Ожидаемо моя личная жизнь в связи с произошедшими переменами вызывает определённый интерес у читателей. Тем более, я много писала о нашем расставании с мужем и о причинах этого расставания. В общем, писала правду, как понимаю, как чувствую. Но Николай со мной во многом не согласен. Да и пусть бы он был прав, пусть бы я заблуждалась в своих определениях.
Познакомились мы в 1990 году. У меня была однокомнатная квартира, в ней начали совместную жизнь, в ней и живём до сих пор. В 1991 году родилась наша дочь. Он был разведён уже три года назад, дочери было 6 лет. Двухкомнатная квартира принадлежала жене и дочери. А ему достались молодость, самоуверенность, надежда на то, что всё впереди, и алименты.
А впереди были 90-е, где были бизнес (и не один) и хорошие деньги, и их потери, и потери друзей по бизнесу, которых просто устраняли в тёмных дворах. После гибели очередного друга, Николай весь бизнес закрыл. Да и работать стало сложнее – везде требовались сертификации, лицензии. Лицензировать своё агентство недвижимости он не стал, почему, не знаю и спрашивать не буду, хотя вот он, рядом. Теперь это не имеет никакого значения.
Потом он много лет занимался строительством и ремонтами, имел свои бригады. Деньги были, мы не бедствовали, но поменять квартиру на бОльшую так и не собрались. Причин тому много и не только материальных. Углубляться не хочу.
Жили мы сложно. Этот мужчина имеет очень тяжёлый характер, а я очень эмоциональна и впечатлительна. И к 15-летию дочери я решила, что мне это больше не нужно. Нервная система была изрядно расшатана и у него и у меня, увы, и дочери было непросто.
Не жили вместе 6 лет, но отношения поддерживали. В оба наши развода (про второй позже) я всё равно всегда ощущала, что это мой родственник), хоть и искренне считала, что расстались мы навсегда.
Через 6 лет он приехал в Красноярск и начал жить у матери, которая к тому времени жила одна. Начали общаться, встречаться и, в итоге, жить вместе. Но шли к этому довольно долго и сложно. Дочери сразу купили комнату в общежитии. Какие-то деньги, небольшие, на решение этого вопроса были. Сначала смотрели квартиры, чтобы жить втроём, но дочь сказала, что предпочла бы жить отдельно. Денег хватило только на общежитие, но комната была большая – 18 метров, с ремонтом, мебелью, а двумя этажами ниже) был свой большой санузел – туалет и ванна (неузаконенные). Какие-то прежние владельцы в период беспредела его захватили и он так и переходил из рук в руки вместе с комнатой. За четыре года, что дочь там жила, нас так и не раскулачили). Потом мы вместе выкупили у братьев Николая наследственную трёхкомнатную квартиру его матери для нашей дочери. Квартира была не подарок, но получалась очень выгодно финансово.
Мы прожили вместе восемь лет. Всё это время работали – я врачом, а он уже как получалось, но зарабатывал. Ни о каком бизнесе уже не было речи – возраст, болезни, утраченные связи и навыки.
В итоге у нас опять всё пошло под откос. Причина была в нём, инициатором и организатором расставания была я. Конечно, и я не ангел и всё же считаю, что со мной при желании жить можно). С ним в тот момент жить стало невыносимо.
И опять всё по старой схеме – четыре года не жили вместе, но оставались "родственниками" и поддерживали отношения. Все психологи кричат в голос, что делать этого нельзя. Хорошо кричать в голос, но жизнь у всех разная. Я всю жизнь хожу в личной жизни по какому-то замкнутому кругу и куда приду, не знаю.
Прошло четыре года. 2 мая он позвонил и сказал, что 17 мая приезжает. "Куда?" "Пока к тебе. Надо заняться здоровьем".
Ну вот – занимается, прижился, как будто и не уезжал). Плывём по течению, даже особо и не обсуждаем наши отношения. Но оба стараемся, чтобы всё было нормально. Хватит ли старания надолго, желательно, до конца? Кто же это знает?
Знаем только, что в нашем возрасте обоим нужна поддержка и опора и близкий человек рядом. Кто-то другой разве может стать близким в таком возрасте? Для меня нет. И хоть мне неплохо во многих вопросах жилось одной, но во многих – очень плохо. Я за семью, за нормальную семью. Надеюсь, Николай прочитает и проникнется.
Дочь приветствует наше объединение и тоже надеется, что всё будет хорошо. И даже немного учит меня). Для этого у неё есть интеллект, незаконченное (увы) образование психолога и приличный личный опыт.
Митя тоже не против, принял Николая как родного).
Меняются ли люди с возрастом? Говорят, только в худшую сторону. Какой ужас! Мы оба стали хуже, но пытаемся что-то лепить из этой жизни).
Но я думаю, пока с головой в порядке, всегда есть возможность поработать над собой, было бы желание.
Я не работаю, имею несколько малозначимых подработок и неплохую – хорошо за 30 – пенсию. У него пенсия меньше (весь бизнес 90-х ни в какой стаж не вошёл), но он ищет подработку, сегодня было собеседование по старым связям. Все наши возможные подработки сильно ограничены плохим здоровьем. Николаю предстоит ещё полежать в стационаре, в понедельник едет устраиваться, направление на руках.
А где болтался-то 10 лет в два приёма?
Строил храмы. Со второй половины 90-х он в кришнаитской вере (не запрещена в РФ). Вот у братьев по вере и жил в храмах и заодно их строил и ремонтировал, поднимая практически из руин. Конечно, не один; но оба храма своим физическим существованием во многом обязаны ему и немало – в духовном плане ( духовный и жизненный стаж никуда не денешь)). Имеет вторую инициацию, посвящён в брахманы (определённый сан в их иерархии). Никаких проповедей не ведёт, к людям на улицах не пристаёт). Всё общение – в своей среде.
Я не придерживаюсь его религии и не потому, что что-то имею против, а просто во мне нет внутреннего отклика. Считаю себя православной христианкой.
Нашим отношениям теперь это не мешает вообще. Были времена, когда мешало и очень. Но здесь вот с возрастом и мудрость пришла и меня никто никуда не склоняет). Хотя мы часто говорим о духовном, но только по настроению и по взаимному желанию. Наше недавнее паломничество по храмам (я писала статью о поездке в Енисейск) было не только туристическим, искренним и очень нас объединило.
Что будет дальше? Там знают, но нам не говорят). Придётся смотреть самим.
И да – мы не в браке.
Я рассказала ровно столько, сколько мы вместе посчитали необходимым. На многие дополнительные вопросы, вероятно, не отвечу.
И очень надеюсь, что эта статья ни у кого не вызовет желания нас осудить или, тем более, оскорбить. Спокойные комментарии, анализ ситуации, даже конструктивная критика приветствуются. И только так.
Всем всего доброго!