Начну, пожалуй, с объяснения, почему зачастую я, будучи психологом, публикую статьи, казалось бы, к психологии отношения не имеющие. Дело в том, что я являюсь автором метода, позволяющего легко и просто приходить к нетривиальным выводам в тех случаях, когда привычный способ мышления не позволяет обнаружить суть, и хочу поделиться с вами конкретными результатами его применения. Тот же метод, например, был использован при написании ранее опубликованных статей «Каков скрытый смысл комедии Аристофана «Птицы»?» и «Неужели в 1942 г. Маршаку захотелось написать просто сказку? Скрытый смысл пьесы «Двенадцать месяцев»». Со временем я непременно познакомлю вас с нехитрым алгоритмом, что именно и как следует представлять, когда вы читаете литературные произведения, научные работы, уголовные дела, слушаете политические новости, смотрите картины или фильмы. А пока ограничусь лишь внешним описанием рассуждений, не углубляясь в механизм возникновения той или иной идеи.
Всё началось с разговора с отцом школьника, которому я, от нечего делать, помогала ответить на вопросы теста по литературе. «Какой подарок короля из подземного царства потерял Алёша? – прочла я очередной вопрос. – Честно говоря, не помню, «Чёрную курицу» ещё в детстве читала».
«Он подарил Алёше конопляное зёрнышко, с помощью которого тот мог отвечать уроки, не готовясь, – подсказал отец. – Вы знаете, я с детства терпеть не могу это произведение: в нём такая ужасная слащавость! Ну вот послушайте, что написано: «Алёша был мальчик умненькой, миленькой, учился хорошо, и все его любили и ласкали». И в конце, после того как он предал подземных жителей, тоже: «Ни учитель, ни товарищи не напоминали ему ни слова ни о черной курице, ни о наказании, которому он подвергся. Алеша же сам стыдился об этом говорить и старался быть послушным, добрым, скромным и прилежным. Все его снова полюбили и стали ласкать…» Тфу! И такое преподаётся в школе как образец хорошей литературы. Отвратительно!»
«А другие произведения А. Погорельского тоже имеют слащавый стиль? Может быть, здесь это используется специально для какой-то цели?» – спросила я неуверенно. Действительно, если произведение написано плохо, то почему же оно «дожило» до нашего времени, выдержав конкуренцию с огромным числом других произведений детской литературы?
«Странное произведение, – продолжал мужчина. – В нём много нереального. Например, говорится, что в том же пансионе, где жили мальчики, были также комнаты столетних старушек-голландок, которые знали ещё Петра I и говорили с ним. Это же явное преувеличение! Они там с этой чёрной курицей шли в подземное царство через покои этих старушек, и те неподвижно лежали там, как неживые, и спали» «А в каком году написано произведение?» – спросила я. «Впервые напечатано в 1829».
«Да, странно, – подумала я. – Старушки-голландки, которые спят и не двигаются, Пётр I, конопляное зёрнышко… Голландия ассоциируется с кораблями, ведь с её помощью Пётр создал русский флот. Может быть, старушки-голландки – это какие-то памятники, связанные с кораблями петровских времён?»
Первое, что мне пришло в голову, это южная и северная ростральные колонны на стрелке Васильевского острова – символ Петербурга. Об их существовании я знала с детства, т.к. они были изображены на советских жестяных коробочках для круп, которые я видела на кухне у бабушки.
Ростральными называются колонны, в которые вмонтированы ростры – носы поверженных кораблей. Правда, на роль старушек-голландок эти колонны не подходили по той причине, что возведены они были только в 1810 г., и не голландским, как можно было подумать, а французским архитектором Тома де Томоном. Конечно, мы вправе предположить, что столетние старушки – это шведские корабли, увековеченные на колоннах (в случае, если они были изготовлены по голландским образцам), но, согласимся, такая версия оставляет место сомнениям. Поэтому образ столетних голландских старушек, знавших Петра I, на тот момент остался для меня непонятен.
Что касается конопли, я вспомнила, что её стали активно сеять как раз по указанию Петра I, потому что из неё делали пеньку, которая шла на верёвки, мешки и канаты. Основным же потребителем русской пеньки была Англия, с которой мы активно торговали вплоть до того момента, пока Наполеон в 1807 г. не заставил Александра I присоединиться к договору о континентальной блокаде Англии». Я заглянула в интернет и прочитала, что торговля коноплёй являлась для нашей казны очень серьёзной статьёй дохода: на оснастку одного корабля уходило от 50 до 100 тонн пеньки, причём через 2-3 года её требовалось менять.
Пётр I, старушки-голландки, конопляное зёрнышко… Нет ли во всём этом символического подтекста? У меня было минут десять свободного времени, и я решила просмотреть краткое изложение «Чёрной курицы», распечатанное отцом школьника. Из него я узнала, что действие сказки происходило «лет сорок тому назад». Повесть была впервые издана в 1829. Отняв сорок лет, я получила, что события были примерно в 1789 году. «Год Великой Французской буржуазной революции», – отметила я. Само же действие разворачивалось «в С.-Петербурге на Васильевском Острову, в Первой линии». В самом центре значит. Именно там находится помещённый туда автором мужской пансион, в котором учился мальчик по имени Алёша, «которому тогда было не более 9 или 10 лет. Родители его, жившие далеко-далеко от Петербурга, года за два перед тем привезли его в столицу, отдали в пансион и возвратились домой, заплатив учителю условленную плату за несколько лет вперёд». Иначе говоря, Алёша – сирота при живых родителях.
«Странно: родители ведут себя как люди бедные, у которых нет средств навестить сына, но в то же время они помещают его в пансион, который находится в Первой линии Васильевского острова (всё равно как возле Московского Кремля!) и могут заплатить сразу за несколько лет вперёд. Противоречие, однако», – подумала я.
Далее шло описание того, как Алёша привязался к чёрной курочке и спас свою любимицу от кухарки, которая собиралась её сварить. Он отдал за неё кухарке империал – золотую монету, подарок бабушки. В этом месте я призадумалась. Мальчик, живущий в самом центре Петербурга (практически напротив Зимнего дворца через Неву) без родителей (которые, как следует из вышеизложенного, люди далеко не бедные), имеющий любящую его бабушку, подарившую ему золотую монету с таким названием…
Не знаю, как вы, а я подумала об Александре I (1777–1825). Его венценосная бабушка Екатерина II отняла его с младшим братом Константином у родителей (Павла Iи Марии Фёдоровны) и передала на воспитание выбранным ею учителям. Что касается характеристики Алёши, которая приведена выше, я не знаю ни одного другого царя, которому бы она столь идеально подошла! Александр Iне только в детском возрасте, но и будучи взрослым производил впечатление очень приятного человека: скромного, доброго, лишённого сословной спеси. Он был всеобщим любимцем и называли императора, оказавшегося на престоле в 24 года, не иначе как «ангел». Впрочем, стремление молодого царя всем угодить вызывало у многих и досаду. В частности, у той части общества, которая была недовольна половинчатостью проводимых им реформ. Отсюда, скорее всего, и нарочито слащавое описание, за которым, по-видимому, скрывается ирония. (Я просмотрела другие произведения Антония Погорельского, но слащавости в них не обнаружила).
Подумав это, я вспомнила о конопляном семечке, утерянном Алёшей (потеряв семечко, мальчик лишился своих сверхспособностей). «А ведь это Александр I был вынужден прекратить выгодную для России торговлю коноплёй с Англией!» Здесь добавим, что очень скоро Александр I, не смея нанести столь сокрушительный ущерб русским помещикам, нашёл обходные пути торговли с Англией через нейтральные страны, и именно несоблюдение заключённого им договора сподвигло Наполеона на вторжение в 1812 году.
Я продолжила читать краткое изложение и дошла до того фрагмента, как Алёша вошёл в залу, где были рыцари. Они напали на Чернушку. Алёше сделалось страшно, и он упал в обморок. Вспомните описания Александра I из романа Л.Н. Толстого «Война и мир». Государь там неоднократно представлен как человек с нежной ранимой душой, который способен плакать при виде раненых и убитых. Что касается обмороков, сразу вспоминается следующий известный эпизод. Александр I был посвящён в заговор против своего, отца Павла I, и согласился занять престол после того, как того свергнут. Будущий царь взял с заговорщиков обещание, что они просто заставят Павла отречься от престола, но убивать не станут. Когда же он увидел бездыханное тело своего отца, то упал в обморок. Кстати, о рыцарях… Убитый был гроссмейстером Мальтийского ордена, т.е. официально носил титул рыцаря.
Стоп! Откуда автор повести знает подробности убийства Павла I, если официально о том, что император скончался вовсе не от апоплексического удара, стали печатать только после революции 1905 года? Разумеется, об убийстве императора было известно столичной знати, поскольку количество заговорщиков насчитывало 60 человек, и сведения об этих событиях распространялись в виде «дворянского фольклора». Из каких же кругов сам автор? Яндекс нам в помощь, и тут выясняется, что Антоний Погорельский – это псевдоним Алексея Перовского, внебрачного сына графа А.К. Разумовского, являвшегося министром просвещения при Александре I c 1810 по 1816 г. Так что осведомлённость писателя легко объяснима.
Кстати, Антоний Погорельский – дядя писателя А.К. Толстого (автора романа «Князь Серебряный»). Погорельский приятельствовал с Пушкиным, творчество которого активно поддерживал, Карамзиным, Вяземским, Жуковским и, между прочим, имел в этом кругу репутацию шутника и мистификатора. Но пойдём дальше…
Когда Алёша оказался в подземном королевстве, выяснилось, что его Чернушка – министр короля тайной страны, и за её спасение полагается награда. С Алёши взяли обещание, что он ничего не скажет людям о подземном царстве, но тот нарушил своё слово. Министр-курица явился к нему в цепях и сообщил, что подземным жителям теперь придётся переселиться далеко-далеко.
«Главный герой получил сверхспособности от министра, а потом предал его, и министр оказался в цепях. Но вместе с исчезновением министра пропали навсегда и чудесные способности. Если в образе Алёши выведен Александр I, то кто тогда этот чудо-министр?» – задумалась я. «Сперанский! Сперанский!» – наверняка воскликнул здесь мой просвещённый читатель. Ну конечно же, какой ещё государственный деятель в первую очередь приходит к нам на ум, когда мы говорим об эпохе Александра I?
Михаил Михайлович Сперанский (1772–1839) начал свою карьеру ещё при Павле I, а с его сыном Александром I познакомился в 1799 году. Талантливый чиновник без устали работал по 18-19 часов в день. При поддержке императора он занялся разработкой реформ, в результате которых, в частности, должны были осуществиться система разделения властей и освобождение крепостных.
Наиболее высокого положения Сперанский достиг в 1810 году: с учреждением Госсовета он стал государственным секретарём, то есть вторым лицом после самого императора. Обратим внимание, что отец автора произведения, А.К. Разумовский, в 1810 г. становится министром просвещения, и это однозначно свидетельствует о том, что эти люди тесно общались лично!
В 1812 году недовольные деятельностью Сперанского придворные убедили Александра, что реформы дестабилизируют страну накануне надвигающейся войны. Поползли слухи, что Сперанский – французский шпион. Желая найти предлог для сворачивания реформ, государь сделал вид, что поверил, и, по сути, предал человека, который попытался осуществить на практике его же собственные идеи.
Сперанского арестовали и отправили в ссылку. В Нижнем Новгороде его чуть было не растерзали на ярмарке, а в Перми чиновника забрасывали грязью, крича, что он изменник. Впрочем, вскоре Александр I назначил ему денежные выплаты, а с 1816 г. начал давать довольно высокие должности в провинции (пензенского губернатора, затем генерал-губернатора Сибири). Население осталось от деятельности Сперанского в восторге, но продолжить реформы царь так и не решился.
Декабристы планировали в случае победы сделать Сперанского главой правительства, но, как мы знаем, их выступление в 1825 году не увенчалось успехом.
Впоследствии таланты Сперанского нашли применение при следующем царе, Николае I (1825–1855), который поручил ему провести ревизию всех законов, удалить из них устаревшие и содержащие противоречия. В результате, Сперанский собрал и издал 47 томов законов с 1649 года и сделал из них извлечение, составившее 15 томов актуального законодательства.
Итак, преданный «Алёшей» министр – это, безусловно, Сперанский. Но почему министр – курица, а не петух?! И почему именно чёрная? Ответ на этот вопрос мы получим, если посмотрим, как выглядел Сперанский. У петуха на голове должен быть гребешок. Но на всех портретах реформатор изображён как человек, имеющий заметную лысину и одетый в чёрный (!) сюртук!
Так! А причём здесь подземные жители, о которых нужно хранить молчание? Уж не имел ли в виду автор декабристов, планировавших поставить Сперанского во главе своего правительства? (Есть, конечно, некоторая вероятность, что имелась в виду какая-то иная тайная организация, например, известно, что Сперанский был масоном).
Тут мне стало совсем интересно, и, по завершении своих повседневных трудов, я поспешила ознакомиться с полным текстом произведения, где обнаружила новые детали. В первом же абзаце описывается тот самый район Петербурга, где произошло декабристское восстание. Упоминается «монумент Петра Великого» (т.е. «медный всадник» на Сенатской площади).
Что касается старушек-голландок, знавших Петра I, у меня появилась версия, что речь идёт о «Новой Голландии» – острове искусственного происхождения (разделённом на две части), который был создан с помощью каналов ещё при Петре I. Если стоять лицом к Неве, «Новая Голландия» находится левее Сенатской площади. Так вот в этой «Новой Голландии» была построена военная тюрьма на 500 человек, названная из-за своей округлой формы «Бутылка». Поводом для этого проекта послужило случившееся в 1825 г. восстание декабристов (!). Проект тюрьмы был утверждён в 1828 году, а реализован в 1829 (в год издания сказки).
Спрашивается, что же называли Старой Голландией? Оказывается, так называлось место около Адмиралтейства, где находились склады корабельных досок. Впоследствии местом для сушки корабельного леса стала Новая Голландия.
Если считать, что голландские старушки – это Старая и Новая Голландия, то бросается в глаза, что Сенатская площадь находится между ними! И обратим внимание, что Первая линия Васильевского острова, откуда Алёша и Чернушка начинают свой путь к тайному королевству, находится прямо перед Сенатской площадью, т.е. направлена на неё!
Живущий в пансионе Алёша описан как мальчик, проводящий все дни за высоким забором и абсолютно не знающий большого мира. Что интересно, забор этот состоял из барочных досок (т.е. из досок для кораблей). «Ворота и калитка, кои вели в переулок, всегда были заперты, и потому Алеше никогда не удавалось побывать в этом переулке, который сильно возбуждал его любопытство… он становился на цыпочки и пристально смотрел в круглые дырочки, которыми усеян был забор. Алеша не знал, что дырочки эти происходили от деревянных гвоздей, коими прежде сколочены были барки, и ему казалось, что какая-нибудь добрая волшебница нарочно для него провертела эти дырочки». Иначе говоря, автор показывает, что заморская жизнь вызывала у Александра-Алёши большой интерес. Кроме того, опять же мы видим намёк на какое-то место, где хранились корабельные доски (то ли на Старую Голландию возле Адмиралтейства, то ли на Новую Голландию левее Сенатской площади, если стоять лицом к Неве).
Далее следует эпизод с кухаркой. «Алеше никогда не нравилась эта кухарка – сердитая и бранчивая чухонка; но с тех пор, как он заметил, что она-то была причиною, что от времени до времени уменьшалось число его курочек, он еще менее стал ее любить». Вот как! Оказывается, сердитая кухарка являлась чухонкой, т.е. финкой! И это обстоятельство далее неоднократно подчёркивается на тот случай, если читатель умудрился этого не заметить. «Руммаль пойс! [Глупый мальчик! (финск.)] – кричала она. – Вотта я паду кассаину и пошалюсь. Шорна курис нада режить... Он леннива... он яишка не делать, он сыплатка не сижить».
На кого тут намёк? Широко известны слухи, ходившие о Павле I. Дескать, у родителей его, Петра III и Екатерины II, десять лет не было детей, а родившийся, наконец, младенец вскоре умер, и тётка Петра III, Елизавета Петровна, поняв, что следующего наследника можно и не дождаться, велела подменить умершего наследника на чухонского мальчика. В том, что легенда прижилась, нет ничего удивительного: судя по портретам, у Павла типично финский нос – немного приподнятый и имеющий более вогнутую спинку, чем у среднестатистического европейца. Несложно заметить, что свирепая ругань сварливой кухарки – откровенная пародия на поведение Павла.
Что же происходит дальше? «Алеша вынул из кармана империал, составлявший всё его имение, который берег он пуще глаза своего, потому что это был подарок доброй его бабушки... Кухарка взглянула на золотую монету, окинула взором окошки дома, чтоб удостовериться, что никто их не видит, – и протянула руку за империалом...» Здесь чуть ли не открытым текстом говорится о следующем. Екатерина II не любила Павла. Вместо него она готовила к управлению государством своего внука Александра. Тем не менее, когда Екатерина умерла, Павел занял престол, оттеснив сына. По правилам наследования это было вполне законно, но, поскольку, придя к власти, Павел то и дело жёстко распекал своего взрослого сына и его приближённых, для Александра, в котором все привыкли видеть наследника трона Екатерины, эта ситуация была унизительной.
Внешность Алёши описывается так: «Алешу позвали вверх, надели на него рубашку с круглым воротником и батистовыми манжетами с мелкими складками, белые шароварцы и широкий шелковый голубой кушак. Длинные русые волосы, висевшие у него почти до пояса, хорошенько расчесали…»
Если посмотреть на портрет десятилетнего Александра I, написанный в 1787 г. Д.Г. Левицким, мы увидим длинные русые волосы и рубашку с круглым воротником. Голубого кушака тут нет, но практически на всех детских и юношеских портретах Александра присутствует широкая голубая лента и зачастую также белые панталоны (см. иллюстрацию выше, где Александр держит треуголку!).
Интересная деталь оказалась в эпизоде, где Алёша с Чернушкой идут в подземное царство. «Потом, прошедши чрез сени, обратились они к комнатам, где жили столетние старушки-голландки. Алеша никогда у них не бывал, но слыхал, что комнаты у них убраны по-старинному, что у одной из них большой серый попугай, а у другой серая кошка… Они вошли во вторую комнату – и тут-то Алеша обрадовался! В прекрасной золотой клетке сидел большой серый попугай с красным хвостом». Чернушка предупредила Алешу, что идти нужно осторожно и ничего не трогать, чтобы не разбудить старушек, спящих в разных углах, что выглядит логично: на территориях Старой и Новой Голландии находятся правительственные учреждения, охраняемые войсками.
«В другом углу стояла такая же точно кровать, где спала другая старушка, а подле нее сидела серая кошка и умывалась передними лапами. Проходя мимо нее, Алеша не мог утерпеть, чтоб не попросить у ней лапки... Вдруг она громко замяукала, попугай нахохлился и начал громко кричать: "Дурррак! Дурррак!" В то самое время видно было сквозь кисейные занавески, что старушки приподнялись в постеле».
Честно сказать, образы серой кошки и серого попугая поставили меня в тупик, как минимум, на полчаса. «Может быть, памятники какие-нибудь? – недоумевала я. – Вообще при слове «кот» первый, кто приходит на ум, это Пётр I, недаром старообрядцы на своих карикатурах изображали царя в виде кота, благо он на него был безумно похож. Один только лубок «Как мыши кота хоронили» чего стоит! А где находится памятник Петру I? На той же Сенатской площади!
Допустим, Петра нашли. Но кто тогда попугай? Уж не правая ли рука Петра, светлейший князь Александр Данилович Меншиков? Привожу здесь его портрет в сером камзоле, так что о сходстве оного с попугаем судите сами.
Обратите внимание, что попугай сидит в золотой клетке. А что находится в той же Первой линии Васильевского острова, да ещё прямо напротив статуи кота (простите, Петра)? Дворец Меншикова, который своими белыми линиями поверх жёлтой краски создаёт явное сходство с золотой клеткой!
В описании второй попытки Алёши пройти вместе с Чернушкой имеется следующее интересное место. «Когда они проходили чрез первую комнату, то ему показалось, что люди и звери, нарисованные на лежанке, делают разные смешные гримасы и манят его к себе, но он нарочно от них отвернулся… На уборном столе перед зеркалом Алеша увидел две фарфоровые китайские куклы, которых вчера он не заметил. Они кивали ему головою, но он помнил приказание Чернушки и прошел не останавливаясь, однако не мог утерпеть, чтоб мимоходом им не поклониться. Куколки тотчас соскочили со стола и побежали за ним, всё кивая головою. Чуть-чуть он не остановился – так они показались ему забавными; но Чернушка оглянулась на него с сердитым видом, и он опомнился. Куколки проводили их до дверей и, видя, что Алеша на них не смотрит, возвратились на свои места».
Не знаю, намекают ли эти фарфоровые куклы на какие-то места в Петербурге или на каких-то конкретных личностей при дворе Александра. Возможно, и нет. Но вот то, что в этот фрагмент представляет собой пародию на придворных льстецов и государя, слишком озабоченного тем, чтобы всем угодить и понравиться (каким и был Александр I), несомненно.
Важно отметить, что как только Алёша выполнил требование Чернушки ни к чему не прикасаться и ни с кем не разговаривать в покоях старушек-голландок, рыцари, атаковавшие ранее Чернушку, перестали нападать на неё. «Казалось, однако, что они не так сердиты были, как накануне; они едва тащили ноги, как осенние мухи, и видно было, что они чрез силу держали свои копья... Чернушка сделалась большая и нахохлилась; но только что ударила их крыльями, как они рассыпались на части, – и Алеша увидел, что то были пустые латы!» Иначе говоря, поведением рыцарей управляет именно Алёша, что вполне логично: если государь последовательно проводит свои реформы, не пытаясь угодить своему окружению, то его сановник, осуществляющий преобразования, будет в безопасности.
Далее следует описание жителей тайного королевства. «Вид их был важен: иные по одеянию казались военными, другие – гражданскими чиновниками. На всех были круглые с перьями шляпы, наподобие испанских. Они не замечали Алеши, прохаживались чинно по комнатам и громко между собою говорили, но он не мог понять, что они говорили…» Декабристы в подавляющем большинстве были военными. Что касается круглых шляп, эта деталь здесь не случайна. Ещё Павел I издал указ о запрете круглых шляп, поскольку круглые шляпы носили в революционной Франции.
Король сообщил Алёше, что тот спас его министра. «Вот тот, который обязан тебе жизнию. Алеша взглянул на того, на которого указывал король, и тут только заметил, что между придворными стоял маленький человек, одетый весь в черное. На голове у него была особенного рода шапка малинового цвета, наверху с зубчиками, надетая немного набок; а на шее был платок, очень накрахмаленный, отчего казался он немного синеватым». Так вот на всех портретах Сперанский изображён с белым шейным платком!
Алёшу спрашивают, какую бы награду он хотел получить за спасение министра. «Я бы желал, – сказал он, – чтобы, не учившись, я всегда знал урок свой, какой бы мне ни задали», - ответил Алёша, вызвав тем самым удивление и разочарование подземного короля.
Думаете, на каком уроке Алёша-Александр испытал подаренное ему конопляное зёрнышко? Конечно, на истории, которую преподавал сам содержатель пансиона. «Исторический урок особенно его беспокоил: ему задано было выучить наизусть несколько страниц из Шрековой "Всемирной истории", и он не знал еще ни одного слова!» Оказывается, речь здесь идёт о популярном пособии Иоганна Матиаса Шрекка (сейчас фамилию этого автора принято писать с двумя буквами «к»). В интернете мне удалось найти лишь следующую цитату из него, что примечательно, касающуюся Петра I, который, по мнению Шрекка, «был неоспоримо одним из знаменитейших государей, когда либо обладавших престолом, и по справедливости должен быть почитаем за величайшего, если принять в рассуждение, что он не только другим, и не окружавшим его, сколько единственно почти сам себе и при бесчисленных трудностях обязан своему образованию и сам себя соделал преобразователя своего народа» (Шрек И.М. Учебная книга всеобщей истории. Ч. 5).
Со временем Алёша-Александр приобрёл в Петербурге славу умнейшего мальчика и возомнил о себе, забыв о том, что все его способности пришли через чёрную курицу-министра. Вспомнил он о ней лишь тогда, когда потерял зёрнышко. «Милая Чернушка! – говорил он. – Любезный министр! Пожалуйста, явись мне и дай другое зернышко! Я, право, вперед буду осторожнее...» Министр вернул ему зёрнышко. «Помни, однако, что ты дал честное слово сохранять в тайне всё, что тебе о нас известно... Алеша! К теперешним худым свойствам твоим не прибавь еще худшего – неблагодарности!»
На следующий день Алёша бойко ответил урок, и учитель спросил, когда он выучил его, если ещё накануне вечером ничего не знал. Его товарищи видели, что книгу в руки он не брал, и потому учитель решил, что Алёша, который в последнее время вёл себя надменно, на самом деле всё выучил, но не отвечал из упрямства. Учитель велел принести розги. При этом подчёркивается, что «в первый еще раз с тех пор, как существовал пансион, наказывали розгами, и кого же – Алешу, который так много о себе думал, который считал себя лучше и умнее всех!» Иначе говоря, на Алёшу-Александра обрушилось наказание, которого прежде не знало государство-«пансион».
Испугавшись предстоящей порки, Алёша «забыл обещание, данное подземельному королю и его министру, и начал рассказывать о черной курице, о рыцарях, о маленьких людях...» Тем не менее, это ему не помогло, «и бедного Алёшу высекли».
«Вдруг кто-то дернул за одеяло... Алеша невольно проглянул, и перед ним стояла Чернушка — не в виде курицы, а в черном платье, в малиновой шапочке с зубчиками и в белом накрахмаленном шейном платке…» (опять это подчёркивается!). Министр, руки которого были скованы цепью, пришёл попрощаться. «За час перед рассветом послышалось ему, что под полом что-то шумит. Он встал с постели, приложил к полу ухо и долго слышал стук маленьких колес и шум, как будто множество маленьких людей проходило. Между шумом этим слышен был также плач женщин и детей…» (Видение о будущей ссылке декабристов в Сибирь?).
Что за «порка», невиданная доселе в «пансионе», настигла Александра I? Несомненно, речь идёт о вторжении Наполеона, которое последовало после ссылки Сперанского. Как известно, сам император считал нашествие Наполеона наказанием, которое было адресовано лично ему, но вовсе не за отказ от реформ Сперанского, а за участие в заговоре против своего отца.
Между тем, та отчаянная ситуация, которая возникла в 1812 г., как раз была, в частности, следствием того, что царь так и не решился отменить крепостное право. Дело в том, что Наполеон в 1812 г. располагал армией в 600 тыс. человек, а у нас, если посмотреть школьный атлас по истории под ред. Е.М. Регентовой, было три группы войск: 127 тыс. у Барклая-де-Толли, 45-48 тыс. у Багратиона, и ещё 43-46 тыс. у Тормасова, но войска последнего находились на юге.
Наполеон не использовал в походе на Россию всю армию. Как пишет в своей работе «Наполеон» Е.В. Тарле, около 200 тысяч французского резерва осталось на границе на всякий случай (ведь за спиной у Наполеона была готовая взбунтоваться Испания). Тем не менее, в целом русская армия уступала французской по численности раза в три, и дело тут не в том, что Наполеон заставил служить в своих войсках солдат из подчинённых им стран, а в том, что во Франции не было крепостного права, что позволяло ввести всеобщую воинскую повинность. В России же помещики крайне неохотно давали государству рекрутов, и как раз проблема с количеством солдат, а также свободных рабочих, которые могли бы построить железные дороги, позволяющие держать под контролем удалённые окраины страны, послужила причиной для отмены крепостного права в 1861 году.
Как пишет тот же Е.В. Тарле, покончить с крепостным правом решились после того, как в 1856 г. проиграли Крымскую войну. Таким образом, сворачивание Александром I реформ, направленных на отмену крепостного права, вполне можно расценивать как причину того, что вторжение Наполеона состоялось. Именно так мог рассуждать А. Погорельский, намекнувший на связь между отставкой Сперанского и небывалой ранее в «пансионе» «поркой» главного героя.
На следующий день после того, как Чернушка в цепях пришла проститься и исчезла навсегда, у Алёши началась горячка. «Недель через шесть Алеша, с помощию Божиею, выздоровел, и всё происходившее с ним перед болезнию казалось ему тяжелым сном. Ни учитель, ни товарищи не напоминали ему ни слова ни о черной курице, ни о наказании, которому он подвергся. Алеша же сам стыдился об этом говорить…» Итак, герой болел шесть недель. Согласитесь, для горячки это много. Почему именно шесть? Потому, что война с Наполеоном продолжалась на территории нашей страны шесть месяцев (с 12 июня до 25 декабря 1812 года). Война была выиграна и, казалось бы, появилась возможность вернуться к реформам. Тем не менее, Александр I нашёл другой способ пополнить армию, не освобождая крестьян: заставить государственных (т.е. лично свободных) крестьян одновременно заниматься земледелием и быть солдатами, из чего следовало, в частности, что не только отцы семейств, но и их жёны и дети получат статус военнослужащих и в случае нарушения дисциплины будут подвергаться телесным наказаниям. Это и есть пресловутая аракчеевщина, поскольку «гениальный план» было поручено воплотить графу Алексею Аракчееву. Вот уж поистине дёшево и сердито.
Разумеется, я поделилась своими выводами с отцом школьника, который и привлёк моё внимание к произведению. Выслушав мои рассуждения, мужчина присвистнул: «Ну конечно, вы так быстро видите подтексты произведений, потому что хорошо знаете историю! Если всего этого не знать, то и вчитываться бесполезно».
Я ответила на это, что он не прав. Даже если бы я не знала практически ничего, скрытый смысл удалось бы разгадать всё равно, только, быть может, потратив на это не пару часов, а несколько дней (за счёт поиска недостающей информации в интернете). Ведь «точек входа» в расшифровку было очень много, и с какого бы фрагмента я ни начала бы читать, результат был бы тот же! Главное здесь сам метод, как надо мыслить, чтобы вообще замечать то, чего не замечают другие.
Мой собеседник выслушал мои объяснения относительно того, как следует размышлять, поискал в интернете информацию о Сперанском и… сделал следующее интересное добавление. «Погорельский – это псевдоним по названию имения Погорельцы, в котором жил писатель. Размышляя о том, как бы назвать в своей сказке Сперанского, я поинтересовался, откуда тот родом. Сперанский же был из села Черкутино (созвучно с «Чёрная курица»), и Погорельский дал своему персонажу имя, исходя из той же логики, что и себе: по месту происхождения. А поскольку реформатор имел обыкновение одеваться в чёрное и повязывать на шею белоснежный платок, он, возможно, действительно напоминал современникам курицу (может быть, так за глаза его и звали!), и это ещё больше убедило писателя в том, что намёк читателям будет понятен». Полагаю, что догадка эта вполне может соответствовать истине.
Думается, читатели времён Николая I действительно понимали, о чём идёт речь, чем и объясняется то, что А. Погорельский прославился прежде всего как автор именно этого произведения. А впоследствии подтекст забылся, и сказка осталась жить уже просто как сочинение, получившее огромную популярность и оказавшее влияние на следующие поколения писателей.
Автор статьи: Владината Петрова.
Приложение. Обнаруженные соответствия (курсивом выделена привлекающая внимание особенность, далее идёт её толкование)
До странности слащавый стиль, которого нет в других произведениях Погорельского.
Автор иронизирует над стремлением Александра I всем понравиться и угодить.
Столетние старушки-голландки, знавшие Петра I. Неподвижно спят в разных углах, но лучше их не будить.
Это Старая и Новая Голландия – места, где сушили корабельные доски. Расположены по разным сторонам от Сенатской площади. Старая Голландия находилась рядом с Адмиралтейством (военным ведомством). На территории Новой Голландии, в связи с недавним восстанием декабристов, за год до выхода сказки начали строить военную тюрьму. В связи с этим понятно, почему «голландских старушек» было желательно не будить.
Алёша живёт за забором из барочных (т.е. корабельных) досок, но хочет знать, что происходит снаружи, и смотрит на окружающий мир через дырки в этих досках.
В первой половине правления Александра I были сняты цензурные запреты, принятые при его отце Павле, стало возможно читать иностранную литературу.
Произведение опубликовано в 1829 году.
В памяти читателей ещё были свежи события восстания декабристов (14 декабря 1825 года).
Утеря Алёшей конопляного зёрнышка, а вместе с ним и сверхспособностей.
В 1805 г. Наполеон разбил русско-австрийские войска под Аустерлицем и в 1807 г. заставил Александра I подписать договор о континентальной блокаде Англии (Россия потеряла право продавать английскому флоту пеньку из конопли и начала терпеть серьёзные убытки).
Действие происходит около 40 лет назад.
Если учесть, что сказка издана в 1829 году, то действие происходит в 1789 (намёк на год Великой Французской революции). Александру I в этом году исполнилось 12 лет (Алёше 9-10).
Алёша много лет живёт в разлуке с родителями.
Александр I рос без родителей, т.к. бабушка, Екатерина II, не позволяла ему видеться с ними.
У Алёши была добрая бабушка, которая подарила ему золотой империал. Алёша отдал его кухарке-чухонке с большой неохотой.
Бабушка Александра I хотела видеть на престоле не сына (Павла I), а внука, которого целенаправленно готовила к управлению империей, но после смерти Екатерины II престол всё же занял Павел I, что вызвало недовольство дворянства.
Алёша живёт в Первой линии Василевского острова.
Это один из самых престижных районов Петербурга. Первая линия Васильевского острова почти точно направлена на Сенатскую площадь, где было восстание декабристов
Подчёркивается кроткий характер Алёши.
Александра I называли не иначе как «наш ангел», поскольку он был человеком приветливым и приятным в общении (полной противоположностью Павлу I).
При виде рыцарей Алёша падает в обморок.
Александр I участвовал в заговоре против своего отца, но, когда увидел его бездыханное тело, упал в обморок. Отец же (Павел I) был гроссмейстером Мальтийского рыцарского ордена.
Алёша предаёт министра – человека, одетого в чёрное, носившего белоснежный шейный платок и напоминавшего чёрную курицу.
Александр I под влиянием придворных предал реформатора М.М. Сперанского, деятельность которого вначале поддерживал. Сперанский до того занимал пост главы Государственного совета и являлся вторым после императора человеком в государстве. На всех портретах Сперанский изображён одетым в чёрный сюртук, с белым шейным платком и лысым (видимо, поэтому министр в сказке курица, а не петух).
Алёша видит собрание подземных жителей, одетых в костюмы военных и гражданских чиновников. Те обсуждают какие-то вопросы, не обращая внимания на него.
Описывается деятельность тайных декабристских организаций, возникших в период правления Александра I, большинство участников которых составляли военные.
На пути Алёши к подземным жителям ему нужно пройти через покои «старушек-голландок», где он видит серую кошку и серого попугая, сидящего в золотой клетке.
Герой идёт к декабристам на Сенатскую площадь. По бокам от Сенатской площади находятся Старая и Новая Голландия. На самой Сенатской площади стоит серый памятник Петру I (старообрядцы изображали этого царя в виде кота, на которого он был похож). Прямо напротив памятника Петру I в Первой линии Васильевского острова (!) находится Меншиковский дворец, напоминающий своей окраской и формой золотую клетку. Меншиков на известном портрете изображён в сером камзоле с яркими украшениями и в высоком парике, напоминающем хохолок попугая. Иначе говоря, автор сказки называет четыре объекта, находящиеся по четырём сторонам от Сенатской площади: Старую и Новую Голландию, Меншиковский дворец и памятник Петру I.
Кухарка-чухонка (финка).
Относительно Павла I ходила популярная легенда, что на самом деле он не сын Петра III и Екатерины II, а чухонский мальчик, подменённый по инициативе Елизаветы Петровны, т.к. настоящий наследник умер вскоре после рождения.
Сварливость кухарки, её ругань.
Ругань кухарки – откровенная пародия на Павла I, известного своей вспыльчивостью и склонностью бранить окружающих за всевозможные мелочи.
Внешность десятилетнего Алёши описывается так: русые длинные волосы, рубашка с круглым воротником, белые шаровары, широкий голубой кушак.
Практически на всех портретах Александра I (даже на взрослых) присутствует широкая голубая лента через плечо. На многих портретах император одет в белые панталоны. На детских портретах, помимо широкой голубой ленты, присутствуют рубашки с круглыми воротниками. На известном портрете десятилетнего Александра I кисти Левицкого у наследника очень длинные русые волосы.
Степень агрессивности рыцарей, нападающих на министра-Чернушку, зависит от того, насколько Алёша обращает внимание на существ, обитающих в покоях старушек-голландок. Если он не замечает их, те не пытаются атаковать Чернушку.
Склонность Александра I угождать своему окружению привела к тому, что придворные объявили войну Сперанскому и добились его ареста.
Совещающиеся подземные жители носят круглые шляпы.
Круглые шляпы были запрещены в России Павлом I, поскольку такие шляпы носили в революционной Франции.
В пансионе Алёше приходится заучивать страницы из Шрековой «Всемирной истории», которых он совсем не знает.
В образе Алёши показан Александр I, который постигает законы истории на собственной шкуре. В 5 части своего пособия И.-М. Шрекк пишет о России и восхваляет реформаторскую смелость Петра I.
Алёша был первым, кого выпороли с момента основания пансиона.
Александр I был первым царём, в период правления которого развернулась Отечественная война и была захвачена Москва, бывшая до XVIII в. столицей.
Из-за Алёши министр-курица оказался закован в цепи.
Из-за непоследовательности Александра I, пошедшего на поводу у своего окружения, Сперанского арестовали и отправили в ссылку.
Алёше послышался под землёй стук колёс, плач женщин и детей.
Из-за того, что реформы Сперанского были свёрнуты, после победы над Наполеоном в стране возникли декабристские организации, планировавшие осуществить те же реформы, захватив власть и поставив Сперанского во главе правительства. Восстание потерпело поражение, и декабристы были отправлены на каторгу в Сибирь.
Алёша болел шесть недель, а после того, как с Божией помощью выздоровел, не говорил более о Чернушке, и никто ему о ней не напоминал.
Шесть месяцев длилась война с Наполеоном, но с Божией помощью всё обошлось благополучно. После войны Александр I не вернулся к реформам и о деятельности Сперанского старался не вспоминать.
Сперанский был родом из села Черкутино.
Название Черкутино созвучно словосочетанию «Чёрная курица».