Печатную версию «Новой газеты» лишили лицензии, а бывшего специального корреспондента изданий «Коммерсантъ» и «Ведомости» Ивана Сафронова приговорили к 22 годам лишения свободы по делу о шпионаже. Судебные решения знаменуют собой фактическое завершение разгрома независимости медиа как явления. Четвёртая власть в стране в качестве самостоятельного института состояться так и не успела, хотя все предпосылки для этого были.
7000 ресурсов
По данным на конец августа, в России было заблокировано более семи тысяч информационных ресурсов. Фактически все крупные независимые СМИ оказались недоступны без VPN и других сервисов обхода блокировок или постепенно приостановили, а некоторых случаях и полностью прекратили деятельность.
В открытом доступе для россиян остались либо ресурсы, отрабатывающие «нужную» повестку, либо медиа, которые приняли цензурные правила — избегать опасной тематики и запрещённой лексики. Вынуждены признать, что и мы стараемся держаться в установленных рамках. Оставшиеся частные медиа назвать в полной мере независимыми нельзя. Государство выстроило такую систему регулирования информационного пространства, что существовать в нём, транслируя в полном смысле альтернативную повестку, просто невозможно.
При этом нельзя говорить, что независимых СМИ больше нет. Под блокировками они продолжают работать. Однако читать эти ресурсы фактически продолжает лишь та часть аудитории, которая следила за ними до блокировок. В условиях существования запроса на контент, отличающийся от транслирующегося по федеральным телеканалам информации, потенциально новые читатели практически лишены возможности без существенных усилий найти его.
Бронированные эхо-камеры
Доверие аудитории к медиа, которое в России традиционно находится на невысоком уровне, такая ситуация подрывает ещё больше. Последние социологические опросы зафиксировали растущее разочарование в федеральных телеканалах. Однако, несмотря на рост доверия к телеграм-каналам, и эти показатели пока не превышают 30-35%.
Люди традиционно считают, что «всей правды никто сказать не может». При этом подавляющее большинство формирует собственные информационные пузыри, каждый из компонентов которых тщательно подобран, чтобы подтверждать правильность убеждений человека. Недоступность независимых медиа существенно затрудняет возможность вскрытия эхо-камер колеблющихся людей. Авторами репрессивного законодательства в отношении СМИ это может рассматриваться как подтверждение эффективности созданных инструментов давления.
Общая усталость от новостей, раздражение полярностью оценок тщательно поощряется, чтобы люди продолжали интересоваться только своей частной жизнью, а в интернете искали не враждебные медиа с неверно расставленными акцентами, а мемы, сериалы и другой контент для снятия напряжения после рабочего дня.
Население ≠ общество
В цивилизованном обществе журналистика — один из важнейших элементов общественного контроля, без которого невозможно институциональное выстраивание и выживание структуры сдержек и противовесов. Именно отсюда идёт представление о журналистах как «четвёртой власти» или «четвёртом сословии».
Всплески интереса к медиа в перестроечной и постсоветской России случались. Однако ключевым фактором, определяющим место СМИ, оставалась сначала память о том, что газеты и телеканалы нужны для трансляции государственной пропаганды, а затем представление о безответственности и непорядочности профессии журналиста из-за не самого крупного, но весьма заметного и оказавшегося на каком-то этапе новым для страны таблоидного сегмента медиа-рынка.
В результате, должного внимания и доверия общества так и не завоевали действительно заслуживающие этого проекты и отдельные профессионалы. У каждого из них сформировалась своя аудитория, однако подавляющее большинство россиян при названии того или иного издания по-прежнему кривится: «Мне кажется, эти тоже врут». Хотя, если начать выяснять, в чём именно и где, оказывается, что критикующий или вовсе не видел обсуждаемого издания, или знаком с ним очень поверхностно. Выходит всё строго в соответствии со схемой «не читал, но осуждаю».
Как итог, внутри России недоступность независимых СМИ и нежелание пассивной части населения потрудиться, чтобы преодолеть созданные для получения их материалов барьеры, оборачивается фактической ампутацией жизненно важного элемента гражданского общества, без которого рассматривать совокупность людей в стране в ракурсе этого понятия становится невозможно. Без «четвёртого сословия» — уважаемого и способного влиять на происходящие вокруг процессы — само существование общества невозможно, люди десоциализированы и превращены в дезорганизованную массу, лучше всего подходящую для сохранения статус-кво, выгодного элите, монополизировавшей право управления территорией с её населением и ресурсами.