ВНЕКЛАССНОЕ ЧТЕНИЕ
И.АНТОНОВА
Приходи ко мне сегодня
На дворе стояла осень. Но дни всё ещё были по-летнему тёплые и солнечные. Правда, Андрей Самохин этого не замечал. У него неожиданно возникла проблема. По дороге в школу он жаловался Серёже:
– Иванова меня просто достала! Постоянно придирается да учителям ябедничает. И что мне с ней делать? Может, поколотить?
– Что ты! – испугался Сергей. – Ещё хуже будет. Лучше задобри. Пригласи её, к примеру, в гости. Чаем с тортом угости. Подари цветы, наконец! Девчонки это любят. Она растает и к тебе подобреет.
Андрей даже остановился. Идея показалась чудовищной. А Сергей подумал: "Вечно у Андрюхи проблемы с девчонками, а мне приходится их решать".
"Иванова, приходи ко мне сегодня в три часа. Не то пожалеешь. Самохин". Эту записку Андрей показал Сергею.
– Вот, решил сделать, как ты посоветовал.
Сергей прочитал и рассмеялся:
– Кто же после таких слов к тебе придёт? Я бы не пришёл.
– Почему? – искренне удивился Андрей.
– У тебя получилась угроза. А нужно ласково. Пообещать: мол, приходи, НЕ пожалеешь.
Серёжа взял да и зарисовал ненужные буквы. Теперь на их месте красовалось яркое сердечко.
– Зачем сердце? Я ж её не люблю, – возмутился Андрей.
– И не надо, –успокоил Сергей. – Это тактический ход. Иначе не придёт.
– Да? – засомневался Андрей, но всё же отослал записку Ивановой.
После уроков Андрей попросил Серёжу тоже прийти. Потому что оказаться один на один с Ивановой ему было страшновато. Но Сергей наотрез отказался. Даже угрозы типа «ты мне больше не друг» не помогли. Пришлось бедному Самохину самому со своей проблемой справляться.
Торт он купил. На городской клумбе нарвал игольчатых астр. И теперь, стоя перед зеркалом, приводил себя в порядок. Непослушные вихры не поддавались. Андрей махнул на них рукой, решил, и так сойдёт. Пора было сервировать стол.
Когда чашки были расставлены, салфетки кокетливо выглядывали из-под блюдечек, а букет красовался в центре стола, Андрей принёс из кухни торт.
Тут он вспомнил, что в холодильнике есть ещё коробка шоколадных конфет. "Вот здорово! Надо и её поставить, чем больше Иванова съест сладкого, тем больше ко мне подобреет", – решил Андрей. Он принёс конфеты и стал подыскивать им место на столе. Коробка была большая и никак не хотела помещаться. Одной рукой перестанавливать было неудобно, и Андрей временно поставил торт на стул. Теперь конфеты удачно вписались в сервировку стола. Цветы задорно щетинились иголочками лепестков и, казалось, вдыхали упоительный аромат шоколада.
Андрей залюбовался делом рук своих. Отошёл немного в сторону. Зашёл с одной стороны, потом с другой. И, словно репетируя, как это будет с Ивановой, опустился на стул. То, что он ощутил, не поддаётся описанию! Самохина как током ударило – случилось непоправимое! И в этот самый момент в прихожей раздался звонок.
Андрей вскочил. Постоял, что-то лихорадочно соображая, и с опаской оглянулся на стул. Никаких сомнений! Розочки с торта переместились на брюки. А то, что стояло на стуле, и тортом-то назвать язык не поворачивался.
Между тем звонок не унимался. Он делал короткие передышки и вновь заливался требовательным звоном. Андрей на цыпочках прокрался к входной двери и прильнул к "глазку". На площадке стояла Иванова. Да не одна, а со своей подружкой Сидоровой. Самохин увидел, как, потеряв терпение, Иванова убрала палец с кнопки, и услышал, как громко, с возмущением она стала что-то говорить Сидоровой.
А потом схватила подругу за руку и повлекла за собой, прочь от ненавистной квартиры.
Постепенно до Андрея дошёл смысл услышанного. По словам Ивановой выходило, что именно он, Самохин, постоянно издевается над ней, не даёт прохода. И вот это – его очередная выходка. Но он ещё об этом пожалеет!
Самохин заметался по квартире. Тут взгляд его упал на злополучный торт.
– А я тоже хорош! Торт этой вредине приготовил!
Недолго думая, Андрей схватил то, что раньше было тортом. Выскочил на балкон и швырнул с пятого этажа вниз.
Раздался пронзительный визг. Самохин перегнулся через перила и, к своему ужасу, увидел Иванову и Сидорову. Они только что вышли из подъезда. Иванова подняла к нему измазанное кремом лицо и мстительно прокричала:
– Ну, всё, Самохин! Завтра в школу не приходи!