Как то ранней весной того года моей бабки пришло письмо, число не помню - не пенсия же, чтобы запоминать. Обычное письмо, ага, не заказное. Значит, пишет ейная троюрная сестра, такая же «молодуха», как и бабка моя – разница в 2 года. Только бабка то моя помоложе будет. Так вот, сестрина племянница замуж выходит первый раз. Ну и на таких радостях, приглашают гостей, прям всю родню, ну и бабку со мной. Погулять на свадьбе да и повидаться за одно – много ль осталось то нам… Послушал я письмо и думаю себе – ну конечно, ага, не просто день подгадала сестра-сквалыга, не в простой день то нас приглашает. Оно и понятно мне сразу – в простой то день сестре, если нас приглашать с бабкой, то надо было бы самой нас встречать-угощать, деньги на нас тратить свои а тута вроде свадьба. Вроде и угощенье для неё дармовое – жених свадьбу гуляет, его мошна оплачивает, да заодно и родные повидаются. Капитализьм… мать его.
Ну чего делать – надо ехать, будем собираться. И правда ведь, будет ли ещё когда повод всем повидаться, кроме похорон то?! Бабка взяла тетрадку, оторвала листок и написала сестре ответ – очень рады…приедем… время сообщу, когда билеты купим…и все такое.
В остатнее до свадьбы время бабка моя была занята сверх нормы. Я её повидал деловой в жизни, но такой – никогда. Начала с подарков – купила сестре, ейной племяннице, жениху, родне своей……краю нет, сколько родни то у неё оказалось ещё не помершей! Ну такие деньги ухлопала – страх Божий! После подарков собой занялась – платьице… туфли одни на свадьбе сидеть… туфли другие в дорогу, разношенные…платочек такой, платочек сякой…энтот за стол днем, энтот на вечер…у паликмахера сидела цельный день, кудри вила да волосы красила…я чуть с ума не сошел от всего энтого. Две недели я её не видел и не слышал, не до меня ей было. Но когда все самое основное бабка закончила - билеты были куплены, телеграмма отправлена - повернулась в мою сторону. Взялась за меня. С прической то мне повезло – уже нечего причесывать… так кое-где колосок жиденький пробивается реденько и все. Но правда поехали в город и купили мне новый костюм. Тут бабка моя расщедрилась, купила добротный костюм, не дешевый. Я так думаю, что такой добротный купила с прицелом на будущее, чтобы, значит, потом ещё раз не покупать. Недаром же говорят в народе: «Хоть на свадьбу, хоть в могилу». Все под Богом ходим. Но пока костюм для свадьбы нужен а там и поглядим. Ещё туфли мне купили. Не, не белые. Врать не буду. Обныкновенные, черные. Ну, ещё рубаху там, галстук, носки, майку новую и трусы к ней, да ещё платок для сморкаться соплями, чудно! На круг если посчитать, то мои сборы обошлись раз в 10 дешевше, чем её. Ага. Но я не возражаю, пущай покрасуется звездочка моя! Она в девках то ох, какая была… красивая…дааа!
Но как не верти хвостом а время пришло ехать. Упаковались мы в три сумки и в путь. Надо сказать, что сестра то её живет не на соседней улице, даже не в другом городе и даже не в другой области. А черт его знает где – за 500 верст почти. К ней на поезде почитай 7 часов надо телепаться. Во как раскидала людей жисть. Билеты то заранее взяли, мы не из тундры вам! В общем, утром сели в автобус, доехали до станции, поезд пришел во время и мы поехали. Ничего особенного в энтот раз в пути не произошло – сели в кресла, как в самолете, попили водички от волнения и задремали. Вечером уже были у сестры на вокзале.
Встретили нас хорошо, обнимались-целовались, охи-вздохи…но в сухую. Да я и не ерепенился – у людей свадьба, тут не до этикетов, тут такое дело. Поехали к сестре домой на такси. Там поужинали, правда под рюмочку небольшую, но зато с хорошей едой. Потом мне выделили место на диване в проходной комнате а сестры пошли спать в другую комнату – на кой ляд я им теперя нужон тута, им теперя языками надо почесать, столько лет не виделись…столько всего накопилось то в башке – ночи не хватит.
Ага, лежу я значит а сна нету. Что за чёрт? Дома то, только коснешься подушки и все, отключился. А тут…С чего бы это со мной? Очки на нос напялил, может так лучше? Не-а, не идет сон. А потом понял – это мой организм не может принять новые трусы и майку, ну, не та одёжа на ём. Дома то я сплю в чем и хожу – рубаха и кольсоны, в которых служил ещё при СССР срочную службу за Уралом. К ним организм за столько то лет привык, как к кожуре своей. А тута – на те вам! Все новое, все чужое ещё. Ну повертелся ещё маненько в энтой майке с трусами, хотел отвлечь себя подслушиванием разговоров сестер, но внятно ничего не понять: одно только бу-бу-бу через стенку…Ладно, стал вспоминать свой дом, представлять, что лежу у себя, на своей пуховой перине…с тем и заснул.
Утром нам дали пригласительный билет - красивую открытку с адресом ресторана и временем начала. Рассказали, как туда пройти и сразу про нас забыли – шутка ли, у людей свадьба!
На свадьбу мы не опоздали. Да и как опоздать, когда от дома сестры до ресторана 10 минут не спеша прогуляться. Вот мы с бабкой то всю дорогу до ресторана под ручки то и прошелестели. Как молодые, ежик мне в штаны!
Свадьба была хорошая, ничего плохого сказать не могу. И еды было достаточно, и еда была всякая, я таких блюд и не видывал в жизни! И запить-выпить было много чего – бутылки разные: тонкие и толстые, большие и маленькие, разноцветные, но на всех не по-нашему написано. Пьешь и не знаешь – чего там в бутылки налили то?! Чудно! Я все хотел найти бутылку, где самогон налит: то из одной бутылки налью - нет, не самогон; то из другой…то из третьей…нету его. А так хотелось родного напитка под такую заграничную закуску…но ни черта же не понятно написано, не для маво ума-разума. В это время бабка моя, так это ко мне прижалась головой и с улыбкой мне на ушко прошипела: «Хватит лакать, черт лысый… свадьба же только началась…не позорься сам и меня перед родней не позорь…ирод ты востроносый!» А сама все улыбается, а голосок тихий…прям как у Гюрзы перед укусом. Ну взял я себя в руки, не буду позорить бабку свою перед родней ейной! Навалился на закуску. Попервости все шло хорошо – закуска вкусная, еды много, никто ничего не жалеет…гуляем. Но потом я как то не очень удачно попытался мосол один разгрызть и что-то хрустнуло у меня в роту – протез перестал меня слушаться. Я еду в роте вроде как жую, хочу проглотить а она вываливается изо рта на улицу – как из мясорубки. Вот те черт! Соседи по столу, которые ещё видеть могут, стали на меня с опаской поглядывать –не привиделось ли им…человек-мясорубка...страшно же. А мосол то смачный попался, выкидывать жалко…едрить его мать… Взял я вилку в карман и по-тихому, боком из-за стола да в туалет. Достал протез – так и есть, погнулся, подлец. Но не в первой мне, поковырял его вилкой в нужном месте, проверил на свет…вставил на место…поклацал чуток ротом для тренировки – все отлично, все работает как надо и бегом за стол - мосол догрызать. Прихожу а мосла то уже и нет – перемена блюд…так жалко, такой мосол ушёл…Ну налил себе в сердцах...под перемену блюд.
А бабка моя сидит, улыбается, довольная. Вся из себя: раскраснелась ликом, платьице нарядное, платочек на шеи новенький…Да и чего не радоваться ей - не своя же свадьба то, не наши деньги, не нам и убирать потом всю эту махину. Гуляй, кто может!
В общем свадьба прошла нормально. Только скучно было. Не то, чтобы совсем уж скучно – были конечно и музыканты, были и номера всякие затейные, и «Горько» орали, и много чего ещё, но…пресно все как-то. Не по-человечески. Жених красивый, невеста – тоже. Оба нарядные, но трезвые. Никто из гостей драку не организовал, посуду не били, ну прям ни одной рюмки. Участкового даже не пришлось вызывать…не по – нашему это!
Под самый вечер я уже был в норме. Несколько раз выходил в круг плясать, пытался даже бабку свою вытащить из-за стола ноги размять, но только и услышал: «Осоловел уже, лиходей, все-таки набрался…» - это мне шепнула с улыбкой палача моя бабка – гюрза. Ну и пусть. Я плясал так, что заглушал ихнюю электронику... я подпевал незнакомые песни, стараясь всех переорать – мы же ещё ого-го!!! Ага. Вот только самогону я так и не нашел, как ни старался почти из всех бутылок – ну и пес с ним, дома буду кушать. Потом я притомился шибко…голова стала качаться на шее, как пустой кувшин от ветра на дрючке заборном…
Из ресторана опять шли под ручки – я посередине, а по бокам меня какие-то крепкие родственники. Я уже не шелестел ногами как утром, не-а, я скреб обеими…, потому что устал. Годы не те, столько на свадьбах сидеть. Сзади нас шли сестры. На душе было тепло и тихо – все прошло пристойно, бабку свою я не опозорил в энтот раз!
Утром следующего дня мы с сестрой бабкиной обходили всех их родственников – таких же древних. Сидели тихо, разговоры всякие вели солидно и с достоинством, в общем, отходили от свадьбы чаем с вареньями и пряниками. Пили чай как положено – до третьего пота.
Опосля, поздним вечером, нас проводили на вокзал. Там снова были слезы прощания, обнимания…поцелуи… опять слезы-сопли…но все-таки мы сели в вагон. Поезд дернулся легонько и поехали мы с бабкой моей к себе домой.
Дома первым делом скинул я с себя костюм, который теперь мне понадобиться только один последний раз; повесил его в самый угол шифоньера – даст Бог, долго ещё ему там висеть! Затем поменял майку с трусами на свои родные кольсоны и рубаху из советской армии и сразу все забыл – и свадьбу, и поезд…я был дома! И рядом была моя звездочка, моя бабка ненаглядная! И по лицу её я видел - рада она была, что повидалась с роднёй. А для меня увидеть радость на лице моей бабки - радость в двойне. Мне то самому плохо удается радовать мою звездочку, очень редко когда получается.
Дай же Бог ей здоровья!