В всем мире с давних времён существовал патриархальный уклад семьи, и Русь, а позже Россия, не была исключением. Муж был главой семьи, и это выражалось не столько в привилегиях, сколько в ответственности, которую он нес. Семья представляла собой ячейку социума, которая в миниатюре моделировала схему устройства государства. Соответственно, на нем лежала обязанность соблюдать порядок, а значит, выступать в роли и прокурора, и судьи, и исполнителя наказаний.
По завету Домостроя
Советы по надлежащему наказанию жены в случае её непослушания можно было найти в известной книге XVI века — «Домострое». Воспитательный процесс следовало скрывать от глаз посторонних, степень наказания непосредственно зависела от тяжести проступка. При этом муж не должен был предаваться сильному гневу, только так было бы «и разумно и больно, и страшно и здорово». Также, дабы избежать серьёзных последствий для здоровья провинившегося, запрещалось применять суровые методы наказания: «по уху, ни по виденью не бити, ни под сердце кулаком, ни пинком; ни посохом не колоть; никаким железным или деревянным не бить».
Однако далеко не все следовали этим «человечным» рекомендациям Домостроя. В больших семьях в воспитании женщин были задействованы и другие близкие родственники. Возмутительными были случаи, когда к хозяину дома присоединялся его сын, выступая в роли сообщника. Так, в явке одного из посадских указано: «выдал я Куземка свою падчерицу Олександру ... за того Тимофеева...; и тот Тимофей с своим сыном падчерицу мою... держали незаконно, били ее не по делу».
За что били
Итак, чем же должна была провиниться русская женщина перед мужем, чтобы тот решил её жестоко наказать? Немецкий исследователь Адам Олеарий в своём «Описании путешествия в Московию» отмечал, что девушки на Руси зачастую давали повод для недовольства. Причиной конфликтов могли стать «непристойные и бранные слова, с которыми жена обращается к мужу...», чрезмерное пристрастие жены к алкоголю или открытое кокетство с чужими мужьями.
Но всё же в большинстве случаев женщина становилась жертвой рукоприкладства без каких-либо видимых причин. Ревнивый муж мог наказать жену, не имея весомых доказательств её измены. Некоторые мужья просто не находили лучшего способа отделаться от нежелательного брака: побоями они склоняли жён к принятию монашеского пострига. Любители же азартных игр били своих женщин, чтобы те закрыли их долги. Тем не менее одной из самых распространённых причин домашних зверств было пьянство, которое грозило безопасности не только жены, но и её имуществу.
Истоки стереотипа
Среди русского народа давно бытовало мнение о тесной связи «воспитательного долга» главы семьи и силой его чувств. Ведь ещё Домострой говорит нам, что мужчина, который не способен наказать свою жену будет «погублен в сем веце и в будущем, и дом свой погубит».
Мысль о проявлении у русских любви через побои доказывает в своих «Записках о московитских делах» Сигизмунд Герберштейн. В них повествуется о немецком купце, чья русская жена была возмущена тем, что он ни разу её не побил. На этом основании она сочла его чувства неискренними. Возможно, отсюда и пошла пресловутая фраза: «Бьёт — значит любит». Но несмотря на существование этого рассказа, количество жалоб от замученных жён к власти свидетельствует об обратном. Большинство женщин всё же не расценивало жестокое отношение к себе как признак всеобъемлющей любви мужа.