«Всё в прошлом... Современная переработка картины Максимова «Всё в прошлом», Третьяковская галерея». Плакат. 1922
Меньшевики (и те, кто так себя называет), совсем как Бурбоны, «и не исправились, и неисправимы». Один из называющих себя «меньшевиком» риторически спрашивает у меня:
«Надо было во Франции, когда возникла реальная угроза прорыва к власти де ля Рокка и иже с ним, поддерживать социал-реформистского премьера Леона Блюма, правившего в альянсе с либералами? Надо было в Испании, когда фашистски ориентированные «сапоги» подняли мятеж, поддерживать либерала Асанью, возглавлявшего Республику?»
Мой ответ: да эти два примера яснее ясного показывают, к чему приводит такая идиотическая «поддержка»! Не напомните, что там случилось с Испанской Республикой во главе с либералами, поддержанными коммунистами-сталинцами и тамошними меньшевиками? Она с грохотом рухнула, унеся с собой множество жизней.
А чем кончила предвоенная Франция благодаря таким вот «поддерживающим»? Запретом компартии и позорным вишистским «Etat français».
Но список можно и продолжить...
Надо было поддерживать Гоминьдан Чан Кай-ши против его более правых противников в 1927 году?
Результат поддержки: кровавый переворот Чан Кай-ши и массовая резня коммунистов.
Или: надо было поддерживать Януковича против бандеронацистов Евромайдана?
Результат поддержки: Янукович слил всё и вся и позорно бежал, бандеронацисты у власти. (Правда, называвшие себя «меньшевиками» в те дни поддерживали скорее даже самих бандеровцев, но более похожая на классических меньшевиков КПУ входила в правительственную коалицию Януковича).
Поэтому упаси Маркс кого-то «поддерживать» из подобных ненадёжных ситуативных союзников, хоть против самого дьявола. Главное правило большевистских союзов известно и сформулировано ещё Г.В. Плехановым: «вместе бить, врозь идти». Нацистов можно бить хоть вместе с либералом Рузвельтом, хоть с консерватором Черчиллем, худого в этом нет. Но «поддерживать» Черчиллей или Рузвельтов — боже упаси! А уж если «поддержали» — всё, не жалуйтесь потом, если такие союзнички внезапно, когда вы этого от них меньше всего ждёте, коварно повернут фронт против вас и проведут операцию «Немыслимое», как это успешно проделал Чан Кай-ши и другие, и от вас останется, пардон, только мокрое место.
Учитесь у Ильича:
«Может быть, в детской «добровольная уступка» указывает лёгкость возврата: если Катя добровольно уступила Маше мячик, то возможно, что «вернуть» его «вполне легко». Но на политику, на классовую борьбу переносить эти понятия кроме российского интеллигента не многие решатся. В политике добровольная уступка «влияния» доказывает такое бессилие уступающего, такую дряблость, такую бесхарактерность, такую тряпичность, что «выводить» отсюда, вообще говоря, можно лишь одно: кто добровольно уступит влияние, тот «достоин», чтобы у него отняли не только влияние, но и право на существование. Или, другими словами, факт добровольной уступки влияния, сам по себе, «доказывает» лишь неизбежность того, что получивший это добровольно уступленное влияние отнимет у уступившего даже его права. Если «революционная демократия» добровольно уступила влияние, значит, это была не революционная, а мещански-подлая, трусливая, не избавившаяся от холопства демократия, которую (именно после этой уступки) смогут разгонять её враги или просто свести её на нет, предоставить ей умереть так же «по собственному желанию», как «по собственному желанию» она уступила влияние». (с), В.И. Ленин