Уход из России оказался крайне болезненным для зарубежных компаний. Некоторые, оценив степень ущерба, уже поспешили вернуться. Какие финансовые потери понесли иностранные предприятия и как пытаются легализовать свое возвращение, РИАМО рассказали эксперты.
Лишились денег и рынков
Уход ряда зарубежных компаний из России сказывается сегодня на ситуации в отечественном ритейле: одни иностранные предприятия ищут способы сохранить российский рынок, другие – подсчитывают убытки от приостановки своей деятельности, говорит CEO операционного партнера маркетплейсов XWAY Антон Ларин.
Наибольшие экономические последствия, по его словам, ожидают бренды, реализующие товары повседневного спроса, одежду, бытовую технику, электронику и продукцию для дома.
В общей сложности после обострения геополитической обстановки от партнерства с Россией отказалось более 150 иностранных компаний, отмечает генеральный директор ООО «Дмитровский металлургический комбинат» Владимир Соколов. Это минимальная доля из зарегистрированных на сегодняшний день в нашей стране более 25 тысяч импортных организаций. Некоторая часть «отказников» пока только приостановила импорт или экспорт с РФ.
При этом, обращает внимание Соколов, в отличие от российских производителей, которые получили свободные ниши для развития производства и бизнеса, зарубежные бренды понесли существенные убытки.
«Британская компания Shell при уходе с российского рынка потеряла около 5 миллиардов долларов только за первый квартал текущего года, Renault Group – 2,3 миллиарда долларов, McDonald’s – 1,3 миллиарда», – комментирует РИАМО эксперт.
Соколов обращает внимание, что некоторые компании лишились и части соседствующих с Россией рынков. Это, к примеру, вышеупомянутый Renault, который производил из российского сырья автомобили и комплектующие, а затем экспортировал их в страны СНГ – Казахстан, Беларусь, Азербайджан, Армению, Кыргызстан.
«Нам есть что предложить»: российские производители мебели готовы заменить IKEA>>
Стратегия выживания
Потери импортных брендов в связи с уходом с российского рынка настолько значимы, что многие из них уже возобновили взаимовыгодные отношения с нашей страной, говорит Соколов. Например, немецкая шинная компания Continental снова начала работу в РФ. Аналогичным способом планируют поступить еще более 100 брендов, в том числе известные представители fashion-ритейла – Reserved, Sinsay, Cropp, Mohito и House.
Ларин приводит в пример испанский холдинг Inditex, более известный по принадлежащим ему брендам Massimo Dutti, Pull&Bear и Zara. После публичных заявлений о полном закрытии магазинов они продолжили продавать товарные остатки через маркетплейсы и популярные торговые онлайн-площадки.
Компании, которые не хотят уходить, демонстрируют две основные стратегии, рассказывает управляющий партнер международной консалтинговой группы Seitenberg (Австрия) Кирилл Лапин.
Вторая стратегия — продажа российского подразделения стороннему инвестору или российскому менеджменту, пусть даже с последующим прекращением любой поддержки, будь то технологической или маркетинговой.
«Можно предполагать, что в данном контексте осуществляется своего рода «теневая» продажа, и по факту западная компания продолжает заниматься управлением. Но при этом сразу же появляются проблемы: от решения вопросов с программным обеспечением до мелких организационных или административных вопросов», – говорит он.
Сюда же Лапин относит передачу подразделения в доверительное управление и «прописывание» в соглашениях права обратного выкупа, хотя эта схема на практике не проверена.
История с доверительным управлением предполагает высокий уровень доверия, подчеркивает эксперт. И российская, и западная сторона должны верить, что каждый делает все, чтобы соблюсти условия соглашения.
«Однако реальный опыт показывает, что все может измениться – например, западной компании станет неинтересен российский рынок и она прекратит поддержку, или российский менеджмент, «вытащивший» подразделение, откажется отдавать его обратно», – говорит Лапин.
В любом случае, если подразделения или ставшие суверенными предприятия продолжают так или иначе управляться головной компанией и все бизнес-процессы в них формируются исходя из корпоративных стандартов, то можно говорить как минимум о желании западной корпорации сохранить позиции на российском рынке, поясняет эксперт.
«Самый надежный способ сохранить позиции в России и не «быть проклятыми» на Западе – это выкуп российского подразделения с помощью инвестиционной компании в дружественной стране. В этом случае инвестиции осуществляются через третье лицо и рассматриваются как финансовый актив. Такое возможно, если компания имеет большое количество активов в России и не торгуется на западных биржах», – резюмирует Лапин.
Импорта меньше, а покупателей – больше: как санкции изменили рынок зоотоваров в России>>
Ниши не пустуют
Пока иностранные компании решают, прекращать ли ведение бизнеса в России или рассматривать возможности возобновления торговли и возврата на рынок через сторонних партнеров, отечественные предприниматели не упускают шанс занять освободившиеся ниши.
«За последние полгода спрос на маркетплейсах в категориях, из которых ушли крупные зарубежные компании, кратно вырос, а количество новых предпринимателей увеличилось. Это значит, что, даже если компании захотят вернуться, им будет сложно конкурировать с отечественными селлерами и завоевывать по новой лояльность российского потребителя», – считает Ларин.
При этом потеря денег – далеко не самый значимый пример влияния санкций коллективного Запада на экономику их же стран, считает Соколов.
«Актуальнейший на сегодня пример – подготовка стран Евросоюза к зиме после их заявлений об отказе от российских энергоносителей. Некоторые главы и бывшие члены правительств государств ЕС открыто заявляют, что это невозможно, а граждане выходят на многотысячные митинги в поддержку отмены антироссийских санкций», – говорит он.
Под властью Тимати: как изменились кофейни Starbucks после продажи компании>>