Нелегко начались премьерские будни Лиз Трасс. Не успела она вступить в эту должность, как у нее возникли проблемы с народом. Пока Лиз произносила первую речь в новой ипостаси, активисты запустили на полную мощь песню "Mad World" («Безумный мир»). Символично. И то, что название такое, и то, что громко.
- Я знаю, что наши убеждения находят отклик среди британского народа, - заявила Трасс во время выступления в Центре королевы Елизаветы II после своего избрания лидером Консервативной партии и премьер-министром.
Отклик?! 52% британцев уверены, что свою работу она будет выполнять ужасно. Ей нужна война, людям – низкие счета за электроэнергию в домах и низкие цены в магазинах. Глухому политику надо врубать музыку как можно громче, напомнить ему о безумии мира, который он слепо пропагандирует. Да и выбирали ее не британцы, а всего лишь коллеги по консервативной партии. И не Трасс война нужна, а ее однопартийцам. Она говорила то, что хотели слышать однопартийцы, а не то, что хотели слышать простые соотечественники. Однопартийцы люди состоятельные, им фиолетово, какие там счета за электроэнергию.
Песня короткая – меньше 4 минут. 4 минуты разумного смысла. Речь нового премьера была гораздо длиннее. Пришлось глушить эту речь ужасающим протяжным гулом. Отличное испытание нервов политика, заступившего на такой пост, к тому же слабого и нехаризматичного, как многие ее европейские коллеги. По нехаризматичности с Трасс может конкурировать разве что Шольц.
То, что протестанты сразу после оглашения результатов выборов вышли на улицу с лозунгом «Долой Трасс!», – это обычная обстановка для многих политиков. А для сегодняшних европейских политиков с их всенародной «любовью» в каждой стране, так это вообще обыденность, можно сказать, как чашечка кофе в серые будни, бодрит то есть. Как сказал де Голль, «Если я сегодня утром открыл газету и не увидел критику в свой адрес, то я считаю, что начинаю терять популярность». Но то де Голль, к тому же француз. Политиков такого масштаба в Европе, да и на всем Западе, уже нет. Сегодняшние западные политики должны воспринимать критику в свой адрес совсем иначе.
А взбодрил ли Трасс демарш с музыкой? Понравилась ли ей песня? Было бы на самом деле крайне интересно узнать, что творилось в ее душе в тот момент. Очень трудно балансировать между необходимостью демонстрировать силу духа, которой нет, и тщательно скрываемыми злостью и страхом, а последние наверняка были. И не могли не быть, когда у тебя низкий рейтинг в народе и тебя на новой должности сразу же встречают не просто холодным, а ледяным душем. Вся суть новой работы Трасс будет заключаться не в восстановлении экономики страны. Для таких, как она политиков, это не важно. Экономика как-нибудь просуществует и дальше. Главное – детская радость, которую Лиз не могла сдержать, узнав о своей победе: ("Йес! я смогла! я смогла! ведь могу же!»).
Надо отдать Лиз должное: она как ни в чем не бывало продолжила свою премьерскую речь без паузы. Хорошую мину при плохой игре надо держать. Или сыграла роль ее политическая глухота. Но может быть, ей эта песня действительно понравилась. Сумасшедший мир – ее стихия. Хотя кто мог услышать ее пустую речь сквозь этот кошмарный гул? А кто вообще должен ее слышать? А? Не слышу.