Роды проходят точь-в-точь как пишут в книжках. Раскрытие строго по часам, правильное дыхание, абсолютное послушание врачей. «Образцовая роженица» - с гордостью рассказывает медицинская смена своим пришедшим на пересменок товарищам.
В 08.30 мальчик издаёт свой первый крик. Соня обессилено роняет голову на подушку, глаза светятся счастьем, рот расплывается в улыбке, растрепанные белые кудри растекаются по подушке, в следующие минуты она уже прижимает к груди крохотный комочек счастья. Маленькие голубые глазки, крохотный носик, малыш чувствует мамино тепло, мамин запах и мгновенно засыпает сладким сном младенца. Упоение от нового чувства накатывает волной. Вот она любовь. Совсем иная, всеобъемлющая, всепрощающая, ей можно спасти весь мир. Наконец впускают Павла. Он так и не причесался с ночи, такой же взъерошенный и бледный, молниеносно подбегает к своей любимой, крепко обнимает свою жену и затем обращает взгляд на её руки, видит свёрток у неё в руках и вопрос всплывает на поверхность сам собой: – Это он? Мой сын? Да?
Соня смеётся. И откидывает пеленку, чтобы папа смог вдоволь налюбоваться своим наследником. Павел внимательно разглядывает каждую деталь лица. И счастливая улыбка сменяет нервно поджатые губы. Он аккуратно дотрагивается до пальчиков крохи.
«Вот оно какое, истинное счастье» – думает про себя Соня, и слёзы бегут у неё по щекам. Павел прижимается к своей любимой и целует без остановки руки, шею, щёки, плечи:
– Спасибо. До моего последнего вздоха, всегда буду благодарен судьбе и тебе. Ты подарила мне сына. Любимая.
Но идиллия не может длиться вечно. В палату заходит врач и нарушает покой влюблённых, нетерпеливо прогоняя новоиспечённого отца:
– Так, ну хватит голубки, ещё намилуетесь. А сейчас, я попрошу вас удалиться, дайте роженице отдохнуть, ваша супруга новую жизнь произвела на свет сегодня как-никак! – затем она придирчиво осматривает внешний вид Павла и снисходительно добавляет: – Да и вам самому, молодой человек, не помешало бы поспать.
Павел еще раз крепко поцеловал любимую и послушно вышел из палаты, прикрыв за собой дверь. Сел в свой «Мерседес», вдохнул воздух полной грудью, включил радио на полную мощность, открыл окна, и расплывшись в улыбке, отправился домой отдохнуть, а затем сообщить радостную новость своим друзьям и партнерам, чтобы как следует отметить и основательно поднять на уши всю Москву. Соня, счастливая и уставшая до изнеможения, уснула крепким сном в отдельной палате, которую заботливо оплатил для неё любимый супруг.
Жизнь роддома шла в штатном режиме. Дети рождались. Погибали. Выписывались. Счастливые отцы и не очень забирали своих жён. А кого-то и не встречали вовсе. Очередная смена сменила другую. По коридорам послышался звук шагов. И истошный женский крик нарушил покой всего этажа поздней ночью:
– Где мой сын?! Кого вы мне принесли? Это не мой ребёнок! Я родила сына! Кто его забрал? Верните моего ребёнка!
Топот шагов, истеричный плач, белые халаты, суматоха и испуганные лица рожениц, что инстинктивно крепче прижимают к себе своих детей. Младенец пропал из отделения. И это был ребёнок Сони.
