#мистика#проза#любовь#отношения#прошлое
Тогда: день похорон
Стоя у гроба Жанны, Илья думал о том, что рассказал ему Вадим. В какой-то момент он поднял глаза и наткнулся на взгляд друга. В нем ясно читалось: я виноват. Илья посмотрел на Алису. В её потерянном взгляде читалось то же самое: я виновата. Она смотрела на лицо дочери. Что же касается Ильи, он не мог заставить себя посмотреть на Жанну.
Он отвёл глаза в сторону, пряча ото всех свой собственный
я виноват
взгляд.
— Почему ты виноват? — спросил он вчера вечером у Вадима. Алкоголь не притупил ничего: ни тоску, ни страх, ни уверенность в том, что завтра не наступит уже никогда.
— Потому что мы были вместе, — сказал Вадим, — она должна была быть с Жанной.
— Кто?
Вадим помолчал.
— Алиса.
— Ты и Алиса вместе?
Кивок.
— Что значит вместе? — спросил Илья чуть заторможенно.
Между ними повисла тишина, и стало слышно, как свистит за окном ветер. Звук был как никогда тоскливым и депрессивным. В эту ночь ни один фонарь ни освещал улицы города, и от сознания этого становилось ещё более неуютно. Илья старался не думать о том, что… что находится сейчас в траурном зале, где завтра соберутся все желающие проститься с Жанной. И их — желающих — будет очень много, ведь хоронили дочь Королевы Мертвых.
— Она пришла ко мне около десяти вечера, родители отдыхают в Испании, и пробыла у меня всю ночь.
— И всё утро…
— И всё утро.
Илья с удивлением осознал сразу две вещи: он не знает, как реагировать на слова Вадима; ему, по большей части, все равно. В любом случае, винить кого-то в чем-то смысла уже не было.
не кого-то, а лучшего друга, который предал
Всё равно смысла не было.
— И давно вы с ней? — спросил Илья. Вопросов было очень много, и он выбрал самый нейтральный из них.
— Пару месяцев.
— Угу. Пару месяцев…
— Она постоянно говорит о тебе, — сказал Вадим, — она помешана на тебе.
Илья подумал об Алисе, представил себе, как она сидит сейчас в тёмной гостиной, держа в руке бокал с красным вином. Или белым? Он не помнил, какое вино она пила сегодня. Собственно, это и не имело принципиального значения.
Может быть, она уже отставила бокал и теперь курила, уставившись в одну точку, пьяная и несчастная. Может быть, делала и то, и другое одновременно.
Илья вспомнил её потерянный, ничего не выражающий взгляд, вспомнил кое-что еще, о чем думать сейчас совсем не хотелось: другие взгляды — взгляды Алисы, которые периодически ловил на себе и смысл которых был ему… понятен. Это было слишком уж очевидно.
Нет, — думал он в такие моменты, — нет, нет, нет… этого не может быть.
— Я ничего не хочу знать, — сказал Илья.
— Знаешь, о чем она мечтает? — спросил Вадим.
— Я тебя сильно удивлю, если скажу, что мне все равно? — ответил Илья, и это было действительно так, — хватит на сегодня.
— А когда? Завтра? — спросил Вадим, — в день похорон, да? Ты понимаешь, что, если бы она не пришла ко мне, если бы осталась с Жанной…
— А ты понимаешь, что думать об этом нужно было раньше?
Вадим ничего не ответил, но он понимал, очень хорошо понимал.
Илья вспомнил, что говорил ему сегодня утром Сергей: от тебя не зависело уже ничего. Ну, или как-то так. Илья повторил это Вадиму, но толку от этого было чуть.
— Алиса — взрослый человек, она сама решает, где быть и с кем.
— Но я согласился.
— Ты соглашаешься на это… сколько ты сказал? Пару месяцев?
Убеждать кого-то в том, что виноватых в смерти Жанны не было, оказалось гораздо проще, чем убедить в этом себя.
Илья спросил себя, считает ли он Вадима виноватым в том, что случилось. Ответ был очевидным: нет. Алису? Алису он ненавидел, но, нет: её вины в случившемся тоже не было. Да, и ненавидел ли он её? Может, жалел?
С Жанной происходило что-то, но они предпочли это проигнорировать.
Мы все виноваты, — подумал Илья, — в той или иной степени.
Сейчас, когда алкоголь слегка притупил эмоции и чувства, думать о случившемся было просто. Просто было убеждать себя в том, что конкретно он ни в чем не виноват.
— Иногда она приходит в твою комнату по ночам и смотрит, как ты спишь. Просто сидит и смотрит, — сказал Вадим. Илья представил себе пустые глаза Алисы, холодные, равнодушные как брюхо выброшенной на берег рыбы.
— Зачем ты мне все это говоришь? — со злостью глядя на друга спросил он, — думаешь, мне интересно?
— Чтобы ты не делал вид, что все в порядке, — ответил Вадим.
— Ты ревнуешь её ко мне?
— Не знаю. Может быть.
Илья пьяно рассмеялся. Не хотел, но сдержаться не получилось.
— Забирай её себе, — сказал он, — делай с ней все, что хочешь. Она твоя. Целиком и полностью. Но вряд ли она продолжит… — Илья замолчал, не зная, как назвать то, что происходило между лучшим другом и мачехой всё это время, — но я думаю, что смерть Жанны многое изменит, — продолжил он через несколько секунд, — хотя зная Алису… — Илья усмехнулся, — пройдёт какое-то время, она успокоится. Может быть, периодически будете с ней встречаться. Если, конечно, она не решит рассказать все папе. Но это вряд ли.
— А ты?
— От меня папа ничего не узнает.
Илья нашёл глазами свой нетронутый бокал с коктейлем. Какой по счёту? Этого он не помнил и помнить не хотел. Он отпил немного, прекрасно понимая, что делать этого не стоило. Его уже слегка подташнивало, виски ломило. Илья хотел спать, но понимал, что сон не принесёт облегчения, наоборот, будет только хуже.
Он отставил бокал и поднялся на ноги.
— Я хочу принять душ, нужно прийти в себя, — Илья посмотрел на часы, — сейчас половина шестого утра, спать осталось… как минимум… надо привести себя… спать… — он понимал, что его фразы больше походили на бессмысленный набор слов, но никак не мог сосредоточиться, — надо принять холодный душ, чтобы хоть немного прийти в себя. Я не могу прийти на похороны пьяным, — он подумал о том, что папа так и не позвонил… это причиняло боль… немного. Совсем чуть-чуть.
— Ты пойдёшь?
Вадим кивнул.
— Дай что-нибудь из одежды, — попросил Илья, — не хочу возвращаться домой.
— Без проблем, — ответил Вадим, — слушай, поговори с Машей.
— Кто это?
— Подружка Жанны. Она что-то знает.
— Про что?
— Про… всё.
Илья кивнул и пошёл в ванную комнату.
(продолжение👇)
ССЫЛКА на подборку «Разбитое отражение»