Отсебятина в духе Русской Литературной Матрицы – Альтернативного учебника русской литературы СПб-М. 2010. т.1 464с., т.2 790с. Хаотично и фрагментарно, не тормозя. Как Людмила Петрушевская. В середине 1980-х Фёдор Михайлович был самый переводимый из русскоязычных авторов, после Ленина. Сейчас - не знаю который Ф.М. по порядку.
Неврозо. Фуриозо. Попал глубоко. Не в бровь, а в пах. Неприлично, как позже Фрейд, но в прозе.
Читать много ФёдорМихалыча тяжело; для нервов накладно, если вдумчиво и всерьёз. Всего ФМ читать вредно; не хочу; не посоветую. "А чтоб Вы порекомендовали из Достоевского, чтоб репрезентативно?" Фильтрую: "Занюханые и зачуханые" - слёзно, хочется плакать, постирать носовой платок, одеться в ветхие обноски, отловить блох, клопов оставить, законопатить щели, забить фанеркой мною же выбитое стекло, отдать последние копейки ещё более зачуханым и умереть от чахотки на фоне рассветного Исаакиевского собора.
"Преступление и наказание". Прочитал я в комментариях к "Киберн