Провожали мы лето как и положено, с душой и размахом, несколько дней. Ни в чем себе не отказывали, насколько это возможно для родителей, поэтому каждый покатался на карусели, поел мороженого и поплавал на здоровенном надувном лебеде. Финальным аккордом этого загула стала покупка воздушного шарика. Я до сих пор страшно люблю это дело, только не все подряд, а надутые гелием. В детстве у меня такого не было, шарики мы надували сами, как могли, и они конечно тоже были прикольные, особенно если нарисовать на них рожицу или, скажем, бросить внутрь копеечную монетку. Но взмывающий ввысь воздушный шар — это для меня сродни волшебству. Еще правильный шарик должен быть большим и ярким. Запоминающимся.
Выбирала дочка, и все критерии соблюла без подсказок. Шарик мы купили большой, розовый и летающий. Что же касается последнего пункта, то тут тоже все в порядке. Шарик врезается в память, как соседский перфоратор в уши в семь часов утра. Не нужны копеечки и что-то там рисовать, потому что шарик имеет собственную рожицу. У него пристальный взгляд акулы и нежная крокодилья улыбка. Мне сложно вспомнить что-либо еще более запоминающееся за все лето, и это, наверное, к лучшему.
Чтобы узнать подноготную нового обитателя квартиры я немного погуглила. Оказалось, что у монстра не только обаятельная мимика, но и забавное имя Кисси Мисси. Это сразу вызвало ассоциации с детством, мы кисей-мисей называли смешанный с водой песок, и я с шариком почти примирилась. Тем более, что дочка была в восторге, да и сам персонаж выглядел довольно безобидно, болтаясь где-то под потолком.
И все бы ничего, но шарики имеют свойство сдуваться, особенно если постоянно их таскать, мять и пинать. Поэтому уже через пару дней кися-мися уставилась на меня глаза в глаза. Шарик болтался у порога, а я как раз заходила в комнату, как обычно, второпях. Встреча оказалась внезапной и впечатления о прошедшем лете стали еще более мощными. Отдышавшись, я перекрестилась и убрала это исчадие нездоровой фантазии подальше в уголок.
На следующий день кися-мися ждала меня у стола, игриво поблескивая зубками. Она еще немного сдулась, но меньший рост не умалил ее достоинств. Наоборот, теперь, когда она, казалось, намерена прихватить тебя за локоток, мы преисполнились уважения и трепета. К тому же чудовище обрело неприятную способность шуршать и шевелиться, когда проходишь мимо. Общение с воздушным шаром приобретало чрезмерную реалистичность. За вечер к компьютеру никто не подошел. Ночью я нервно оглядывалась, пробираясь по своим делам, и надо сказать, что пробираться пришлось чаще обычного — видимо от избытка впечатлений.
Сегодня порождение неизвестного художника сдулось еще сильнее. Его хилые ножки касаются пола, оно стоит, ехидно улыбается помятой, как после трехдневной гулянки, физиономией, и иногда немного приплясывает. Как по мне, кися-мися не скрывает своих намерений в рамках крокодильего дружелюбия отхватить у кого-нибудь пол-ноги.
Дочь, виновница происходящего, к этому моменту утратила к шарику всякий интерес. Мне предстоит бессонная ночь, но какие уж тут сны, когда реальность гораздо интереснее.
(с) Чай с таком