В русском фольклоре на протяжении веков сложился четкий образ богатыря – широкоплечего, могучего, удалого. Телом он «не велик», но «красен статью». На Руси статным называли мужчину одновременно и крепкого, и стройного, с плотным, но не толстым телом.
Ярославский эталон
Как пишет в статье «Красота по-русски в российских научных народоописаниях» М. Лескинец, примером великорусского красавца второй половины XIX века считали жителя Ярославской губернии. Жители других регионов называли их «белотелыми». В этнографических работах указывалось, что были ярославцы преимущественно среднего роста и обычно пропорционально сложенными. Чаще блондинами, с красивыми и правильными чертами лица. Особенно ценились мужчины, у которых внешняя красота дополнялась смекалкой, предприимчивостью и живостью ума. Всем своим обликом и поведением ярославцы выигрышно отличались от представителей «измельчавшего и обмякинившегося великорусского типа», который, по меткому наблюдению В.Немировича-Данченко, вырождался из-за «совершенной нужды».
Составить конкуренцию красавцам-ярославцам в XIX веке могли мужчины Русского Севера. Там эталоном считался высокий рост, порой доходивший до 1,8 метра. Ценилась «дебелость» – плотность, упитанность и крепость фигуры. Привлекательными являлись русые волосы, «богатая растительность с привлекательной кудреватостью», открытое лицо с темными глазами, большой и правильный нос. Жившие в Приильменье, Приозерье и Белозерщине мужчины были и «ростом повыше, и лицом почище» – за счет этого и выделялись среди большинства мужчин центральных областей России.
Идеально «сбитый»
Понятно, что мужчины на Руси обладали разным ростом. Но между «коломенской верстой», невысоким мужичком «метр с кепкой» и обладателем среднего роста предпочтение отдавалось последнему. Как пишет в книге «Броня генетической памяти» Т. Миронова, эталонным считался мужчина «с крепко сбитым телом», ширококостный, кряжистый, коренастый.
Не слишком любили шустрых и вёртких весельчаков-балагуров – тех самых, которых принято называть «первыми парнями на деревне». С такими хорошо разве что на празднике под гармонь отплясывать. Для жизни же девушки выбирали парней серьезных и скромных, у которых даже походка такая, словно он «прочно врос в землю». Приземистый мужчина ассоциировался со стабильностью, прочной связью с корнями. Такой и дом построит, и без пропитания не оставит, и детей на ноги поднимет.
Пока толстый сохнет, худой сдохнет
Идеальная крепость, «сбитость» тела, широкая кость, приземистость – эти критерии отличали идеального мужчину. Обладатель широких плеч, больших ладоней, толстых ног определенно выигрывал у худощавого и субтильного. Дородность тела генетически определяла выносливость, физическую силу, упорство, терпение. А еще – повышала шансы на выживание кормильца в случае голода или эпидемии. Недаром на Руси говорили: «пока толстый сохнет, худой сдохнет». Худых мужчин считали неполноценными, ведь такая конституция ассоциировалась с болезнями, неблагополучием, отсутствием мужской силы, вырождением.
Нос – крючком, борода – клочком
Каждой матери хотелось вырастить статного сына, поэтому младенцев туго пеленали, «выпрямляя» ножки-ручки и «ровняя» спину. Телесная стать в идеальном мужчине должна была дополняться красотой души и хорошим характером. Считалось, что такие черты как склочность и злопамятство отдаляли мужчину от идеала.
Неполноценными назывались также мужчины с явными физическими недостатками. Особенно – с врожденными. Так, кривой нос сообщал окружающим, что его хозяин может страдать от душевных болезней, которых и его потомству избежать не удастся. Косоглазие признавалось явной приметой вырождения рода. Отсутствие пышной шевелюры или богатой бороды прямо указывало на злость в характере. Поэтому за кривоносых, косоглазых, лысеющих или парней с жидкой бороденкой замуж выходить не спешили. С подозрением относились также к обладателям рыжих волос и черных глаз. Считалось, что у таких «вырождается кровь». В народе говорили: «Рыжий-красный – человек опасный!» или «Черный глаз, минуй нас!».