Алёна бежала по длинному больничному коридору и повторяла, как молитву одну и ту же фразу:
"Только бы успеть!"
Глаза ее выдавали испуг, скорбь и боль, но при этом оставались абсолютно сухими- некогда было плакать...
Распахнула дверь последней палаты и с изумлением увидела пустые кровати.
-Где же мама?
Солнечный свет озарял каждую кровать, но она не видела своей матери.
Глаза налились слезами и она как слепой котёнок всматривалась в каждый предмет, но не видела, того кого искала... Так было уже не в первый раз!
И вот ее взгляд остановился на маленьком худощавом теле матери.
Она лежала с закрытыми глазами и казалось, что она не дышит.
-Какая бледная!
Мама,мамочка! Я здесь!Я рядом! Я приехала, успела дорогая моя!
Её слова эхом отзывались в пустой палате. Алёна кротко села рядом, взяла худощавую сухую руку матери и стала целовать её.
Кто-то неожиданно сзади взял её за плечо, она обернулась. Это был врач.
- Доктор, скажите что с ней, почему она совсем не реагирует на меня?
- У неё инсульт...
Вокруг воцарилась тишина...
- Доктор, а она будет жить!
Врач протянул рецепт.
- Купите вот это лекарство. Оно дорогое! Там видно будет...
- Хорошо доктор. Я всё, всё куплю! Только спасите мою маму! Они же ей помогут?
Высокий мужчина в белоснежном халате повернулся и пошёл к выходу. Ей показалось, что он своим молчанием дал положительный ответ. Во всяком случае, ей этого очень хотелось.
Алёна почувствовала облегчение в груди, казалось, что она сама только что задышала, схватила сумку и не заметила как оказалась уже в аптеке.
"С мамой будет всё хорошо, я же успела приехать!"- успокаивала она себя.
В этот же вечер ей разрешили остаться с матерью в палате.
В районной больнице она знала всех врачей поимённо, так как год назад работала в реабилитационном Центре с детьми-инвалидами и ей приходилось тесно сотрудничать с медицинским персоналом, не только детского оделения.
В суете и однообразии дней она не заметила, как провела у постели матери пять дней, а та, по-прежнему даже не открывала глаза.
В один из таких дней, в их палату положили женщину, которая посоветовала Алене говорить с матерью, а главное- попросить у неё прощения.
Алёну насторожил такой совет. Потому как прощение просят обычно, если прощаются с больным...
И вот, незаметно для себя, она поймала себя на том, что разговаривает с матерью. Воспоминания детства согревали ей душу, она отчетливо видела здоровую маму и как та снова улыбается ей.
Она вспомнила самые лучшие и счастливые дни, когда они были вместе, и вдруг почувствовала как её кисть сжимает мамина рука. Так продолжалось в течение двух часов.
Алена не могла высвободить свою руку и почувствовала нестерпимую боль.
Мать глядела на дочь и что-то бормотала...
-Мамочка, как я рада! Ты узнала меня?
Голова пожилой женщины, с седыми зачёсанными волосами, то и дело содрогалась. Она смотрела на дочь и пыталась рассказать ей, что с ней случилось без слов и жестов...
В какой-то момент, рука у Алены посинела и она почувствовав ослабляющий спазм кулака матери высвободила с болью свою кисть.
От радости, побежала в ординаторскую, чтобы сообщить об улучшении самочувствия матери.
Задыхаясь от возбуждения, Алена рассказывала врачам о том, что матери стало намного лучше!
- Она даже пытается мне что-то сказать!
В ответ лицо лечащего врача выражало возмутимое спокойствие и безразличие к ситуации. Через несколько минут Алёна успокоилась.
И только теперь смогла понять, что доктор просит у нее разрешение взять пункцию спинного мозга у ее матери - для того, чтобы увидеть полную картину состояния больной. А вернее он хочет доказать ей, что состояние матери не улучшилось!
Алена вернулась в палату...
В обед мать опять порадовала дочь - проглотила две ложки бульона.
-Мама, молодец! У нас все будет хорошо!
Волнение улетучилось, она своими глазами убедилась, что наступила ремиссия! Без капли сомнения, подписала подготовленные врачом документы на сложнейшее обследование.
Трудно было принять это решение, она знала что результат может разлучить ее с матерью на всегда!
И вот настало утро...
Глаза матери снова закрыты, но Алена по привычке протирает ей лицо, причесывает волосы туго заплетая их в косы.
-Какая ты у меня красивая, мамочка!
В коридоре слышатся быстро приближающиеся к палате шаги. У Алены трясутся руки и даже колени, с испугом в глазах, она выглядывает за дверь.
Это приближается целая делегация врачей. Один из которых, лёгким движением разворачивает Алёну обратно, давая ей понять, что бы она оставалась в коридоре. Дверь в палату плотно закрывается и Алёна со своим волнением распиравшей её грудь остается в коридоре одна.
Сжав кулаки она бестолково бродит по коридору, как загнанный зверёк. Затем осторожно заглядывает в замочную скважину палатной двери и видит огромный шприц в руке одного из врачей.
От страха, Алена отскочила от двери и присела на корточки.
Затем всё происходило как в старом кино...
Вдруг пропал звук, затем все как в тумане. Алёна никого не узнавала вокруг себя. Врач показывал ей тот самый огромный шприц наполненный розовой жидкостью...
В себя она пришла в ординаторской от резкого запаха нашатыря. Голова раскалывалась от боли, в висках стучала барабанная дробь, в такт бьющегося в груди сердца.
-Пока мы будем колоть лекарство, ее сердце будет биться! Как только перестанем - оно становится!
-Конечно будем! Я всё куплю, только не дайте ей умереть!
С этого момента дни стали тянуться с утра до вечера, монотонно погружая Алёну в бездну безнадёжности...
Мать ее больше не смотрела на неё, не сжимала ей руку и казалось иногда, вообще не дышала. Её внешний вид был умиротворяющим, спокойным, безжизненным.
И вот настала ночь, которую Алёна не смогла выдержать сама!
Ее мать ночью стала громко стонать - она так выдыхала воздух из глубины своего измученного организма.
Алёна не смогла сомкнуть глаз ни на минуту. Каждый стон матери она проживала до глубины души.
Больную по палате женщину перевели и Алена осталась на едине со своим горем.
В пустой палате, в ночной тишине стоны матери впивались в истерзанную душу, они становились не выносимо громкими...
Алёна уткнулась в подушку и наконец-то заплакала.
- Господи! Если я причиняю своей заботой и любовью маме такие страдания, то прости меня! Если это так, то облегчи её участь. Избавь ее от боли!
Плач перешёл в истерическое рыданье.
Алёна встала, взяла полотенце и вышла в уборную вся в слезах.
Умывшись холодной водой она успокоилась и отчётливо услышала мяуканье за приоткрытом окном. Внизу, на против окна сидел маленький пушистый котенок. Он смотрел на нее с низу в верх, а глаза его светились во тьме.
-Ты тоже плачешь? Прости, но я к тебе не спущусь и не смогу взять тебя...
Вернувшись в палату она посмотрела на часы -три, сорок пять.
-Надо хоть чуточку поспать!
Она легла на кровать и закрыв глаза услышала шум колёсиков от каталки.
Кого-то везут по коридору?
Звук колёс приближался. Она резко натянула подушку на голову заглушая лязг колесиков. По звуку каталка проехала мимо нее к маминой кровати и... Тишина!
Алёна скинула подушку с головы, прислушалась...
Тишина... Маму даже не слышно!
И вдруг, прозвучали два глубоких вдоха и один выдох ее матери.
Алена бросилась к кровати, но тут же остановилась как вкопанная.
"Мама, мамочка моя!"- крикнула она, как можно громче, что бы та услышала и вернулась к ней.
В палате включился свет и Алёну кто-то обнял.
Голос прервал тишину: "Отмучилась твоя родная мамочка!"