Милохины вроде бы жили хорошо, и вдруг в какой-то момент стали словно чужими друг другу, несмотря на почти двадцать лет брака. А началось всё с отъезда дочери Валерии в Москву. Она поступила в «Баумановку» и, занятая учебой в столь серьезном ВУЗе, звонила хоть и часто, но разговаривала на редкость лаконично.
Родители заскучали. Раньше жизнь Виктора и Софьи крутилась вокруг единственной дочери. Нужно было возить её в школу или в бассейн, покупать наряды, готовить любимые блюда, следить за учебой. Виктор помогал дочурке разобраться с физикой, а Софья хорошо знала биологию.
Теперь же по возвращении домой супругов ждала пустая квартира. Никто не спешил им рассказать об успехах или пожаловаться на вредных учителей. Милохины ужинали и усаживались перед телевизором. Разговор не завязывался, и им было уныло и скучно друг с другом.
Со временем Софья стала замечать, что муж как-то некрасиво сопит, когда пьет чай, а ещё чешет нос. Вот двадцать лет не замечала, а тут вдруг до дрожи стало неприятно. Несколько раз по пустякам жену одергивал и недовольный Виктор: то суп невкусный сварила, то к чистоте в ванной вдруг придрался.
И все эти мелочи, со временем накопившись, сделали их жизнь настолько невыносимой, что супруги всерьез задумались о разводе.
Софья была верующей, поэтому решила посоветоваться с отцом Иннокентием. Среди батюшек, конечно, попадаются разные люди – к иным побоишься соваться с такими проблемами, но отец Иннокентий был человеком умным и снисходительным к грехам своей паствы. Он не стал ругать свою прихожанку за крамольные мысли, а просто посоветовал:
- А ты попробуй, дочь моя, посмотреть на своего мужа как бы со стороны… да никогда он чавкает за столом.
- С какой стороны? – оторопела Софья.
- Не знаю. Неисповедимы пути Господни!
Возвращаясь домой, Софья ломала голову над словами батюшки: «С какой же стороны посмотреть на Виктора, чтобы он мне вновь понравился? Чего я в нем ещё не видела?»
Открыв дверь, она споткнулась о непонятные баулы в прихожей. От них чем-то отвратительно пахло.
- Виктор, ты зачем какой-то вонючей дрянью весь коридор завалил?
Но в ответ из комнаты вышел лохматый мужик в «трениках», из-за спины которого вдобавок выглянуло женское лоснящееся лицо.
- Это наши вещи, - обиженно загрохотал мужик, - а что чуток пахнет, так это…
- Курица, наверное, протухла, - жизнерадостным голосом перебила его спутница, - мы из дома в дорогу курицу жареную брали, но съесть всю не успели, а выкидывать жалко. Думаем, а вдруг у вас собачка есть?
- Собаки у нас нет. Извиняюсь за вопрос, а вы кто?
- Мы Туркины. Я Петр, а это жена моя Галюся.
Из комнаты раздался голос мужа.
- Это твоя матушка наш адрес им дала.
- Да-да, - закивали головами гости. - Тетя Ира, узнав, что мы в город собрались, попросила вам банки с огурцами передать, и заодно приютить нас. Мы на обследование в областную больницу приехали.
- И сколько же продлится это обследование? – кисло поинтересовалась Софья.
- Да кто же его знает? – удивился Петр.
Его жена, видимо, была поумнее мужа.
- Та, несколько дней, - уверила она.
Эти «несколько дней» растянулись на три недели. Сколько времени у Туркиных заняло таинственное обследование Софья так и не поняла, заподозрив, что они просто слонялись по улицам, устроив себе бесплатный пансион за их счет. Казалось, что парочка издевается над хозяевами: они постоянно что-то жевали и засыпали крошками и зубочистками весь дом. Игнорировали мытье посуды. Ванную комнату и унитаз приходилось после них чистить не только Софье, Виктор также с руганью брался за ершик. За столом Туркины громко отрыгивали и даже «газы» в себе удерживать не считали нужным.
- Мне терпеть врач запретил, - важно объяснял Петр в ответ на негодующие взгляды Милохиных. – И вам не советую. Это для кишечника вредно.
В общем, когда гости собрались восвояси, все едва ли не плакали: гости от сожаления, а хозяева от радости. Когда за Галюсей с Петром захлопнулась дверь, Милохины дружно кинулись отдраивать свой дом.
Через неделю отец Иннокентий вновь увидел свою прихожанку в церкви.
- Ну, что, дочь моя? – обреченно спросил он. – Всё-таки решилась на развод?
Но, к его удивлению, Софья радостно улыбнулась.
- Нет, отец Иннокентий, я последовала вашему совету и увидела, насколько мой Виктор хороший человек… особенно по сравнению с некоторыми. Да и он признался, что словно взглянул на меня другими глазами. А всё благодаря вашему совету.
Священник рассмеялся и небрежно отмахнулся.
- Да какой там совет! Я просто вспомнил притчу про козу. Когда человек жалуется на жизнь, ему нужно сравнить её с бедами других людей. В большинстве случаев этого оказывается достаточно, чтобы понять – всё не так уж плохо, как ему кажется.
Если вам понравился рассказ, ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал