Перед лицом Хатхор. Этот дом в Литейной части выбивается из окружения

Перед нами — доходный дом, построенный в 1911 – 1913 годах архитектором Михаилом Александровичем Сонгайло для Ларисы Ивановны Нежинской, жены действительного статского советника Александра Семеновича Нежинского. #INJECT_1# Прежде на участке, приобретенном супругами в феврале 1911 года у семейства Штейнов, стоял трехэтажный дом на высоком полуподвале. Старое, но еще прочное строение решено было сохранить, соединив его общим фасадом с новой постройкой. Поначалу архитектор задумал оформить его в стилистике неоклассицизма — с рустованными стенами, арочным проездом, завершенным весомым замковым камнем, с широкими полуциркульными окнами, разделенными двумя вертикальными перемычками. Такие окна сохранились в термах (банях), построенных при императоре Диоклетиане в Риме, потому их именуют и термальными, и диоклетиановыми окнами. Однако в ходе строительства Михаил Сонгайло отказался от неоклассики и оформил здание в египетском стиле. Нет точных сведений, что послужило причиной такой перемены, однако стоить отметить, что восточные, в том числе египетские, мотивы были популярны в русском искусстве эпохи Серебряного века. Еще с XIX века на Востоке, в том числе в Египте, шли раскопки на местах древних цивилизаций, и различные артефакты попадали в Европу и в Россию. Самое, пожалуй, зримое проявление древнеегипетской истории в Петербурге — гранитные фигуры сфинксов, установленные на Университетской набережной в начале 1830‑х годов. В эпоху модерна египетские мотивы снова оказались востребованы. В 1913 году в Петербурге было завершено строительство сразу нескольких доходных домов, оформленных в подобном стиле. Кроме этого здания можно назвать дома на Зверинской улице (№ 31) и Большом проспекте Петроградской стороны (№ 65). Явление весьма примечательное… Фасадный декор дома Нежинской действительно способен поразить воображение. Первые два этажа объединены мощными колоннами, увенчанными гигантскими маскаронами богини Хатхор. В древнеегипетском пантеоне у нее было много «обязанностей»: она была богиней неба, любви и плодородия. В этой ипостаси ее сравнивают с древнегреческой Афродитой и древнеримской Венерой. Хатхор играла роль и карающей богини, она выступала и как защитница фараонов, она же встречала души умерших, управляла полями Иалу — подобием рая, куда попадали праведники, прошедшие суд Осириса. Над входами в парадные и над воротами помещены изображения крылатых солнечных дисков — знаков высших духовных сфер, символов защиты всех входящих. На резных деревянных дверях — жуки, катящие перед собой небольшие шарики. В представлении древних египтян — это скарабеи, олицетворявшие Хепри, бога восходящего солнца. Так жуки, в природе перемещающие шарики навоза в своих сугубо бытовых целях, получили статус божества, каждое утро выкатывающего солнечный диск на небосклон, а по вечерам закатывающего его до наступления нового дня. Проезд во двор декорирован пилястрами в египетском духе. Проходя здесь, ощущаешь себя в гипостильном зале древнего храма, густо уставленного колоннами. Египетская тема продолжается и во дворе. На уровне верхних этажей — фигуры в египетских одеяниях, понизу — бесконечный фриз из фигурок, силуэтом напоминающих кегли. Это изображения ушебти («ответчиков»). Такие фигурки в большом количестве укладывали в гробницы, они были призваны выполнять различные работы вместо усопшего, и эти обязательства записывали на самих фигурках. Те же мотивы прослеживаются и на парадной лестнице в правой части дома. Это был полностью новый корпус, возведенный архитектором Сонгайло. Левое же парадное, с фасада неотличимое от правого, внутри сохранило отделку старого дома. Так домо­владелица сэкономила на строительных работах и в то же время сберегала память о трехэтажном доме периода эклектики. Чета Нежинских поселилась в своем новом владении — в десятикомнатной квартире второго этажа, однако на завершающем этапе строительства Александр Нежинский, занимавшийся адвокатской деятельностью, работавший ­юрисконсультом нескольких крупных банков и предприятий, скончался. Вдова, сохранив за собой этот дом, навсегда покинула его, перебравшись в съемную квартиру на Дворцовой набережной.