Её тупо прибрали к рукам, как ценный ресурс, а она-то уши развесила, как последняя дурочка. Мог ли Фил не знать правду, всю правду о том скандальном ночном происшествии, после которого её целую неделю жёстко травили соседки по палате, в глаза обзывая предательницей и норовя побольнее пнуть исподтишка? Само собой, им было плевать на Таню и на то, что её побег сорвался, а под шумок ей ещё и вкатили статус «потенциальная беглянка» и перевели в палату для буйных, но откровенно сотрудничать с администрацией в таких делах — очевидное табу для любых пациентов… Даже заносчивые врачихи и медсёстры затыкались, стоило Марфе оказаться рядом, будто она превратилась в парию.
Это было больно, хотя до того дня Марфа по молодости верила, что её совершенно не волнует мнение посторонних по сути людей. Оказалось, не так всё просто, как она себе воображала. А хуже всего было то, что Марфа никак не спорила, не требовала проверить место происшествия и восстановить истину, которая исправит её репутацию среди персонала и других душевнобольных. Правда пугала её куда больше этой травли и Таниной ярости, прорывавшейся даже сквозь временную изоляцию.
Но мог ли Фил не проверить? А если он проверил и сопоставил факты, если понял, что случилось, мог ли он забыть об этом, как предпочла сделать Марфа? Конечно же, нет.
Теперь Марфа даже удивлялась, как она могла столько лет игнорировать то, что лежало на поверхности. Он знал. Всегда знал. И именно поэтому выделил её среди девочек и приблизил к себе. Берёг и старался быть рядом на случай… Если ему тоже понадобится персональное чудо. Кстати, о чудесах… Сколько Филу лет? Никто этого не знал. Но за годы их знакомства он не стал старше, словно его заморозили… Словно кто-то искусственно поддерживал в нём жизнь. Утренняя лёгкая слабость, когда она ночевала в особняке — Марфа объясняла это кошмарами, усиливающимися в знакомой с детства обстановке, но что, если это был её маленький вклад в несгибаемое здоровье старика? И он всегда так жаждал её общества, так мечтал быть рядом… Любую минуту, любой ценой… Как она могла быть так слепа?
Марфа ощутила подступающую тошноту и закрыла лицо руками, не в силах вынести сделанного открытия, а Мария Захаровна неловко приобняла девушку и погладила рассыпавшиеся по спине волосы, как когда-то делала её мама, вздумавшая вдруг поиграть в дочки-матери.
— Что с тобой, милая? — женщина снова, как по волшебству, превратилась в румяную и добродушную пенсионерку. — Ты так сильно расстроилась? Что ты поняла?
— Кажется, я тоже знаю, в чём дело. Да, Марфа? — глухой Федин голос с трудом проникал в оглушённый мозг. — Ты ведь догадалась?
— Да, — она подняла сухие глаза на Федю, — он знал. Знал с самого начала. Наверное, и Таня тоже… Хотя она вряд ли до конца осознавала, скорее…
— О чём вы? — пролепетала Мария Захаровна.
— Мам, тебе не стоит в это лезть, — Федя отрицательно качнул головой, обращаясь к Марфе, — потому что за эту тайну можно заплатить очень дорого. И Таня, возможно, уже заплатила.
— А твоя мама? — ахнула Марфа. — Фил решил, что Таня обо всём догадалась, да ещё и ей разболтала? Чёрт, у неё всегда был слишком длинный язык… Какая же она была глупая! Как и я...
— Я, конечно, хотела бы понимать, о чём вы говорите, но… не вполне понимаю, — Мария Захаровна беспомощно уцепилась в стол. — Думаете, это Фил виноват? И это он подослал демона, чтобы добраться до меня?
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Ему конец, — Марфа вскочила, — всю дорогу заманивать меня давным-давно пропавшей мамой-демоном, чтобы потом вот так…
— Погодите, о какой ещё маме вы сейчас говорите? Речь не обо мне ведь, так?
— И он тебе тоже, но… Не только о тебе, мама, — Федя остановил Марфу, обняв и прижав к себе, — а ты никуда не пойдёшь. Фил…
— Ну что он со мной сделает, а? — Марфа попыталась оттолкнуть здоровяка, но безрезультатно. — Если я так нужна ему, глупо самому вредить мне, разве нет? Я просто поговорю с ним. Задам пару вопросов. Даже не буду обвинять ни в чём.
— Он может навсегда запереть тебя, если поймёт, — Федя не выпускал девушку из объятий, — а я этого не допущу.
— Если я правильно уловила, мы говорим и о твой маме, да? — Мария Захаровна с сочувствием коснулась её плеча. — Возможно, я могу помочь тебе с этим. Что с ней произошло? А главное — когда. Пропавшие демоны — это по моей части.