Дислексия - непопулярный диагноз, который можно обозначить как нарушение способности к навыкам письма и чтения. Скорость чтения не всегда связана с образованностью или начитанностью. Люди, теряющиеся в метро и не понимающие текстовые сообщения от родственников в экстренных ситуациях имеют тайну, о которой другие даже не догадываются. В школе не рассказывали, почему я не запоминаю составные слова или не могу читать 160 слов в минуту, как мои одноклассники. Информация об этой проблеме полезна родителям, чьи дети – дислексики, так как именно родители – первые люди, которые помогут ребенку справиться с травлей в школе. Важно обозначить, что дислексия — это нормально, это не приравнивается к лени или глупости.
Простым языком дислексия – это нейробиологическая особенность, при которой человеку трудно распознавать, читать и грамотно писать слова; список симптомов длинный и включает в себя, например, неумение различать право и лево.
Неотъемлемая часть жизни человека – это школьное и университетское образование, но для дислексиков это один из самых сложных периодов. Большая часть информации хранится в текстовом формате, поэтому изучение дисциплин для дисклексиков более сложная, чем для их сверстников. Из моего опыта приведу пример, что по школьной программе 3–4 класса дети за вечер читают 15-20 страниц. В среднем мои одноклассники тратили на это около полутора часа, у меня же чтение могло затянуться на пять часов. Главным помощником в чтении литературы для меня оказались аудиокниги. Это один из самых распространённых и эффективных способов помочь детям с дислексией лучше усваивать информацию.
Дислексию у себя я обнаружила с первого класса, но подтвердила это только в университете. НИУ ВШЭ проводил психологический эксперимент по айтрекингу (определение координат взора на экран). Благодаря нему я узнала, что отслеживание движения глаз – это один из способов диагностики дислексии. Выявление проблемы с чтением может помочь с тем, как дальше работать с этой проблемой. Из-за того, что трудности в чтении и письме встречаются у людей достаточно редко, то и способов диагностики на данный момент не так много. Хочу отметить важность внимания от родителя, который должен заметить особенности ребенка раньше, чем он поймёт, что он отличается от других.
Сейчас тексты о дислексии кажутся неактуальными для большинства, так как некоторые не встречали или даже не слышали о таком явлении. За последние несколько лет я часто начинаю разговор о дислексии с людьми. Кто-то говорит, что никогда не слышал, но испытывает похожие ощущения при чтении или письме, кто-то просит рассказать подробнее или привести пример, на что похожа дислексия в быту. Если говорить и писать об этом чаще, то можно сократить процент травли детей и подростков в учебных заведениях. Фразы от учителей про необучаемость и лень в адрес учеников станут неактуальны.
Вероятность того, что в классе будет учиться ребёнок с дислексией небольшая, поэтому такая информация входит в группу «специальной» и необязательной. Благодаря социальной сети TikTok я узнала, что существуют большие сообщества, которые не только в интересной форме рассказывают о людях со сложностями в чтении и письме, но и организовывают тренинги и дни психологической помощи. Такими ненавязчивыми действиями погружения масс в жизнь «особенных» людей не вредит никому, а наоборот развивает любознательность.
В Москве я первый раз побывала в метро, потому что моем родном городе его нет. Станции Киевская и Курская обе находятся на кольцевой (коричневой) и на Арбатско-Покровской линии (синей). Одни цвета веток и одинаковые начальные буквы ввели меня в ступор, я не понимала куда мне идти. В тот момент мне казалось, что это одно и то же слово, расположенное в разных местах. Когда я обратилась за помощью к работнику метро, объяснив свою проблему, на меня посмотрели косо и ничего не ответили.
Когда меня спрашивают про то, что я вижу и чувствую, когда читаю, то мне в помощь приходит сайт, в котором кратко описаны симптомы дислексии, текст «ведет себя» так же, как в голове у дислексика. Я опубликовала ссылку на этот сайт у себя в инстаграме и удивилась, что так много людей отреагировали одинаково, что видят текст таким же образом, но никогда не знали, как это называется.