Появление первых рептилий-планеристов связали с возросшей густотой пермских лесов

Одной из первых планирующих рептилий был целурозавравус, который жил на территории современного Мадагаскара в конце пермского периода. Палеонтологи переописали этот вид и подтвердили, что образом жизни и манерой полета он напоминал современных летучих драконов. Как отмечается в статье для журнала Journal of Vertebrate Paleontology, вероятно, появлению рептилий-планеристов способствовало изменений структуры лесов, который в начале пермского периода стали более густыми.

Среди современных рептилий нет по-настоящему летающих видов. Однако агамам из рода летучих драконов (Draco), отдельным видам настоящих ящериц и гекконов, а также украшенным древесным змеям (Chrysopelea) удалось освоить планирующий полет. Способность планировать с дерева на дерево позволяет им спасаться от хищников и быстро перемещаться по лесу.

Планирующие рептилии существовали и в прошлом. Предполагается, что первыми из них были были ранние диапсиды из вымершего семейства Weigeltisauridae, которые жили на территории нынешних Мадагаскара, Великобритании, Германии и России в конце пермского периода, 252-258 миллионов лет назад. Подобно современным летучим драконам, они планировали с помощью кожных мембран, расположенных по бокам тела и натянутых на ложные ребра, а после приземления складывали летательную перепонку.

Команда палеонтологов, которую возглавил Валентин Буффа (Valentin Buffa) из Национального музея естественной истории в Париже, решила подробнее изучить одного из самых известных представителей группы Weigeltisauridae — целурозавравуса Coelurosauravus elivensis, который был описан почти сто лет назад по остаткам из пермских отложений Мадагаскара. Авторы проанализировали все три известных экземпляра целурозавравусов, что позволило практически полностью реконструировать скелет этой рептилии. Кроме того, они сравнили анатомию C. elivensis с другими вейгельтизавридами.

Исследование показало, что целурозавравусы были небольшими изящными рептилиями, длина тела которых достигала 180 миллиметров от кончика носа до анального отверстия и 320 миллиметров от кончика носа до кончика хвоста. При этом размах развернутых кожных мембран составлял 350 миллиметров. Передние и задние конечности целурозавравусов были длинными и тонкими, с увеличенными кистями и стопами.

Отдельное внимание Буффа и его коллеги уделили ложным ребрам, на которые была натянута летательная перепонка целурозавравусов. Анализ продемонстрировал, что, вопреки ранним предположениям, эти структуры не были настоящими ребрами. Точное их происхождение установить пока невозможно, однако, вероятно, они являются гомологами гастралий.

Благодаря полной реконструкции скелета С. elivensis исследователям удалось больше узнать об образе жизни этой рептилии и ее родственников. Судя по строению конечностей, сжатому в дорсовентральном направлении телу и наличию органов для планирования, вейгельтизавриды были строго древесными. Вероятно, они перемещались по деревьям, цепляясь за кору когтями.

В отличие от современных летучих драконов, летательные перепонки целурозавравусов крепились ниже центра тяжести, что делало полет этих рептилий более маневренным. При прочих равных условиях такое крепление подразумевает меньшую устойчивость, однако С. elivensis компенсировали этот недостаток за счет значительного размаха летательной перепонки. Судя по всему, эти рептилии могли преодолевать значительные расстояния между деревьями за счет стабильного и маневренного планирования. При этом их хвост выполнял функцию стабилизатора. Строение конечностей, в частности, появление дополнительной четвертой фаланги на пятом пальце передних лап, предполагает, что целурозавравусы, подобно летучим драконам, могли дотягиваться передними лапами до переднего края летательных перепонок и расправлять их, а также управлять ими во время планирующего полета.

Буффа и его соавторы связывают появление первых рептилий-планеристов с изменениями в структуре лесных экосистем. В позднем карбоне леса были разреженными, с небольшим перекрытием крон. В них нельзя было перебраться с одного дерева на другое с помощью планирования, что останавливало эволюцию планирующих животных. Однако в ранней перми леса стали более густыми. Расстояние между деревьями в них сократилось, так что между ними стало возможным перемещаться за счет планирующего полета. Первыми этой возможностью воспользовались целурозавравусы и другие вейгельтизавриды, а затем и другие рептилии.

Ранее мы рассказывали о лазающих саламандрах Aneides vagrans, которые живут в кронах секвой и других высоких деревьев, а при опасности просто прыгают вниз. Зоологи выяснили, как этим амфибиям удается не разбиваться. Оказалось, что во время падения саламандры поддерживают особую позу, которая замедляет их вертикальную скорость, Кроме того, они планируют благодаря боковым изгибам тела.

Сергей Коленов