сергеевич Михалков готовился получить Золотую пальмовую ветку. Но на его беду в этом же году и на этом же фестивале показали независимую киношку, мгновенно ставшую популярной и культовой на десятилетия. НСМ не стал совершать харакири, как японский писатель Юкио Мисима, которого в 1964 году совсем чуть-чуть опередил «Тихий Дон» Шолохова в сражении за Нобелевку. Да и вообще там запутанная история — а в Каннах всё было прозрачно. Ибо «Криминальное чтиво» действительно выдающееся кино и после премьеры все вопросы отпали у всех. Но появились новые. Типа: как такое вообще возможно было снять?
Писать про Тарантино всё равно что писать про «Битлз», а «Криминальное чтиво» это как «Клуб одиноких сердец сержанта Пеппера». Только наоборот. Если битловский альбом — первая в поп-музыке концептуальная пластинка, где повествование линейное и каждый последующий фрагмент прямо следует из предыдущего, то «Чтиво» совсем не такое. Рваная нелинейная структура, несколько взаимопереплетённых сюжетов и вольное жонглирование временем.
Кроме новаторской структуры, фильм выделяется множеством других граней.
«Не пишите громоздких диалогов!» — категорически увещевают учебники сценаристики. Ага, расскажите об этом после просмотра «Чтива». Значительная часть экранного времени состоит из длинного трёпа, и высший пилотаж создателей в том, что этот трёп не только не надоедает, а даже помогает удерживать внимание и интерес зрителя.
Этому же способствует постоянная смена ритма и настроения, чередование и смешивание юмора и жуткого насилия.
И потом вот эти вот тысяча мелочей: от нестандартного саундтрека до всяких деталек. Ну помните, как они, не сговариваясь разулись, отправляясь на танцпол? Кто б ещё смог такое придумать?! Здесь и отсылка на рассказ о том, как босс покалечил подельника, сделавшего его жене массаж стоп. И нешаблонный акцент в танце: на что зрители пялились больше: на отмороженную физиономию Траволты с пошлым хвостиком или на его чёрные носки сорок второго размера и босые ступни Турман сорок третьего?
Тарантино сделал звёздами Самуэля Эль Джексона и Уму Турман — и возродил потухшие было карьеры Джона Траволты и Брюса Уиллиса. И, конечно, это был триумф продюсера из Miramax, легендарного Харви Вайнштейна.
Все злодеи (а в фильме почти все — злодеи) харизматичны и обаятельны, насколько только могут быть обаятельными безжалостные убийцы. Целый калейдоскоп разнообразных мерзавцев и бандитов, и при этом никого ни с кем не спутаешь, все разные и запоминающиеся. И ни один не выглядит пошло и нелепо, как Безруков в роли мафиози или Дюжев в любой.
— А поехали ко мне, — говорит Ума Турман.
— Поехали! — сказал Траволта и махнул рукой.
Дерзко, уверенно, вопреки правилам и шаблонам, опираясь только на свои вкусы и предпочтения. Вот как сделан этот фильм.