После всех испытаний и боли , что ей пришлось пережить в этом суровом , холодном краю, вернувшись она снова оказалась в мире своего детства . Того , до высылки её тринадцатилетней . Тут , на её родине всё также пахло арбузами и дыней . В воздухе стоял запах спелых томатов и красного сладкого перца , а ещё аромат вишни , той из детства из родного сада. Пройдя по базару она ощущала запах жаренных семечек подсолнуха и по не многу боль и раны становились прошлым .
Теперь ежедневно с самого утра она шла в церковь , её вера и тут спасала и давала силы жить дальше . Её и его дочери взрослые и жили самостоятельно , только вот та , что осталась на севере и не захотела с ней вернуться ( она считала родиной этот холодный край ) счастья здесь не нашла , а встретила скорей себе ещё одно испытание . Она пережившая "детский гулаг" сошлась с тем кто по началу , до рождения второго ребенка был как она говорила не плохим , но после превратился в зверя , а всё как у многих тут - спиртное. Жалея её мать частенько собирала ей посылки с теплыми пуховыми рукавичками и носочками , связанными своими измучанными руками (ещё в тринадцать ползая по сугробам она рубила целыми днями сучки деревьев , тогда она была врагом народа , не девочкой ) и обязательно с вишневым варением . Завернутое в несколько пакетов , невероятно густое оно было очень ароматно.
Навещая мать на юге уже с двумя детьми на руках она попала в карантин (свирепствовала в то время холера) и их поселили в двухэтажной школе на долгие две недели при жаре за сорок . И тут мать её приносила им вишнёвое варение в трехлитровой банке , что на веревке они поднимали на второй этаж.
Вспоминая бабушкино варение все говорили , что ни когда такого вкусного больше не ели и даже спустя годы вырастив вишню уже на севере она не имела такого вкуса как та ..