– Не надо ничего капать, Сергей Иванович, пока же не болит. Я потом приду. Перерыв сколько сделаем? Недели две, думаете, хватит?
Кивнула, словно согласилась, и вылетела за дверь.
***
Толстый в это время стоял и обреченно смотрел на ночную Москву с крыши небоскреба, с трудом балансируя на самом краю, возле сломанного заграждения.
Самый легкий способ до срока судьбы закончить жизнь– прыгнуть.Не важно, откуда, с моста или крыши высотки, главное,чтобы сразу насмерть.
Теперь уже не было сомнений – он болен, его заразили. Толстый не был трусом, но сейчас ему было страшно. Очень. Он знал, что если сейчас не сделает шаг с крыши, от него заразятся другие.
Толстый зажмурил глаза. Несправедливо. Он всегда знал, что до старости не доживет. Врачи еще в детстве обнаружили у него какой-то сложный диабет, лекарства не помогали никак. Становилось все хуже, и родители разрешили колоть инсулин. Но умереть, когда тебе только исполнилось двадцать…Он обнял себя за плечи и до боли стиснул руки. Пора? Еще нет. Еще нужно попрощаться. С отцом. С Мариной. Они не должны себя винить. Никто не виноват. Толстый достал смартфон, отправил сообщение отцу. Коротко: «Прости». Потом медленно, с паузами между каждой цифрой набрал номер Марины.
– Привет. Ты сразу догадалась, да? Когда спросила меня, как я себя чувствую?
– Привет, Толстый! – в голосе девушки он услышал сначала улыбку, а потом тревогу,– ты где?
– Это неважно. Так вот, ты была права. Меня укусила одна тварь. Теперь я один из них.
– Ты что-то чувствуешь, что-то… необычное?
– Ну… я постоянно вспоминаю запах твоей крови. Это обычно или нет? Еще я думаю о тебе, как о вкусной человеческой самке. И главное… В темноте я похож на славный зеленый новогодний фонарик. Это все ерунда. Я звоню тебе, чтобы…
– Где ты? Я сейчас приеду!
– Я все думаю, почему люди такие слабые? Даже жалко. Такая потрясающая цивилизация. Но все только техника. Самолеты, ракеты, метро, интернет, телевидение, роботы. Чего только нет. Это все для усиления беспомощного человека. Почему люди сами не умеют летать? Я бы сейчас не отказался улететь на какой-нибудь необитаемый остров посередине океана. Или не могут быть телепатами? Я бы сейчас не искал мучительно слова, чтобы попрощаться с тобой, а просто показал в твоей голове все, о чем нужно успеть рассказать.
– Толстый… Сергей! Это все ерунда, то, что произошло. Нужно понять, найти причину, и все…Мы справимся. Вместе. Ты куда-то хочешь уехать?
– В детстве я мечтал быть бесстрашным. Пацаны обычно хотят быть летчиками, капитанами, полицейскими. А я хотел быть просто бесстрашным. Прыгал с обрыва в ледяную реку, на сноуборде носился по черным трассам, даже пытался, как человек-паук, забираться по стенам на здания. Вот на это здание, кстати, я тоже забирался, года три назад, дошел только до середины, потом меня менты сняли… Так что, мне удалось. Я не трус. И сейчас мне это пригодится. А ты живи… И ничего не бойся.
– Сергей!!
Надо кончать разговоры. И прыгать. Сейчас. Иначе скоро начнут гибнуть люди. Из-за него.
Сергей посидел на краю крыши еще … еще… и еще… вдыхая напоследок сладкий вечерний московский воздух, затем поднялся, оттолкнулся и сделал шаг в никуда.
***
Марина никогда не бегала так, как сейчас. Она неслась, отталкивая попадающихся по пути случайных прохожих –не было времени отскочить в сторону. На ходу она позвонила первым, кто был в списке вызовов, это оказались члены команды– Командир и Следопыт, прокричала адрес (нашла страничке ВКонтакте фото здания, с которогоСергея три года назад сняли), и что Толстый хочет прыгнуть с крыши, и снова устремилась вперед. Неужели она не успеет?
Толстый, зажмуривший глаза и уже ждущий удара о землю, почувствовал резкий рывок вверх, а затем удар о крышу, на которой он недавно стоял, только теперь это было очень больно, кажется, кто-то еще и пнул его по ребрам, от души пнул, с оттяжкой.
– Придурок! – услышал Сергей взбешенный голос Командира, и улыбнулся, открываяглаза, –смерть откладывалась!
Над ним склонились два почти одинаковых, но с разным выражением, лица– Командира и Следопыта. Мало кто знал, что это родные братья. Олег и Юра Ветровы. Взгляд Олега был полон злости и гнева, Юра смотрел испытующе, он не понимал, зачем Толстый чуть не убил себя и не верил, что может найтись причина, по которой молодой здоровый парень захочет свести счеты с жизнью. Не из-за несчастной же любви? Тогда точно, мысленно согласился Юра с братом, придурок.
– Сергей!!– на крышу выскочила Марина, запыхавшаяся, красная, с торчащими в разные стороны прядями светлых кудрявых волос.
Она сделала несколько поспешных шагов и, буквально рухнув возле Толстого, который все еще лежал и блаженно жмурился на свет от прожекторов на крыше, схватила за голову и заглянула с тревогой в глаза.
– Ну, что ты придумал? У тебя есть я, есть друзья, вместе мы решим, что делать! Еще ничего неизвестно…
– Да все уже известно,– Толстый оттолкнул Маринину руку, сел и независимо оглядел всех троих.
– Ну, неплохо бы и нам рассказать, что здесь происходит,–Олег злился: они с братом успели в последний момент, еще пара секунд и…
Марина развернулась к братьям, провела рукой по голове, пытаясь привести волосы хоть в какой-то порядок, помолчала и произнесла:
–Спасибо вам. Сейчас я все расскажу.
Толстый и Марина сидели, прижавшись друг к другу, братья переглянулись и тоже опустились на корточки напротив.
– Вчера… Не вчера,– поправилась Марина, – в общем, когда мы спустились в метро… во время игры… Мы шли за вами… И…
– И на нас напали какие-то твари,– пришел на помощь Толстый,– это были не люди.
– Что значит, не люди?– это было похоже напересказ фантастического фильма. Марина с Серегой что, издеваются? Олег был старше всех присутствующих: ему недавно исполнилось тридцать. Еще несколько лет назад он воевал в Сирии, а сейчас возглавлял собственную клинику для животных. Диггерством же занимался исключительно, чтобы присматривать за младшим братом-студентом, у которого еще не все тараканы из головы разбежались. А на крышу примчался по звонку Марины, она кричала что-то непонятное про бой в метро и про то что, Толстый прямо сейчас хочет прыгнуть с крыши. Олег, не дослушав, схватил брата в охапку и рванул сюда, ничего не выясняя. Повезло Толстому, что живут они с Юркой рядом – в одном квартале от этого дома. Так что же все-таки происходит?
– Командир, ты не перебивай, нам и так не просто,– Толстый обнял Марину за плечи, взял ее ладонь и приложил к своей щеке прямо свежими красными порезами.
– Не люди. Вампиры подземные какие-то. Они появились, когда я дрался с Углеродом, Витек кажется его зовут… звали…
– Стоп!– Олег напрягся, дело принимало криминальный оборот: сегодня утром из метро достали тело Витька, менты обнаружили его по анонимному звонку, сайт до сих пор бурлил, предположения высказывались одно страшнее другого,– то есть вы видели, как погиб этот Углерод? Или ты сам его…
Олег тяжело посмотрел на Толстого.
– Нет, нет,– Марина вырвала ладонь из рук Сергея и начала пальцем рисовать схему на пыльной поверхности:
– Вот здесь были мы, отсюда пришел Углерод, а вот отсюда появились эти …вампиры…падшие духи подземелья… души погибших диггеров… ну, не знаем мы, что это за твари, только Витек был в крови, это его Толстый ударил, ближняя тварь почувствовала кровь,и присосалась. Витек стал, как тряпка, упал, а мы …
Марина замолчала и беспомощно оглянулась на Толстого. Она что, должна рассказать братьям про свои лучи из глаз? Сергей перехватил опять ее ладонь, подул, убирая пыль, и с вызовом посмотрел на братьев:
– А мы убежали.
– И дальше что? Почему ты с крыши прыгнуть вдруг решил? Кошмар ночью приснился? – Юра дурашливо закрыл лицо руками, изображая ужас.
–Одна тварь почти догнала меня, и цапнула за руку, мне кажется, нет, я точно знаю, что начал превращаться. Сегодня на лабораторной работе соседка уколола до крови палец заколкой для волос, у меня пересохло горло, мне невыносимо захотелось этой крови. Вкусной, человеческой. Вот именно так я и подумал: «Хочу вкусной человеческой крови». Словно сам я не человек уже.
Толстый подошел к бетонной стенке вентиляционного короба и несколько раз с силой ударил по ней головой. Все молчали.
– Еще я сегодня пропустил укол инсулина, думал, может, сдохну, а чувствую себя отлично.
– И все? Из-за какой-то дурацкой мысли и укола?– Олег не верил в тварей-вампиров, это было ясно. Тогда Толстый решился на последний аргумент. Он прошел по крыше, выключая подряд прожектора, пока не стало совсем темно, повернулся к своей команде и медленно стянул ветровку и рубашку. Марина тихо ахнула. Юра вздрогнул. У Олега окаменело лицо. Толстый светился в темноте зеленым мерцающим светом.
Глава 3. Командир
Аккуратно, без нажима, соблюдая правильный угол, Олег точил очередной кухонный нож о донце тарелки. Он всегда так точил ножи. Сказывалось военное прошлое. Неторопливые размеренные движения помогали думать. Сейчас он вспоминал вчерашнюю встречу на крыше. Что-то точно происходит в подземке. Призраки, инопланетяне, или все-таки духи? Непонятно что, но что-то есть. И это что-то опасно. Смертельно опасно, если верить рассказу Толстого и этой… Марины. Тут Олег сбился с темпа и едва не порезался. Мара-Марина. Вчера, когда она ворвалась на крышу, запыхавшаяся, встревоженная, кинулась к распластанному Толстому, принялась ругаться и ощупывать его, не обращая внимания на вялые протесты, у Олега дрогнуло сердце. В какой-то момент она развернулась так, что на лицо упал свет от прожектора, и Олег обнаружил глаза, полные слез. Разного цвета глаза. Один голубой, другой зеленый. Это было … красиво. Да, красиво. Олег снова принялся за нож. Ничего. У него тоже будет когда-нибудь такая девушка. Верная. Смелая. Может быть даже красивая. Он вспомнил свою первую любовь и пожал плечами. Да, неважная оказалась подруга жизни.
Хотя благодаря ей Олег теперь любое событие равнодушно оценивал с позиции «И что?» Это была дедова наука. Когда Олег, весь в соплях, в слезах метался по квартире и выл от обиды: Оля, из-за которой он поперся в ветеринарную Академию, вместе с которой они планировали открыть приют для бездомных животных, предпочла Олегу другого, с крутой машиной, дед вздернул брови и с безграничным удивлением проговорил: «И что? Зачем такая нужна? Тебе, придурок, повезло. А если бы она уже детей нарожала, и только потом решила, что ты ей не подходишь?» Олег сам тогда удивился, действительно, ну, бросила. И что? Жизнь-то не кончилась.Это… испытание. А он сломался сразу.
Спустя два года Олег закончил Академию и подписал контракт на военную службу. Дома разразился скандал. Дед, который воспитывал двух братьев один, впервые повысил голос. Младший брат, ему как раз исполнилось двенадцать, переводил испуганные глазенки с деда на Олега и обратно, и в конце концов некрасиво заревел. Олег тогда выдал: «И что? Что вы орете? Мне нужен опыт. Я полгода отслужу в Княжево в кинологическом центре, это Подмосковье вообще-то. Потом еще где-нибудь полгода. И все будет «норм». Вместо «норм» получилась Сирия. Но кто мог это предположить?
Дед и брат тогда с ним согласились. Да, они втроем всегда жили в согласии. До вчерашнего дня.
Вчера они с братом насильно приволокли Толстого к себе ночевать– боялись оставлять одного, мало ли. Весь вечер пытались разговорить, и время от времени проверяли, продолжает ли он светиться в темноте. Толстый покорно раздевался, демонстрировал зеленое мерцающее тело, но когда Олег спрашивал, как же им все-таки удалось убежать, замыкался и упрямо молчал. Неохотно признался, что это именно он позвонил в полицию и дал координаты, где остался Витек. И все. Нет, не все. Еще у Сергея обнаружилась странная особенность, которой раньше, то есть до боя в метро, тоже не было. Он стал понимать чужие языки. Интуитивно. То есть не переводил, а просто, как выразился Сергей, в голове возникали образы того, о чем написано. Юрка сгонял к деду в кабинет, притащил справочник на китайском, открыл наугад и Толстый, помолчав, пробормотал, что это про исследование ствола головного мозга. Юрка не поленился, заложил страницу ручкой и пошел к деду, выяснить, правда ли это. Вернулся без справочника, скучным голосом напомнил, что завтра зачет, нужно лечь пораньше и ушел в ванную мыться.