Старица Макрина говорила о важности чистоты помыслов в человеке. Такая чистота достигается правильной исповедью.
Про саму старицу Макрину, старец Ефрем Филофейский заметил:
"Я никогда не встречал людей с такими чистыми мыслями, как у нее".
Старица Макрина, говоря о важности чистоты помыслов, рассказывала историю о двух исповедях.
Что это за истории?
Первая исповедь.
Монах пришел к старцу, с исповедью. Он хотел причаститься Святых Христовых Тайн и понимал, что для причащения святости и самому надо быть чистым внутри, в сердце своем. Недаром говорят: "Святая святым" Какая польза принять в себя Христа, а потом не удержать в себе? Ибо грязь не удержит святое, испачкает.
Монах, тонко, глубоко и честно наблюдавший, как воют в нем начатки страстей в помыслах, сказал старцу, что возросла такая-то страсть, появилась такая-то брань, борет меня этот зверь лютый – эгоизм, и не могу его победить. Борет меня ревность, зависть, осуждение, подозрение, ропот. И спрашивает у старца, как умудренного практика – подвижника: что мне делать с этими демонами, старче? Как бороться с ними?
В вопросе к старцу чувствуется желание обрести чистоту сердца. Не праздный вопрос, но осмысленный: для жизни, для спасения.
Старец, как более опытный, прошедший многие искушения, помогает мудрым действенным советом. Монах внимает ему, чтобы взять себе на вооружение, и приносит покаяние Богу. После получает благословение, разрешительную молитву, принимает Христово таинство. Все это спасительно помогает монаху, в его жизни, в его спасении.
А так ли мы исповедуемся? – задает вопрос старица Макрина - А ведь это самое главное в исповеди – заключает она.
И приводит другой пример.
Вторая исповедь.
Приходит человек к духовнику, и говорит:
«Старче, тот то сделал мне то-то».
И перечисляет подробно, что «плохого» сделал ему другой человек. Даже имя его называет.
Духовник выслушал его, и говорит:
«Преклонись, чтобы я прочитал разрешительную молитву».
Читая разрешительную молитву над «исповедующимся» и говоря - «прощаю и разрешаю», духовник называет имя того, кого он осудил, а не исповедующегося.
Человек поразился, и спрашивает:
«Почему, отче, говоришь это имя, а не мое?».
В ответ услышал:
«Ты мне все сказал про его грехи. И я исповедал его. Ты ничего не сказал о себе. Ты не смирился (не открылся в сердце своем миру Божьему). Перед тобой виноваты другие. А ты?».
Послесловие.
Старица Макрина заключает:
Нельзя открыться Богу, убегая от себя, не видя себя, не очищая себя от душевредного и не спасительного, чтобы наполниться Им.
Пока эта практика – очищения себя от безбожного для наполнения Богом - не станет основой – тщетны наши старания быть с Богом.