В 1935 году в Париже была издана книга Т. А. Бакуниной «Знаменитые русские масоны». Именно эта книга и стала основным источником информации об Александре Суворове как масоне. Но как было на самом деле? Мог ли генералиссимус действительно быть членом тайного ордена «вольных каменщиков» или это всего лишь миф о знаменитом человеке?.
Свидетельства «за»
В пользу версии о масонстве Александра Суворова говорит следующий факт. В январе 1761 года ложу «Zu den Drei Kronen» («К трем коронам»), которая располагалась в Кенигсберге, посетил, как записано в архиве ложи, обер-лейтенант Александр фон Суворов. Он представился мастером петербургской ложи «Три звезды».
Запись из архива «вольных каменщиков» совпадает с фактом, хорошо известным всем биографам Суворова. Как раз в январе 1761 года, во время Семилетней войны, Суворов в самом деле бывал в Кенигсберге. Территория Восточной Пруссии была тогда занята русскими войсками, и отец полководца был назначен генерал-губернатором этих земель. Будущий генералиссимус приезжал навестить батюшку. Если он и в самом деле был мастером петербургской ложи, мог он навестить братьев по духу? Разумеется.
С дня первого посещения и до самого отъезда из Кенигсберга, который имел место в начале 1762 года,Суворов числился членом ложи «К трем коронам». В списке ее членов, представленном 16 марта 1761 года в ложу Трех Глобусов, за № 6 значится Александр Суворов.
Свидетельства «против»
Историкам масонства совершенно неизвестна ложа «Три звезды» в Петербурге. И это при том, что в Санкт-Петербурге действовала не одна ложа, и современники оставили множество свидетельств о том, кто именно являлся их членами. Масонство было в моде, и при всей закрытости ритуалов, шила в мешке утаить было невозможно. Были ложи «Молчаливость», «Постоянство», «Счастливое согласие», другие, но никаких следов ложи «Три звезды» кроме записи в бумагах кенигсбергской ложи найти так и не удалось.
Далее. В пору посещения Кенигсберга Александр Суворов был подполковником, а не обер-лейтенантом (поручиком), как сказано в документе о посещении неким Суворовым ложи «К трем коронам».
И, наконец, вся жизнь, все высказывания и поступки Суворова свидетельствуют о том, что к масонству он испытывал сильнейшую неприязнь, если не сказать резче. Само слово «франкмасон» имело для него значение ругательства. Князя Репнина, одного из самых влиятельных масонов той поры, Суворов в письмах называет «люцифером». Есть и еще одно яркое свидетельство того, как именно Суворов относился к масонству. Однажды в кругу офицеров зашла речь об одном из адъютантов, который как-то упал с большой высоты в пропасть и совсем не пострадал при этом. «Знаете ли, -- передает слова Суворова автор мемуаров,-- кто его вытащил оттуда? Черт, потому что он франкмасон».
Суворов был очень верующим человеком, постоянно ходил на службы в церковь, постился, бил земные поклоны, во время служб читал «Апостол» и пел на клиросе. Такая простая, практически крестьянская религиозность совсем не похожа на мистицизм масонов, отвергавших идею Богочеловека Христа и поклонявшихся некоему абстрактному Высшему Разуму.
Так был Суворов в ложе «К трем коронам» или не был?
Проще всего посчитать, что подполковник Александр Васильевич Суворов никогда и не захаживал в дом в Кенигсберге, где располагалась ложа «К трем коронам», а был там какой-то другой Суворов, который носил чин обер-лейтенанта (т.е. поручика). Но что если произошла ошибка, точнее, описка? По-немецки названия чинов «поручик» и «подполковник» и звучат, и пишутся очень похоже: поручик -- «обер-лейтенант» (Oberleutnant), подполковник -- «оберст-лейтенант» (Oberstleutnant). Ошибиться на одну букву совсем несложно. И если допустить, что писарь кенигсбергских масонов в самом деле ошибся, то выходит, что Суворов и впрямь приходил в ложе «К трем коронам». Зачем же?
Историк Вячеслав Лопатин предлагает интересную версию.
В ту пору вопрос о том, станет ли Восточная Пруссия частью земель под властью российской короны, еще только решался. В Кенигсберге имели место самые разные политические группировки и течения. Генерал-губернатору Василию Суворову, конечно же, была нужна информация о настроениях влиятельной части общества. А в масоны всегда приходила весьма влиятельная публика. Приехавший в гости сын вполне мог помочь в этом генерал-губернатору. Александр Суворов отлично знал немецкий язык, имел опыт военной службы и знал толк в разведке. Посетив местную ложу, Александр Васильевич сослался на свою принадлежность к петербургской ложе «Три звезды», которую, вероятно, тут же и придумал. Прусские масоны от сына самого генерал-губернатора формальных доказательств требовать не стали.
Выполнив поручение отца, Александр Васильевич отбыл в действующую армию, и более в масонских организациях замечен не был. Однако, кенигсбергские братья еще два месяца числили Суворова в своих списках.
Сколько дней в году на Руси муж и жена спали вместе
